Иранская головоломка - головная боль нового президента США наша корреспонденция, все еще актуально

Евгений Бай, спецкор haqqin.az, Вашингтон

Избранный президент США Джо Байден задолго до выборов анонсировал, что одним из приоритетов его внешней политики станет возобновление ядерной сделки с Ираном. Как известно, она была заключена в 2015 году после нескольких лет трудных переговоров, которые вели Соединенные Штаты, а также Великобритания, Германия, Китай, Россия и Франция. Главными пунктами этой сделки было то, что Тегеран в обмен на прекращение против него международных экономических санкций согласился, в частности, избавиться от большей части обогащенного урана и допустил инспекторов МАГАТЭ на свои ядерные объекты. Разрешенный лимит урана для Ирана составил по условиям договора 202,8 кг.

избранный президент США Джо Байден анонсировал, что одним из приоритетов его внешней политики станет возобновление ядерной сделки с Ираном

Сделка была разорвана пришедшим к власти в Америке Дональдом Трампом, который назвал ее «ужасной». В ответ Тегеран прогнал всех международных инспекторов и начал быстро наращивать запасы урана. К маю этого года они составили уже 1 571 килограмм, что в 12 раз выше положенного. Над миром вновь нависла угроза того, что Иран вплотную подойдет к созданию ядерного оружия и Израиль, который поклялся никогда не допустить этого, нанесет по нему массированный удар.

Казалось бы, объявленное Байденом намерение вновь вернуться к ядерной сделке, чтобы не допустить этого катастрофического сценария, действительно является исключительно важным и благородным делом. Однако на пути выполнения его столько преград, что большинство экспертов в США чуть ли не единогласно считают его достижение почти невозможным.

ядерная сделка с Ираном была разорвана администрацией Трампа

Что же это за преграды?

В первую очередь это исключительно жесткая позиция Тегерана. Администрация Трампа в последнее время добавила против него свежих экономических санкций, в ответ на это иранские власти предъявили новому руководству Америки почти невыполнимые сроки для начала каких бы то ни было переговоров. Так, Вашингтону дали время лишь до начала февраля (то есть всего около двух недель после инаугурации Байдена), чтобы США сняли все экономические санкции, запрещающие экспорт иранской нефти, а также финансовые санкции против его банковского сектора.

В эти сроки Байдену, разумеется, не уложиться, учитывая весьма жесткую двухпартийную позицию Конгресса по отношению к Ирану.

Возобновление переговоров торпедировало и убийство в Иране ведущего ученого Мохсена Фахризаде, которого в мире называли отцом иранской ядерной программы. «Разумеется, для подъема экономики Ирану нужно полностью или хотя бы частично вернуться к прежней ядерной сделке, - говорит сотрудник Фонда Карнеги в Вашингтоне Карим Саджапур. - Но чтобы показать свою силу и гордость, Тегеран должен сначала отомстить за смерть Фахризаде. Сделать это без ущерба для выполнения первой задачи крайне затруднительно».

государства Залива и Израиль могут объединиться для отражения главной угрозы, которую представляет для них Иран

Наконец, Байден столкнется с новой реальностью на Ближнем Востоке. Заключение мирных соглашений между Израилем и Объединенными Арабскими Эмиратами, между Израилем и Бахрейном, достигнутых под патронажем администрации Трампа, привело к довольно неожиданному результату. Теперь государства Залива и Израиль, проводящие секретные переговоры в сфере безопасности, могут объединиться для отражения главной угрозы, которую представляет для них Иран, и меньше обращать внимания на то, что хотят США. И, таким образом, Байдену в его попытках вернуться к ядерной сделке с Тегераном будет противостоять помимо домашней оппозиции в Конгрессе сплоченная новая коалиция в лице Израиля, ОАЭ, Бахрейна и Саудовской Аравии.

Все эти трудности понимает и предлагаемый Байденом на пост госсекретаря Тони Блинкен. Он еще в январе 2019 года говорил телекомпании CBS, что Трамп полностью развалил ядерную сделку, и вернуться к ней будет исключительно трудно.

новые виды иранского оружия могут помешать Байдену

Однако помимо чисто политических преград есть и еще один фактор, затрудняющий Байдену осуществить задуманное. Это новые виды оружия, которыми теперь располагает Иран. 14 сентября 2019 года иранские военно-воздушные силы выпустили 20 дронов-самоубийц и высокоточных ракет по нефтяным центрам Саудовской Аравии - месторождению Хураис и предприятию первичной очистки нефти Абкаик, которые принадлежат государственной нефтяной компании Saudi Aramcо. Ответственность за нападение взяли на себя йеменские повстанцы-хуситы, но США обвинили в атаках Иран. Это нападение было названо в американской печати «ближневосточным Пирл-Харбором».

«Дорогой Джо, сейчас уже главное не иранские атомные бомбы», - пишет газета New York Times. Ее обозреватель Томас Фридман считает, что иранские беспилотники и ракеты с точным наведением представляют собой в обозримой перспективе более серьезную угрозу, чем ядерное оружие, которое уже много лет пытается, как считают в США и Израиле, создать Тегеран.

Ведь теперь Иран может не только пустить в ход свое новое оружие, но и поделиться им со своими союзниками, например, с «Хезболлой». Во время войны в Ливане в 2006 году «Хезболла» выпустил по Израилю 20 доморощенных примитивных ракет. Не имевшие никакого наведения, они не поразили ни одного израильского объекта. А теперь, получив современное оружие из Ирана, эта организация может направить по одной ракете на каждый из 20 израильских объектов, и ущерб может оказаться огромным.

Так что Байдену, если он всерьез намерен вернуться к ядерной сделке с Ираном, следует принять во внимание и крайнюю обеспокоенность американских ближневосточных союзников в отношение того, намерен ли Тегеран экспортировать свои дроны и крылатые ракеты. Без выяснения этого вопроса все попытки нового президента США снять нефтяные санкции с Ирана будут обречены на провал.

Так что американские эксперты рекомендуют тем, кто планирует начать отмечать новую американо-иранскую ядерную сделку вскоре после инаугурации Байдена, оставить шампанское в холодильнике на неопределенно долгое время.