Новый курдский вызов Наша аналитика

Автор: Расим Агаев 

Вопреки распространенному мнению, курдский вызов направлен не только против Турции. Хотя турецкие курды, точнее, их террористические отряды, говоря общепринятой лексикой, просто достали Эрдогана. Несколько потрясших страну Ататюрка ужасающих своими масштабами и наглостью терактов могут привести в смятение кого угодно. И это при том, что ЕС и США вроде бы согласились, по крайней мере, временно снять курдскую проблему с повестки дня сирийского урегулирования, полагая, что тем облегчается задача согласования интересов в целом по определению дальнейшей судьбы Сирии и Асада. В контексте сказанного вполне логично было бы задуматься над тем, только ли Турции адресовались последние взрывы в Анкаре?

Хотели взорвать и Баку…

Ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать. Вдогонку за последним терактом в Стамбуле, некая сторонница террористической организации ПКК в Тwitterе приветствовала теракт ,объявив на весь курдский и некурдский мир, что готова взорвать себя в Баку («Bende kendimi Baküde partlatmak istiyorum»). Если даже перед нами обычный пиар-ход, все равно он свидетельствует не только о новом витке возгорания курдского терроризма. Все куда хуже и сложнее: этот отряд международного терроризма явно бравирует своей безнаказанностью. Одна фраза курдиянки, жаждущей устроить бойню в городе,  жители которого еще не забыли злодейств ее армянских собратьев стоит всех вместе взятых дипломатически отточенных абзацев заявлений Госдепа США, выражающих моральную поддержку Турции, своему союзнику по НАТО уже не первый год находящейся на прицеле “калашей” курдских боевиков.

Турки, а теперь и азербайджанцы, ждут не слов сочувствия и моральной поддержки, а внятного осуждения и изоляции курдского агрессивного сепаратизма (воспользуемся этим эвфемизмом), никогда не скрывавшего, что считает расчленение Турции и каждой страны, приютившей скитавшихся по миру курдов, своей конечной целью. Самое поразительное то, что угроза Баку звучит в тот самый момент, когда мир в соседней  Сирии уже который месяц коалиционные силы Запада пытаются остановить фронтальное наступление ИГ – другой разновидности терроризма. Можно держать пари, что Турция будет услышана точно так же, как и многолетние стенания Азербайджана относительно террора – политического, военного, информационного, развязанного тридцать лет назад Арменией. Заявление Госдепа отнюдь не прибавляет уверенности в том, что Турция подобно Азербайджану не останется в одиночестве в защите своей территориальной целостности.

Кто такие террористы?

Увы, число вопросов, связанных с курдским движением, которое одни называют национальным, другие национально-освободительным, третьи сепаратистским, четвертые террористическим и т.д., может увести нас слишком далеко в дебри этой острейшей проблемы, которая еще недавно называлась ближневосточной, хотя политические очертания ее давно вышли за региональные рамки. На это указывают и раздраженные указания турецкого президента о том, что необходимо “как можно быстрее заново определить значение понятий «террор» и «террорист» и включить их в наш уголовный кодекс». Мировое сообщество, равно как и правоведы, и прежде всего из стран, ставших жертвами террора, давно определились с содержанием понятия террор и террорист.

Вот общепринятая трактовка действий подпадающих под эти понятия. В законодательстве Великобритании, вдоволь нахлебавшейся в свое время истребительной войны ирландского “освободительного движения ” терроризм определяется как "совершение или угроза совершения действия", целью которого является "оказание влияния на правительство, запугивание населения или его части… с целью реализации политической, религиозной или идеологической цели".

Те же принципы отражены, кстати, и в США, в российском законодательстве, а также в государственных документах других стран. Но все это в чисто политико-правовом аспекте.

Лучший пример - Армения

Совершенно иначе смотрится проблема, когда речь заходит о практической политике. Не будем ссылаться на опыт армяно-азербайджанского противостояния, когда Жак Ширак мог открыто заявить азербайджанским парламентариям, мол, армян мы знаем почти двести лет, а с вами познакомились как бы недавно. Требуется время. Турция является членом НАТО, которую Запад знает предостаточно, и тем не менее в подходе к курдскому вопросу у западных политиков звучат те же истертые ссылки на некие национально-освободительные права, де факто легализирующие право с помощью террора добиваться своих политических целей.

Тем, кто утверждает, что нет иного способа добиваться национальной независимости, напомним политическую философию и практику Махатмы Ганди. Анализ же практики народов, элиты которых в свое время обратились к оружию и тайной войне, как к средству достижения национальных целей, говорит о том, что когда независимость и суверенитет оказываются признанными международными организациями, они начинают добиваться права на особое место в международном сообществе, что выражается прежде всего в расширении своих территорий за счет других народов.

Лучший пример – Армения. Ее идеологи – и официальные, и неофициальные по-прежнему предъявляют территориальные претензии не только к Азербайджану, но и к Турции, объявляют историческими землями целые регионы на Кавказе, в Крыму. Вовсе не случайно последние годы отмечены тесным военно-политическим сотрудничеством никем не признанных курдских организаций с официальным Ереваном. Под этим углом зрения последние события в Анкаре, Стамбуле и антиазербайджанский выпад свидетельствуют о том, что ближневосточный регион становится ареной новой, куда более масштабной вспышки терроризма.

 Часть большого геополитического проекта

Многое, слишком многое указывает на то, что активизация турецкого отряда курдских сепаратистов скорее всего является частью широкого политического проекта, о чем не раз писал и haqqin.az. В сущности, ничего нового в том нет, как и в том, что мир становится свидетелем реализации планов по перекройке границ ближневосточного региона. Стоит ли напоминать этапы этого политического проекта: развал Ирака, Ливии, Йемена, а теперь и Сирии.

Нетрудно уловить, что фактически с политической карты исчезли страны, некогда считавшиеся авангардом арабского национализма, в котором оставалось место и социалистическим устремлениям. Их независимость во многом, точнее, решающим образом опиралась на мощь СССР. В политической игре против арабского национализма был сформирован и так называемый фронт консервативных режимов, ставших ныне благодаря своим энергетическим ресурсам социально-экономически наиболее привлекательными странами.

Но вместе с падением бастионов арабского национализма будет меняться место, роль и значение королевских домов. Некогда лидером этого мира стал Насер. Долгое время благодаря этому знамени Египет оставался флагманом арабского мира. Увы, сегодня это всего лишь, пусть и недавняя, но все же история. Но ведь известно, и давно – история ничему не учит. Ничто не свидетельствует о том, что происходящие перемены в регионе стали уроком для остальных игроков. Представляется, что перед нами пока только всполохи будущей большой войны, в пламени которой сгорит не одна политическая судьба, и которая может обжечь многих из тех, кто полагает, что колокол звонит по кому угодно, но только не по ним.

Терроризм, освященный документами ООН

На это прежде всего указывает то обстоятельство, что не слышно голосов о срочном привлечении международных сил к выработке общего определения терроризма, как средства политической борьбы. Очевидно, что потенциально оно возможно. Однако безмолвствует и Специальный комитет ООН по международному терроризму. И вовсе не потому, что разногласия между государствами являются такими уж непреодолимыми. С 1970-х годов широко используется термин "международный терроризм". Однако ничто не указывает на то, что курдский терроризм остерегается применения этого термина в отношении себя. Не так давно на страницах haqqin.az выступил один из приметных деятелей курдских организаций в России, некто Шамоян.

Послушать его, так все, что происходит сегодня в Турции, есть долгожданная весть о национальной борьбе, освященной документами ООН. Стоит ли удивляться откровенным призывам к войне со стороны политиков, пусть и не самых влиятельных, но которые выражают часто точку зрения влиятельных кругов (В.Жириновский):

«Пусть армяне решают. Как курды бьются за создание своего государства? С оружием в руках. Так и армяне пусть используют дипломатические, экономические, политические, моральные, любые другие меры. В конечном итоге, видимо, придется им вооруженным путем возвращать свои земли».

С этими призывами перекликаются выводы и прогнозы, озвучиваемые в ряде западных столиц. Утверждается, что с выводом основной части российских войск из Сирии наметилась явная тенденция к созданию «Федерации Северной Сирии». Сможет ли Анкара, нашедшая общий язык с Иракским Курдистаном, достигнуть взаимопонимания с их сирийскими собратьями? А самое главное – с вооруженным курдским анклавом на собственной территории? Вряд ли кто сможет сегодня ответить на эти вопросы однозначно. Ясно, что перекройка политической карты Сирии есть лишь один фрагмент в начавшемся противостоянии Турции с курдами.

Фрагмент, который может стать началом новых, куда более серьезных перемен на геополитическом пространстве, примыкающем непосредственно к Азербайджану. Если, конечно, международное сообщество не обратит внимание на то, что курдский терроризм удивительно дополняет неведомую доселе силу, которую пытаются опрокинуть общими силами США и ЕС – террористическую армию под названием ИГ. В противном случае Турции не остается ничего иного как на националистический террор ответить государственным. Как когда-то это сделала Великобритания. Или в Европе нашли какой-то иной способ борьбы с терроризмом?

7578 просмотров