Зачем Шанхай? Евразия искрит, трещит, но держится статья концептуальная

Александр Караваев, автор haqqin.az, Москва

Любопытная и в определенном смысле символическая деталь – ШОС оформила соглашение о своей организации всего за три месяца до террористической атаки 9/11 по Нью-Йорку и Вашингтону в 2001 году. Сегодня, как и двадцать лет назад, Шанхайская организация проходит кризисный этап своего развития. Справится ли Шанхайская группа с современными вызовами, сохранится ли, хотя бы, видимость общности государств, которые в неё входят?

Два мощных катаклизма родились в пространстве ШОС и с двух флангов ударили по миру

Накануне самаркандского саммита ШОС, президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев опубликовал статью, отражающую общее для лидеров группы понимание ситуации в Большой Евразии, где он, в частности, пишет:

«Современная система международного сотрудничества, основанная на универсальных принципах и нормах, начинает давать сбои. Одна из основных причин этого – глубокий кризис доверия на глобальном уровне, который, в свою очередь, провоцирует геополитическое противостояние и риски возрождения стереотипов блокового мышления. Этот процесс взаимного отчуждения осложняет возвращение мировой экономики в прежнее русло развития...»

ШОС создан на перспективу десятилетий

В свете сказанного лидером Узбекистана, становится очевидно, что ШОС с её действующими и потенциальными членами (группой союзников) испытывает системные удары и конфликты по всему периметру азиатского сообщества.

Россия ведёт боевые действия на территории страны из группы Восточного Партнёрства, на юге Турция, потенциальный участник ШОС в статусе наблюдателя и сильнейший игрок НАТО (тоже парадокс!) конфликтует с другим членом НАТО – Грецией, а также испытывает инспирированное США санкционное давление из-за военно-технического взаимодействия с Россией, на Южном Кавказе – Азербайджан, партнёр по диалогу ШОС, расширяет зону своей безопасности, покрывая территорию другого партнёра по диалогу, Армении, а трения между Пакистаном и Индией уже проецируются на этот конфликт, где Пакистан поддерживает Азербайджан, а Индия – Армению.

В Центральной Азии – также сложный клубок приграничных конфликтов, «заискрило» между Таджикистаном и Киргизией, про ситуацию в Афганистане можно и не вспоминать – эта тема лейтмотивом проходила едва ли не через каждый саммит ШОС с момента вторжения в эту страну западной коалиции.

В довершении вспомним постоянные трения между Индией и Пакистаном, конкуренцию за экономическое влияние между Индией и Китаем и будем считать, что в целом картина отражена объективно.

На Южном Кавказе – Азербайджан, партнёр по диалогу ШОС, расширяет зону своей безопасности, покрывая территорию другого партнёра по диалогу, Армении

С другой стороны, а что, собственно, кардинально нового в описанной выше ситуации? Для большой Евразийской группы это, что называется, ситуация нормы. По большому счету, декларациям об экономической повестке ШОС, вопросам развития транспорта и логистики или по каким-то общим горизонтам в технологической модернизации вся эта масса «неразрешимого балласта» никогда не мешала.

ШОС создан на перспективу десятилетий и однозначно переживет своих нынешних политических лидеров. Сейчас его функции связаны только с обозначением «общности» евразийской группы стран, их отличия или своеобразия от западного мира. Создавать коллективные механизмы в экономике и безопасности – это уже в будущем. Хотя, уже и не в столь отдаленном.

В частности, Узбекистан в период своего председательства в ШОС, к уже имеющимся программам разработал проекты «Стратегии транспортной взаимосвязанности», План развития внутрирегиональной торговли, Программу инфраструктурного развития, а также учреждение института «Посла доброй воли ШОС». Все эти программы будут работать на коллективном уровне, стартуя с двух- и трехсторонних практик.

В противном случае вряд ли в очередь на членство в Шанхайской группе выстраивалась бы целая группа государств.

От «11 сентября» к «24 февраля»

Теракты 11/09 стали поводом для решительной консолидации Западного мира. Большая коалиция, от США и ЕС до Австралии – это 60 процентов мирового ВВП и 75 процентов расходов на НИОКР. Казалось бы, как столь внушительная группа ведущих государств мира могла проиграть Афганистан? Но она его проиграла! Потому, что война против хаоса, против терроризма и за западные ценности, как это ни парадоксально, только усиливает хаос и надрывает силы. Вот почему многие аналитики считают постфактум, что истинные цели американской коалиции – это как раз расширении хаоса, благодаря которому значительно легче управлять процессами в глобальном масштабе.

Война против хаоса, против терроризма и за западные ценности только усиливает хаос и надрывает силы

С другой стороны, прошедшие после теракта 9/11 двадцать лет – это годы неуклонного возрастающего влияния Китая и относительно быстрой милитаризации и укрепления вертикальных структур контрглобалистской власти в России.

При всех кризисах, ядро ШОС оставалось максимально устойчивым, благодаря России и Китаю. Обе эти страны были мощными стабилизаторами ситуации. Арабские революции 2010-х годов и ранее, «оранжевые» революции 2000-х сделали практически обыденным стремительный закат старых лидеров регионального уровня. В то же время путинская Россия только усиливалась и разрасталась.

Пока не случились два рубежных события

До глобальной пандемии ковида трудно было представить, что Китай станет источником самого мощного за последние тридцать лет экономического кризиса на планете, на устранение последствий которого уже потрачены 22 триллиона (!!) долларов.

До события «24 февраля» трудно было представить, чтобы какая-либо страна была способна захватить и удерживать в состоянии непрекращающихся боевых действий несколько десятков тысяч квадратных километров на Востоке Европы, включающих в себя города с миллионным населением и такими промышленными объектами, как металлургические заводы и АЭС.

Последние кризисы рождаются в пространстве ШОС

Оба этих события родились в пространстве ШОС и с двух флангов ударили по миру. Мало того, оба этих события вернули глобальное сообщество к более привычным формам реакции и противостояния: закрытию границ, сворачиванию глобализации, региональной консолидации и замыканию на собственные циклы производства...

Однако пандемия, война, дефицит продовольствия – пусть рискованные, но, в то же время, весьма выгодные «встряски» для мирового развития, поскольку они обновляют социально-экономическую жизнь рисками и остротой ощущений, впускают новую финансовую струю в военные концерны, а также создают предпосылки для ускоренной энергетической и технологической перестроек.

Что так или иначе, но обязательно приведет нас к новому витку, убедительно описанному в статье президента Мирзиёева:

«Выход из опасной спирали проблем – во взаимосвязанном мире. Именно в посткризисные моменты все страны – большие, средние и малые – должны преодолеть свои узкие интересы и сосредоточиться на таком взаимодействии, объединить и приумножить общие усилия и возможности для противодействия угрозам и вызовам мира, для укрепления безопасности и устойчивого развития, касающихся каждого из нас».