В Пакистане два победителя. И каждый прав по-своему главная тема

Фарид Исаев, обозреватель haqqin.az

В четверг в Пакистане прошли выборы в нижнюю палату парламента – Национальное собрание. Еще до объявления результатов о победе объявили сразу два политических лидера-конкурента, бывшие премьеры – находящийся в заключении Имран Хан и избежавший заключения Наваз Шариф. Это точно не сулит поствыборного спокойствия и мира в стране, которая переживает очень нелегкие времена.

По итогам выборов распределялись 266 мест в Национальном собрании, еще 70 затем будут отданы квотам женщин и немусульман пропорционально прошедшим в парламент партиям. И согласно объявленным результатам, 98 мест получила партия Имрана Хана – «Движение за справедливость». 71 место – Пакистанская мусульманская лига Наваза Шарифа, 51 место – Пакистанская народная партия, во главе которой представитель другой известной политической династии - Билавал Бхутто Зардари, сын Беназир Бхутто, главы правительства, погибшей в результате покушения в 2007 году.

Проблема в том, что Имран Хан остается самым популярным политиком в Пакистане

Прав ли Имран Хан, когда заявляет о победе?

Конечно, прав. Его политическая сила сумела опередить другие, несмотря на то что лидер в тюрьме, а партии запретили фигурировать в бюллетенях. Поэтому представители «Движения за справедливость» выдвигались как независимые кандидаты. Важный момент: около 40% избирателей в Пакистане не умеют читать, поэтому опознают «свои» партии по символам в бюллетене – изображению какой-нибудь птицы, животного или другому знаку. Представители партии Хана были лишены возможности быть опознаными таким образом и тем не менее им удалось опередить своих основных конкурентов.

Сторонники Имрана Хана регулярно проводили акции в его поддержку, и во время демонстрации, которая прошла за десять дней до выборов, были стычки с полицией, ведущих партийных активистов арестовали, в партийных офисах прошли обыски, и партия была практически выбита из предвыборной кампании, но вопреки этому был получен хороший результат.

Еще перед выборами аналитики предрекали, что основная конкуренция развернется между партиями Шарифа и Зардари, не веря в возможности преследуемых людей Хана, но вышло иначе.

Наваз Шариф, за которым сейчас армейская поддержка, сам был на месте Хана: во время своего второго премьерства в 1999 году он был отстранен от власти в результате военного переворота и был вынужден покинуть страну

Прав ли Наваз Шариф?

Конечно, прав, потому что в паре с Народной партией Зардари он получает возможность сформировать коалиционное правительство, и это будет его уже четвертое премьерство. Победа? Победа.

Проблема в том, что Имран Хан остается самым популярным политиком в Пакистане: опрос Gallup за месяц до выборов давал ему 60% доверия на фоне 52% у Шарифа. И это при том, что кандидатуру Шарифа поддержала всемогущая в Пакистане армия. Как раз конфликт Хана с генералами, когда он не согласился с ними относительно кандидатуры руководителя спецслужбы, привел к его отставке с поста главы правительства и к дальнейшим гонениям.

В считанные дни после отставки в 2022 году началось уголовное преследование, и Хан последовательно получил 10 лет за разглашение государственной тайны, 14 лет за коррупцию, а вдогонку еще семь лет за то, что при заключении брака нарушил исламские законы: не выждал достаточное время после развода будущей жены. И это не все: против него возбуждено еще около 150 уголовных дел. С армией ссориться в Пакистане неполезно. Но голосование за партию Хана показало, что для значительной части общества позиция армии не указ, и это фактор, который будет сказываться на дальнейших политических процессах.

Интересно и то, что Наваз Шариф, за которым сейчас армейская поддержка, сам был на месте Хана: во время своего второго премьерства в 1999 году он был отстранен от власти в результате военного переворота и был вынужден покинуть страну. А во время третьего срока пришлось покинуть пост в 2017 году из-за обвинений в коррупции и даже провести некоторое время в тюрьме. Но армия решила – надо возвращать, и в 2024 году Верховный суд дал право ранее осужденным политикам принимать участие в выборах, что открыло дорогу 74-летнему ветерану пакистанской политики назад, к премьерскому креслу. Вот только фигурой национального объединения и примирения, кажется, стать ему не суждено.

Очень уж кипит недовольством общество, а экономические проблемы и природные бедствия сыплются со всех сторон. Еще и постоянно звучат взрывы и выстрелы, за которыми стоят распоясавшиеся террористические группировки. Ничто пока не сулит покоя и мира несчастной 230-миллионной стране.