Сухие лавры России, большие миллиарды Китаю забытый эпизод казахстанской драмы

Зухра Новрузова, автор haqqin.az

В Сети сейчас разгорается ожесточенная дискуссия, кто из внешних игроков оказался в выигрыше от трагических событий в Казахстане. Для наиболее проницательных ответ очевиден – кроме России, это Китай.

В Пекине после начала кровавых беспорядков в Казахстане ни секунды не сомневались, что это – результат деятельности внешних сил, которые пытаются устроить в стране цветную революцию. Но при этом руководство Китая подчеркивало, что эти события – внутреннее дело страны, и казахстанские власти смогут решить их собственными силами, обеспечив не только порядок в стране, но и безопасность китайских активов.

Судя по всему, определенные договоренности по этому поводу были достигнуты властями Казахстана и Китая еще на пике беспорядков. Ведь как только полыхнуло на западе Казахстана, а потом и в Алматы, в ряде западных СМИ с тихой радостью начали писать о незавидной судьбе китайских инвестиций - миллиардов.

Без единой копейки, чужими руками Китай уберег свои миллиарды

Но уже 6 января, когда в Казахстане ничего еще не было предрешено, китайская проправительственная Global Times написала: «Китайские предприятия и отраслевые инсайдеры заявили, что беспорядки не окажут большого влияния, поскольку транспортировка нефти и газа технически надежна. Местные компании заявили, что они готовы к защите заводов и скважин, и правительство Казахстана также примет соответствующие меры для обеспечения безопасности».

Подобное категорическое заявление неофициального органа ЦК КПК возможно только в одном случае: Пекин получил гарантии и от Токаева. А днем ранее посол КНР в Казахстане Чжан Сяо в своем аккаунте в Facebook написал следующее: «В 2021 году число грузовых поездов, курсирующих по маршрутам Китай - Европа в обоих направлениях, быстро выросло на фоне безопасной и бесперебойной работы. Количество рейсов грузовых поездов выросло на 22% в годовом исчислении и достигло 15 тыс. в 2021 г. За этот период грузовые поезда перевезли в общей сложности 1,46 млн стандартных контейнеров, что на 29% больше по сравнению с показателем 2020 года».

При этом следует понимать, что «маршрут Китай - Европа» проходит именно через Казахстан, являющийся ключевым звеном сухопутного проекта «Пояс и путь». При этом Чжан Сяо добавил, что «безопасность транспортного коридора окажется на самом высоком уровне из-за совместных действий».

То есть у Пекина не возникало и тени сомнений, что руководство Казахстана сумеет самостоятельно обеспечить и безопасность активов Китая, и безопасность транспортных магистралей. Разумеется, китайское руководство готово было оказать Ак-Орде самую широкую и всестороннюю помощь, но уверенность в способности казахских властей справится самостоятельно - у китайцев была стопроцентная.

Важно понимать, что хотя отношения Казахстана и Китая были далеко не безоблачны в политическом плане – сильные антикитайские настроения у казахской общественности, строгие меры контроля над китайской миграцией и правилами ведения бизнеса на территории страны, – на экономическом сотрудничестве это никак не отражалось.

Китай построил и трубопровод, контролирует и 20% нефтедобычи....

Пекин контролирует 20% добычи нефти в республике. Китай построил трубопровод от Каспийского моря до казахско-китайской границы. Серьезно присутствует Китай в транспортной сфере, используя при этом логистические и транзитные возможности Казахстана. Если первая волна китайских инвестиций в Казахстан (с 2007 по 2013 год) в основном была сосредоточена на добыче углеводородов и строительстве газо- и нефтепроводов, то вторая волна направлена на создание мощной индустрии. Это и цементный завод с проектной мощностью 900 тысяч тонн в год, и завод по производству стекла «Орда», и строящийся новый автобусный завод «Ютонг».

Причем бич казахских партнеров - задолженность перед Китаем власти Казахстана не слишком пугала. Если в 2013 году все виды китайских займов Казахстану превышали $15,8 миллиарда, то в 2020 году они сократились до 8,8 миллиарда долларов.

Более того, появившийся у правительства Токаева денежный «подкожный жирок» позволил софинансировать некоторые китайско-казахские проекты, что вообще редкость. Яркий тому пример - строительство компанией China National Chemical Engineering в Атырау завода по производству полипропилена стоимостью $2,6 млрд оплачивается в примерном соотношении 3:1 между Китайским банком развития и Фондом национального благосостояния Казахстана.

А ведь есть еще казахские поставки меди, урана и сельхозпродукции, которые если и не сильно повышали благосостояние населения, то, во всяком случае, обеспечивали комфортную толщину кошельков казахстанских элит, что старых, «назарбаевских», что новых, стремящихся к власти «токаевских».

Пекин выстроил в Казахстане идеальную для себя ситуацию. Какая разница, какой будет фамилия казахского президента? Какое имеет значение то, какой жуз он представляет? Ведь ему в любом случае нужно будет заботиться о защите интересов китайского бизнеса и китайских активов. Как говорил великий кормчий товарищ Мао, «не имеет значения цвет кошки, если она хорошо ловит мышей».

Товарищ Си доволен. Китай сохранил свои инвестиции. Ну а Россия в борьбе за русский язык в Казахстане

И тут случился ввод контингента ОДКБ. Откровенно говоря – Россия оказалась на ключевом участке сухопутного маршрута «Пояс и путь», в который, замечу, так и не смогла за девять лет полноценно встроиться, более того, к досаде Кремля – осталась на его обочине. И что же Пекин?

В устном послании председателя Си президенту Казахстана Касым-Жомарту Токаеву, как и в официальных комментариях китайского МИДа по этому поводу, – ни словечка. Что сразу подвесило интригу и вызвало комментарии о том, что Пекин, дескать, крайне недоволен действиями Москвы.

Но в реальности реакции Китая и не может последовать, поскольку китайские политики сейчас очень заняты: они аплодируют происходящему и поднимают за свой успех рюмочку хорошего – а другого в ЦК КПК и не держат – маотая. Ведь Кремль может и выиграет по несущественным вопросам вроде статуса русского языка и прав русскоязычного населения, но основную выгоду получит Китай.

Который не вложил ни юаня в разрешение конфликта, остался в стороне – но сумел избежать международной критики, обезопасить свои активы чужими руками, да еще и получил возможность нарастить теперь свое влияние под прикрытием «помощи в ликвидации экономических последствий беспорядков». Что, разумеется, не может не вызывать восхищения, которого заслуживает всякая тонкая политическая игра, кто бы ее ни проводил.