Ирану не из чего выбирать: смерть человека или экономики наш комментарий

Икрам Нур, автор haqqin.az

Иран снял все ограничения, введенные в связи с пандемией. Страна вновь удивила мир, отказавшись от режима самоизоляции, который был отменен после зафиксированного еще на прошлой неделе абсолютного антирекорда по числу заболевших.

Нет, речь не идет о самоубийственной политике иранских властей и полного непонимания ими серьезности ситуации. Как раз наоборот – именно из-за серьезности ситуации в экономике Тегеран вынужден рисковать со здравоохранением.

Хасан Роухани честно признал, что у Ирана нет другого выбора

«В сложившихся обстоятельствах у нас нет другого выбора — нет второго варианта. Мы вынуждены работать, наши заводы должны функционировать, магазины торговать, и по стране должны быть перемещения, пока это необходимо», - заявил в минувшую субботу президент страны Хасан Роухани.

В его речи также впервые на моей памяти прозвучали и конкретные цифры потерь страны от американских санкций: бюджет Ирана ежегодно недополучает 50 миллиардов долларов. Сам же Роухани и уточнил: «50 млрд долларов означает 8 700 000 миллиарда риалов, то есть где-то два бюджета прошлого года».

То есть та самая политика максимального давления на Тегеран, которую некоторые высмеивают, критикуют и называют неэффективной – лишила Исламскую республику 70% бюджетных поступлений! И улучшения ситуации не ожидается. Дошло до того, что Тегеран планирует сократить свое внешнее телевещание – в новостях из страны прошла информация, что в ближайшее время, возможно, будет приостановлена деятельность телеканалов «Аль-Алям» и «Пресс-ТВ», не исключено, что так произойдет и с рядом других общенациональных СМИ.

Причина – задолженность перед иностранными спутниковыми операторами, которым нужно платить в долларах или евро, а вот как раз валюты Тегерану категорически и не хватает.

американские санкции ударили, а коронавирус добил иранскую экономику

«Компенсировать эти потери очень сложно», - признал Роухани. При этом не забыв произнести традиционную мантру о стойкости иранского народа: «Любая другая страна мира уже давно бы встала на колени, тогда как Иран стойко противостоит вызовам».

Вот по поводу стойкости и мужества иранцев вопросов нет, даже у самых злобных противников Тегерана они вызывают уважение.

В публичных выступлениях Хасана Роухани появился интересный акцент. Да, он признает, что «за годы работы правительства условия жизни людей стали хуже». Но вот дальше утверждает, что это не правительство плохое, это просто ему и его команде не повезло с Трампом. А пока было все нормально (то есть до Трампа), мы, дескать, семимильными шагами шли к процветанию: «Пока не было санкций, мы смогли добиться беспрецедентного в истории экономического роста».

Что, кстати, вполне соответствует действительности: приведенные Роухани данные о том, что «если в 1391 году (по иранскому календарю, соответствует 2012-2013 гг.) рост был отрицательный - минус 4%, то в 1395 году (2016-2017 гг.) он стал положительным - плюс 14%» - вполне корректны и достоверны.

Но в том, что говорит иранский президент и другие официальные лица в Тегеране, - не хватает главного, того, что сейчас хочет услышать население – а как Иран собирается жить дальше. Ведь совершенно понятно, что санкционное давление на него не ослабнет. Более того, в преддверии окончания срока действия эмбарго на поставки оружия в Иран – 18 октября 2020 года – оно будет еще больше нарастать.

в результате американских санкций Иран потерял два своих бюджета

Причем, судя по царящим на Капитолии настроениям среди конгрессменов, санкции будут вводиться не только против Тегерана, но и против Москвы и Пекина как потенциальных продавцов оружия иранской стороне. Спецпредставитель президента США по Ирану Брайан Хук еще в марте заявлял, что что США «готовы использовать все доступные по закону варианты», чтобы заставить ООН продлить эмбарго на поставки оружия Ирану». И с этой позиции Вашингтон не сойдет – поскольку для того же Трампа это будет означать провал его политики в отношении Тегерана.

Иранская сторона уже объявила происходящее «новым заговором», что по форме совершенно справедливо. Но сказав «а» - необходимо говорить и «б», то есть хотя бы примерно представлять себе формы и методы противодействия этому заговору. Пока, судя по всему, их нет. Тегеран уверен в безоговорочной поддержке в данном вопросе со стороны Пекина и Москвы, но, как представляется, надежды на это слишком уж преувеличены. Ни Китай, ни Россия не пойдут на серьезное обострение с США из-за Ирана, не та ситуация.

Плюс экономике страны еще предстоит преодоление последствий пандемии, масштаб которых, есть такое подозрение, иранским властям еще попросту не ясен. Та же поэтапная отмена режима изоляции началась в Иране еще в апреле. Сначала люди робко выходили на улицы и прогуливались в парках, потом открылись торговые центры, рестораны, парикмахерские, отели, возобновились занятия в университетах. Последними ушли ограничения для спортивных клубов — они вновь открыли свои двери 6 июня.

И вместе с этим абсолютный суточный антирекорд по числу заболевших за три с половиной месяца пандемии — 3574 случая — был зафиксирован в Иране 4 июня. После этого общее количество случаев заражения коронавирусом в Исламской Республике превысило 161 тысяч человек, более 8 тысяч скончались. Однако руководство страны приняло противоположное решение: снимать ограничения. В минздраве Ирана пояснили: говорить о второй волне пандемии пока рано, а рост числа заболевших во многом связан с возросшим количеством тестов. Что ж, уже ближайшее время покажет справедливость этих утверждений.

Пока же ясно одно – нынешний и следующий годы будут одними из самых сложных в новейшей истории Исламской республики. А санкции и коронавирус добавят простым гражданам страны дополнительные трудности.

3429 просмотров