Истек ультиматум Владимира Путина главная тема

Мамед Эфендиев, отдел экономики

Накануне 1 апреля истек срок ультиматума, который президент РФ Владимир Путин предъявил лидерам «недружественных» стран.

Президент России строго предупредил правительства европейских (то есть недружественных) стран, что с 1 апреля продажа газа будет производиться только в рублях. Судя по ответной реакции Евросоюза, Кремлю ясно дали понять всю неприемлемость и абсурдность ультиматума России, даже если это безобидная первоапрельская шутка.

Владимир Путин

Но России, как известно, сейчас не до шуток! Все максимально серьезно, следствием чего стала накаленная до предела ситуация, в которой какая-та из сторон должна уступить.

Москва уже не впервые настаивает на расплате за энергоносители в своей национальной валюте, на что Брюссель резонно призывает россиян придерживаться условий действующих контрактов.

Настаивая на соблюдении условий контрактов, предусматривающих расчеты в евро, Запад юридически прав. Но и контрдоводы Москвы также не лишены логики. Как известно, Европа заморозила все валютные счета России. А это значит, что, продолжая продавать нефть за евро, Москва, обвиняющая Запад в воровстве половины своих валютных резервов, может не получить плату за свой продукт, которая также будет заморожена.

В итоге складывается патовая ситуация, когда обе стороны, руководствуясь исключительно амбициями, близки к тому, чтобы расторгнуть испытанные временем взаимовыгодные контракты.

Как известно, Европа всегда покупала российский газ за валюту. Москве это помогало решать многие задачи – от социальных до оборонных, а европейцам газ из России десятилетиями обеспечивал комфортную жизнь в тепле.

Что же мешает им договариваться сегодня?

Евросоюз твердо намерен соскочить с российской нефтегазовой иглы

Помнится, похожая история произошла совсем недавно, когда Россия точно таким же манером решила возвращать внешние долги не в иностранной валюте, а в рублях. Причина все та же – поскольку наша валюта заморожена, долги отныне возвращаем в рублях. И только дружный отпор Запада вынудил Путина отступить и расплачиваться в валюте, указанной в контрактах.

Но на сей раз, похоже, дело принимает совсем другой оборот. В том, что на первых порах проиграют обе стороны, сомнений нет ни малейших. А вот вопрос о том, кто проиграет больше и кто сможет раньше оправиться от разрыва многолетних коммерческих отношений, заслуживает особого внимания.

Следует признать, что Москва годами использовала газовый рычаг для политического нажима на Европу, которая порой вынужденно принимала условия России, противоречившие зачастую демократическим принципам Старого Света. И вот теперь Москва пытается запугать Евросоюз, угрожая перенаправить весь свой гигантский газопоток в Китай.

Однако европейцев этот «поворот на Восток», похоже, не пугает. Во-первых, Китаю, даже несмотря на гигантские масштабы его экономики, столько газа не нужно. А, во-вторых, до Китая еще надо протянуть нити газопроводов, а это потребует немало денег и времени.

Кроме того, Евросоюз, похоже, основательно подготовился к экономической войне с Россией и всеми силами пытается сбросить с себя оковы энергозависимости от России.

В этой связи большие надежды Брюсселя связаны с поставками сжиженного природного газа (СПГ) из США и Катара (а в перспективе – из Канады и ряда других стран). Помимо этого, наращивает поставки газа по своей трубе Азербайджан, готовится к этому Израиль…

В планах ЕС значатся также совместные закупки газа, кооперативные стратегии хранения запасов «голубого топлива», ускорение инвестиций в инфраструктуры, например, в интерконнекторы и терминалы для СПГ, внедрение проектов по энергосбережению…При этом речь идет вовсе не о второстепенных мерах. Достаточно отметить, что многие газохранилища Европы находились под контролем российского «Газпрома». А одна из причин прошлогоднего энергокризиса в Европе как раз и заключалась в том, что хранилища эти оказались полупустыми.

Большие надежды Брюсселя связаны с поставками сжиженного природного газа (СПГ) из США и Катара (а в перспективе – из Канады и ряда других стран)

Правда, для реализации этих целей и Евросоюзу потребуются деньги и время. Только вот, в отличие от России, проблем с деньгами у Брюсселя не будет. Что же касается фактора времени, то в ЕС считают, что главное – это пережить первые несколько месяцев. А затем тотальный отказ от российских энергоресурсов будет ощущаться все меньше и меньше, пока окончательно не сойдет на нет.

Остается единственный животрепещущий вопрос: есть ли у ЕС в запасе эти пресловутые «несколько месяцев»? Ведь расплачиваться в рублях за российский газ нужно уже с 1 апреля.

И вот тут выясняется, что, как это ни парадоксально, в апреле клиенты «Газпрома» в любом случае без российского газа не останутся. Согласно уже принятому решению, «Газпром» должен получить первые «рублевые» оплаты за газ по ряду контрактов только во второй половине апреля и в мае. После чего наступит лето, а к этому времени многие потребители успеют адаптироваться к ситуации.

Подводя итоги, можно сказать, что ни для России, ни для Европы не имеет принципиального значения, в какой именно валюте будет проходить оплата продукта. К примеру, что Германия выплатит «Газпрому» указанную сумму в евро, что конвертирует ее в российском банке, после чего произведет расплату в рублях, ни одной из сторон финансовых преимуществ это не даст.

Таким образом, в возникшей ситуации четко проступают далекие от большого бизнеса политические интонации, сознательное нагнетание и без того напряженной атмосферы.

Пока политические амбиции одерживают верх над экономическими преференциями. Но если на первых порах проигрыш этот будут одинаково ощущать обе стороны, то уже вскоре Евросоюз оправится в то время, как Россия вряд ли найдет в обозримом будущем источники для экспорта своего трубного газа…