Иран имама на шаха не променяет наша аналитика

Расим Агаев, автор haqqin.az

После убийства Касема Сулеймани, считавшегося военным стратегом Ирана, и едва ли не главным идеологом его внешней политики, в Тегеране актуализируется вопрос национального лидера. Скажете, а где этого не бывает при аналогичных обстоятельствах? Так-то оно так, да только вон сколько времени прошло после того как иранская революция (1979) изгнала из Тегерана шаха Мохаммеда Реза Пехлеви, а судьба власти, судя по всему, вновь решается на улице.

и снова улица верховодит Ираном

Cтавка на принца?

Этот иранский вопрос сохраняет свою актуальность не только для Тегерана, но и европейских столиц. Не говоря уже о Москве и, само собой, о Баку, где простой народ исстари думает и говорит о тамошнем люде как о своих соотечественниках. Не секрет что, несмотря на множество проблем – от социально-экономических до внешнеполитических, которыми перегружена ИРИ, она, как и в шахские времена претендует на лидерство не только в регионе, но и в исламском мире. А это не только значительные людские ресурсы (23% землян) и вторая миpовая религия. Иран и при шахе и после него сохранял влияние в регионе,  где сосредоточены значительные нефтегазовые богатства. И это после того как с монархией, казалось, было окончательно покончено. Последние события в ИРИ, по мнению части западных экспертов, свидетельствуют о неисключаемости некоего властного обновления.

Возможно ли такое? На этот вопрос можно ответить утвердительно, если определиться с наиболее вероятным претендентом на роль национального лидера. Кто на данный момент более всего смотрится таковым? Западу приходится искать среди довольно узкого круга политических сил: монархистов и исламистов. C другой стороны, помнится и с шахом покончили не партии европейского образца, а та же улица…

так свергали шаха

Другой, чисто иранский нюанс заключается в том, что по степени влияния и доверия число почитателей шахских времен, скорее всего, уступает таки в Иране властвующей теократии. Ничего с этим не поделаешь: люди разочарованы, но это не значит, что все они готовы вновь дружно рукоплескать представителям династической власти. К тому же не оправдались и надежды прошахских сил на поддержку США и в целом Запада. И это при том, что у них имелось то, чем не могли похвастать другие претенденты на властный олимп – личность, претензии которого на трон были бы в той или иной степени обоснованы – на Востоке последнее обстоятельство смотрится как нечто эквивалентное выборам. В этом плане монархисты все свои надежды связывали c давно проживавшим в Бостоне сорокочетырехлетним принцем Али Реза Пехлеви. Увы, этим надеждам не суждено было сбыться. Али Резы Пехлеви скоропостижно скончался в 2011 году.

С надеждой на Аллаха

Увы, безжалостная революция не могла не оставить особого травматологического следа в душах своих жертв. Несколько лет назад покончила с собой Лейла - шахская дочь. Последнюю точку в судьбе ее брата Али Реза поставила трагическая гибель его невесты случившаяся год назад до его кончины. Что это - веление судьбы, расплата за содеянные несправедливости, без коих не обходится жизнь коронованных особ, как склонны думать многие?  По человечески все объясняется очень просто – не каждому дано, покинув царский дворец, смириться с жизнью обывателя в чужой, пусть и европейской стране.

С момента свержения монархии (1979) ИРИ позиционирует как законный наследник великой Персии. Так уж было заведено с тех времен, как тамошние народы (персы, азербайджанцы, курды и ряд других племен и народностей) потянулись за желанной мечтой – всенародным обожанием и региональным лидерством. Так было, если помните, с Мохаммедом Реза Пехлеви (1919 – 1980) — тридцать пятым и последним шахиншахом Ирана. Не меньшим авторитетом для мусульманских масс стал и свергнувший его Хомейни. Вспомним, как это водится издревле на Востоке, есть ли вторая личность, которая с одинаковым почтением воспринималась бы политическими силами не только в ИРИ, но и в Сирии, Ливане, Ираке и Йемене?

Иран не примет шаха

Время работает, вроде бы, на исламистов, хотя давно известно: социальная и правовая справедливость теократии ставит ее на голову выше другим альтернативам, в частности погрязшей в коррупции и насилии монархической династии. Положение могло бы спасти то, что всегда выручало и без чего немыслимо революционное движение вообще, а на Востоке в особенности – яркой личности. Кто может претендовать сейчас на эту роль? Есть ли такая личность, авторитет и влияние которого с одинаковым обожанием воспринимались бы не только по всему Ирану, но и далее по разным сторонам региона? Куда двинется далее страна, для которой ислам не только традиционная религия, но и политическое настоящее и светлое будущее. На эту роль по-прежнему может претендовать партия ислама, находящаяся у власти. Монархическая партия среди иранских эмигрантов, разумеется, существует. И возглавляет ее старший брат покойного шахиншаха  – 59-летний принц Реза. Имеет ли монархическое движение хоть какие-то шансы на успех? «Едва ли, – считает Хушанк Амирахмади. – Иран расстался с монархией, он попросту перерос ее».

Обыкновенный терроризм

Наверное Сулеймани был обречен, он мог бы быть более осмотрительным. Но кто бы мог подумать, что даже с учетом ненависти, переполнявшей души западных политиков и генералов, они решатся свести счеты со своим противником, профессиональным военным методом, заимствованным у тех, кому они вроде бы объявили беспощадную войну – обыкновенных террористов. Не солидно как-то, господа… Тем более, что в Париже, как, впрочем и в Вашингтоне данный заурядный теракт склонны рассматривать чуть ли не крупнейшим военным успехом западных генералов (?!) Другое дело – сами иранцы – что рядовые, что из командного ряда. Не секрет, что многие в Сулеймани видели лидера грядущей политической трансформации, в пламени которой может родиться региональный союз шиитских государств.

трансформация могла бы начаться с Сулеймани

Вчитываясь в страницы боевого пути К.Сулеймани невольно начинаешь верить в то, что если эта политическая мечта шиитов и могла быть реализована, то только под руководством легендарного генерала. Может, в этом выводе, которыми пестрят публикации последних дней, что в Тегеране, что в Дамаске или Багдаде есть и изрядная доля преувеличений, вызванных трагическими обстоятельствами его гибели, но факт остается фактом - американская разведка охотилась за ним давно, о чем, кстати, западная пресса трубит вовсе не только из-за хвастовства.

По большому счету Сулейман не первый и наверное не последний, ближневосточный лидер, взятый на прицел западными спецслужбами. Хорошо помню как не раз и не два меня будил звонок в том же Дамаске или Триполи, смысл которого был один и тот же: «Пока мы спим, Асада (или Каддафи чуть не прикончили!»). Не раз и не два «Гаид» - так именовали в народе лидера ливийской революции М.Каддафи сообщал людям об очередной группе наемных убийц, проникших из Туниса в Триполи с целью его уничтожения. Вечером на экранах телевизоров возникают перекошенные лица этих самых агентов и под крики ликующих толпищ свершается акт справедливого возмездия: широкоплечий мужик подводит осужденных  - одного за другим к виселицам…

- Они действительно хотели убить «Гаида»?, - спрашиваю за чашкой кофе я нашего сотрудника, египтянина Мухаммеда Айни.

-Хотели, хотели!- отвечает Мухаммед. – А почему бы и нет? Каждые полгода нам демонстрируют казнь молодых людей, которые только и заняты были тем, что готовили покушение на «Гаида». За последние пять лет я таких насчитал пару десятков. У всех у них, наверное есть братья, сыновья, родственники. Вот тебе и потенциальные революционеры… 

И куда только они подевались, когда палач курд со злорадной улыбкой накинул на шею Каддафи веревку?…

Хаменеи у гробницы имама Резы

Вернемся однако в сегодняшний Тегеран. Народу много (около 78 млн), но политическая арена пуста. Как, кстати, и в Триполи. Монархисты исчерпали себя: ни идей, ни людей. В исламистских рядах – одни престарелые лидеры. В трудную минуту они сделали все, что могли – искренне по стариковски расплакались, прокляли американцев и… все? Но это же цугцванг! Муллы, увы, плохо знакомы с языком шахмат. Зато у них развит язык мечети. «Аллаху акбар…», - уверяют муллы у могилы Имама Резы, взывая к всевышнему иранцев. Как и тыщу лет назад...

5325 просмотров