Пророссийские прокси столкнулись с иранскими и сирийскими войсками по горячим следам

Игорь Панкратенко, автор haqqin.az

Отборные части сирийской армии с помощью проиранских ополченцев атаковали на этой неделе анклав Дераа аль-Балад, где десять лет назад началось восстание против режима Асада, положившее начало гражданской войне в Сирии.

Анклав Дераа аль-Балад долгое время был раздражающей занозой для всего клана Асада. Часть провинции Дераа была взята правительственными войсками еще три года назад – но этот анклав остался непокоренным и подавал пример остальным провинциям. На картах стратегов и политологов он был закрашен в лояльный Дамаску цвет – а на деле режиму Асада не подчинялся от слова совсем.

В Дераа аль-Балад трагическую роль сыграли три фактора: алчность Асада, планы КСИР и стремление Дамаска и иранцев «подвинуть» из этих районов Москву

Да и с какой бы стати жителям и анклава, и всей провинции было любить клан, сидящий в Дамаске? Обстрелы, бомбовые удары с воздуха, попытки заблокировать поставки туда продовольствия и топлива – все это не прекращалось постоянно. «Борющегося за мир и территориальную целостность Сирии» режима в Дамаске здесь попросту нет - ни администрации, ни инфраструктуры, ни социальной сферы, ни гуманитарной помощи. Только постоянные обвинения в непримиримости и нелояльности.

За десять лет здесь самоорганизовалась своя жизнь. Непростая, но своя. Что-то «мутят», достают, покупают, гоняют контрабанду, благо что совсем неподалеку граница с Иорданией, да и до Голанских высот, границы Израиля всего ничего, 150 километров, менее трех часов езды на автомобиле по контрабандным тропам.

То, что анклав не признает над собою власти Асада – в Дамаске бы перетерпели. В конце концов, мало ли таких анклавов по всей Сирии – на картах, закрашенных в лояльные режиму цвета, а на деле им не контролируемых. Да что там – почти четверть территории под контролем проамерикански настроенных курдов, а Дамаск твердит о практически полном восстановлении контроля.

Но в случае с анклавом Дераа аль-Балад свою трагическую роль сыграли три фактора: алчность братца президента Махера Асада, планы иранского Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) на юг страны и стремление Дамаска и иранцев «подвинуть» из этих районов Москву.

Перестрелка с российским спецназом

Тут надо пояснить, что именно российская сторона была инициатором урегулирования 2018 года ситуации вокруг анклава. Тогда при участии Москвы на границе с Израилем стал реализовываться план формирования «суннитского буфера» – для минимизации присутствия иранского Корпуса стражей исламской революции и многочисленных лояльных Тегерану местных и зарубежных отрядов ополченцев, которые неоднократно обещали Израилю открыть «сирийский фронт», а пока – вытесняли суннитов с их земель и захватывали их имущество.

В Тегеране это вызвало раздражение, а в Дамаске взвыл от злости Махер Асад, который уже подсчитывал прибыли от перехвата контрабандных потоков и обкладывания данью самих контрабандистов. Но в 2018 году Дамаску и иранцам демонстрировать свое недовольство и активно противодействовать России было еще как-то не с руки. Ворчали, старались отыграться на других направлениях – но без особой масштабности.

А вот нынешним летом в Дамаске решили, что время пришло. И началась эскалация напряженности, выдвижение ультиматумов анклаву и обвинения Москвы в пассивности в «борьбе с терроризмом». Клан Асада, проведя закулисные переговоры с Эмиратами, саудитами, американцами и французами, почувствовал себя окрыленным и способным открыто возражать Москве.

Корпус Махера Асада отогнал огнем лояльные к России подразделения

Иранскому же контингенту, прокси и советникам, стало крайне важным продемонстрировать, что они, несмотря на смену президента, готовы к наступательной политике в Сирии, созданию угроз Израилю и Иордании и продвижению своих позиций к границам этих государств.

Почувствовав неладное, Москва пыталась урегулировать конфликт, предложив на днях «дорожную карту» примирения анклава с Дамаском. В ней было немало здравых и взаимоприемлемых предложений, включая возвращение беженцев и решение Дамаском таких социальных проблем, как медицина, электричество, вода, беспрепятственная поставка продуктов питания, предметов первой необходимости и организация социальных выплат.

А для обеспечения гарантий переговорного процесса отправила поближе к анклаву Дераа аль-Балад части лояльной к России 8-й бригады и 5-го армейского корпуса, который российские военные сами и формировали. А для подкрепления авторитета сюда же выдвинулось и несколько патрулей российской военной полиции, чтобы помимо прочего, продемонстрировать Дамаску и Тегерану, кто здесь хозяин.

Но было уже поздно. 4-й корпус Махера Асада и иранские прокси оказались быстрее. Отогнав огнем лояльные к России подразделения от блокпостов и контрольно-пропускных пунктов, сирийцы и иранцы начали наступление на анклав, обрушив на него огонь с земли и воздуха.

Алчность Махера Асада и амбиции «сирийского контингента Ирана» вновь обернулись для простых сирийцев кровью и беженцами. А с учетом того, сколько таких «анклавов Дераа аль-Балад» в Сирии, не нужно быть пророком, чтобы сказать – эта война будет длиться долго. Ведь в Дамаске борьбу за мир готовы вести до последнего сирийца, если, конечно, он не является членом или клиентом правящего клана.