Непредсказуемая, чреватая новыми обострениями ситуация на Ближнем Востоке и на глобальных рынках вынуждает игроков нервничать и искать способы перестраховаться или использовать открывающиеся в общем хаосе возможности.
Объединенные Арабские Эмираты стали первым заметным игроком, который решил действовать на опережение и не полагаться на партнеров по старым союзам. С 1 мая ОАЭ выходит из ОПЕК, где страна имела статус ветерана, будучи участником с 1967 года, и одного из ключевых мировых производителей нефти.
Решение Эмиратов не так неожиданно, как может показаться на первый взгляд. Их представители в ОПЕК и ОПЕК+ неоднократно заявляли, что рассматривают такой вариант, будучи хронически недовольными уровнем своей базовой квоты.
Так было в июле 2021 года, когда ОАЭ буквально блокировали заседание ОПЕК+, заявляя, что текущая база «несправедлива» и «не отражает реальных мощностей». Эмираты упирали на то, что ими были сделаны миллиардные инвестиции в расширение добычи, и недостаточные квоты ограничивают планируемый рост. Многие эксперты писали тогда, что Абу-Даби «на грани выхода».
В декабре 2023 года история повторилась: на фоне общего сокращения квот ОПЕК+ ОАЭ настаивали на повышении собственной квоты из-за роста мощностей ADNOC - Abu Dhabi National Oil Company. А если их доля будет «искусственно ограничена», они, дескать, могут «рассмотреть альтернативный путь».
В начале 2024 года усилились кулуарные слухи, что руководство страны рассматривает вариант выхода, поскольку не видит другого способа увеличить добычу до 5 миллионов баррелей в сутки. На протяжении 2025 года Абу‑Даби несколько раз заявлял, что «не намерен нести непропорциональную нагрузку ради ценовой политики Саудовской Аравии». Отношения между этими странами весьма сложные.
Эксперт Берлинского центра Карнеги Сергей Вакуленко поясняет: «ОАЭ сильнее многих других стран-членов открыли свой нефтяной сектор для иностранного участия, большинство проектов развиваются ADNOC в кооперации с международными нефтяными компаниями. Для них неопределенность, связанная с неизвестностью, сколько можно будет добыть, - это препятствие для инвестиций, а для страны-хозяина раскладывать квоту сокращения между проектами с разной структурой участников - занятие довольно проблематичное и чреватое вечными спорами и конфликтами».
Есть еще одно важное соображение, которым руководствуются в Абу-Даби, указывает эксперт: «Если ОАЭ исходят из стратегии, что нефтяная эра приближается к закату и что нужно поскорее монетизировать по максимуму свои нефтяные запасы, вложить эти деньги в развитие по другим направлениям, то из картеля выходить имеет смысл - причем, начинать стоит быстрее, пока остальные не начали резко пытаться делать то же самое».
Причем «сейчас, пожалуй, наименее болезненный момент для подобного объявления — цены на нефть высоки, на рынке наблюдается реальный дефицит предложения из-за закрытия Ормузского пролива, а как минимум в течение года после его открытия спрос останется повышенным: страны будут пополнять резервы, израсходованные с февраля, — так что цены удержатся на достаточно высоком уровне».
А для ОПЕК побег Эмиратов означает значительное ослабление, прочие участники картеля, кроме Саудовской Аравии, не обладают большими резервными мощностями, которые позволяют регулировать нефтяной рынок. Организация станет менее управляемой, еще больше упадет внутренняя дисциплина, кто-то из участников может последовать примеру ОАЭ. Нефтяные рынки, и без того переживающие период высокой волатильности, будут демонстрировать еще большую непредсказуемость.
