Рокеры расшатывают устои Ирана наш комментарий

Автор: Джейхун Наджафов, отдел социума 

Пока внимание иранских властей занято внешнеполитическими перипетиями ядерной программы и баталиями в соседних странах, внутри Ирана набирает обороты молодежная культурная революция. Причем так круто, что даже властная элита наконец забеспокоилась. Ну а поскольку меньше чем через год в стране состоятся президентские выборы, разные силы пытаются приспособить молодежное движение под свои нужды – кто нещадно ругая и объявляя его харам, а кто утверждая, что только так страна может по-настоящему выйти из международной изоляции и стать на путь общественного и научного прогресса.

Иранское общество по меньшей мере озадачено бумом эстрадных концертов по всей стране, а религиозное его большинство пылает праведным гневом. Не надо забывать, что сразу после исламской революции в Иране был наложен запрет на любое исполнение эстрадной музыки, объявив ее «развращающим молодежь наследием монархии и пагубным влиянием Запада». Все отечественные эстрадные певцы и музыканты сбежали в США, где создали параллельную иранскую музыкальную культуру. В самой же стране жестко преследовали и исполнителей, и их слушателей.

Однако в последнее десятилетие в связи с более либеральным руководством харам на «безбожные западные веяния» несколько смягчился. Молодежь более спокойно стала смотреть зарубежные фильмы и слушать современную музыку, но втихую, по домам. И до недавнего времени правители в Тегеране таким нарушениям особого значения не придавали. Концерты не выходили за пределы частных вилл, закрытых вечеринок в салонах для свадеб. А с приходом к власти Хасана Роухани эстрадные номера стали исполняться и в ресторанах, расположенных в элитных кварталах верхнего Тегерана.

Декларированная Роухани политика открытости, выхода из изоляции вдохновила иранскую молодежь, и постепенно альтернативные исламским музыканты начали возвращаться из-за границы в Иран. Концерты теперь проводили не только в прокуренных гостиных частных вилл и кафе, но и в спортивных залах и даже на небольших стадионах. Формально любое выступление возможно только с разрешения министерства культуры Ирана, однако в действительности это правило не всегда соблюдалось. Из подполья вышли музыкальные группы разных жанров, в том числе и рок-коллективы Angband, Kiosk, «127», Langtunes. А поп-группа Arian band и вовсе выступает с девушками — исполнительницами бэк-вокала. Представить такое в Иране еще несколько лет назад было просто невозможно.

И вот чаша терпения консерваторов-исламистов переполнилась. Случилось это после объявления концертов в священных для шиитов Гуме и Мешхеде. Аятолла Ахмад Алам аль-Хода — имам Шираза — во время пятничной молитвы призвал к запрету концертов в этих городах. Вместе с имамами еще шести городов он потребовал от министра культуры Али Джаннати запретить концерты. Министр же перевел стрелки на парламент, который уполномочен принимать такого рода запретительные акты. Государство, мол, хоть и исламское, но имамы городов не могут подменять функции законодательной власти. И с этого момента вопрос о запрете музыкальных выступлений стал инструментом политической борьбы между консерваторами и реформаторами.

После вмешательства аятоллы Хаменеи власти решили все же не проводить концерты в Гуме и Мешхеде, но полного запрета на публичные выступления все же не наложили. Реакцию консерваторов выразил имам Шираза: «Правительство запретило концерты в Гуме и Мешхеде. И что получается: если это халал и безопасно, то можно выступать и в Мешхеде, а если это харам - то нужно запретить это по всей стране».

Но правительство, видимо, решило, что будоражить молодежь запретами концертов достаточно опасно и в определенной степени бессмысленно. Сотни зарубежных музыкальных теле- и радиоканалов вещают с расчетом на иранскую аудиторию. Кампания властей по защите нравственности со срыванием спутниковых антенн и фильтрами в интернете с треском провалилась, поскольку современные технические системы обхода фильтров в интернете пробили бреши в этих запретах. Зато недовольство молодежи не составит труда трансформировать в политические протесты – рок-музыка и создавалась как протестный жанр. Даже одна из композиций иранской рок-группы «Желтая собака» была выбрана в качестве гимна «зеленой революции» 2009 года. Так что консерваторам есть отчего опасаться свободы концертов. По их мнению, эстрада, рок-музыка и вообще шоу по определению не могут быть в исламской республике.

Правительство в лице министра культуры Али Джаннати выразило осторожное несогласие с запретом концертов. Дело в том, что Иран — одна из немногих стран, где больше половины населения молодежь. И именно от того, как проголосует молодежь, будут зависеть результаты президентских выборов, которые состоятся в Иране в мае 2017 года. 

Однако вердикт Хаменеи был однозначен: концерты противоречат исламской морали, их нельзя проводить в священных местах и в священные дни. Казалось, решение верховного лидера будет беспрекословно выполнено всеми, но у молодежи оказались сторонники не только в правительстве, но и среди того же духовенства и даже в Корпусе стражей исламской революции.

А потому Роухани приходится играть на два фронта. С одной стороны, в угоду радикалам он отправил в отставку министра культуры Али Джаннати, а с другой — дал  негласный  знак: пойте ребята. На его стороне огромная масса получивших образование в европейских вузах молодых кадров в министерствах, городских управлениях и провинциальных администрациях. Близкие к Роухани иранские СМИ призывают к отмене запретов на концерты в Мешхеде, считая, что такое решение противоречит правовым нормам в стране, где решение принимает исполнительная власть, а религиозные лидеры отдельных городов не могут навязывать свое мнение всей стране.

Вместе с тем члены консервативной фракции в парламенте и сторонники жесткой линии в духовенстве все больше критикуют лично Роухани. По решению прокуратуры провинции Хорасан концерты запрещены не только в Мешхеде, но и на всей территории и во всех городах этой провинции. Такие же противоречащие официальной политике правительства решения предполагается принять и в шести других провинциях, где сильны позиции консерваторов. 

Очевидно, что с приближением выборов соперничество между сторонниками жесткой политической линии и реформаторами будет нарастать. После запрета концерта в Мешхеде уже в другом городе, Зенджане, чиновники запретили к показу фильм «Продавец» молодого режиссера Асгара Фархади, удостоившийся  Золотой пальмовой ветви на Каннском международном кинофестивале. Границы «культурной революции» ширятся…

2818 просмотров