Молчание ягнят продолжается наша аналитика из цикла "Гроза над Кашмиром"

Игорь Панкратенко, автор haqqin.az

Страх и отчаяние - двух этих слов вполне достаточно для того, чтобы описать атмосферу, царящую сейчас в Кашмире. Нью-Дели ведет себя здесь как на оккупированной территории. А международная общественность, всегда готовая взорваться протестами даже из-за сломанного ногтя представителя сексуальных меньшинств, не говоря уже о более серьезных случаях нарушений «прав человека», - на этот раз хранит полное молчание.

«Мы открываем новую эру», - заявил на этой неделе премьер-министр Индии Нарендра Моди, впервые после отмены автономии Кашмира появившийся на публике. Оккупация индийскими войсками и лишение территории ее прав, по его словам, есть акт освобождения Кашмира от «терроризма и сепаратизма». И кашмирцы должны радоваться и благодарить Нью-Дели, поскольку только теперь они начнут по-настоящему процветать, молодежь получит рабочие места и «новые возможности для занятия спортом», а в регионе будет развиваться киноиндустрия и фитотерапия.

Именно так и было сказано. Остается только гадать, то ли премьер так издевался над жителями оккупированной, по сути, территории, то ли просто от радости нес всякую околесицу. Ну не мог же, право, он открыто сказать затаенное: все ваши свободы и ваши права теперь ничего не значат, вы и ваши земли принадлежите теперь нам, индийским националистам, и судьба Кашмира - стать удобрением для почвы, на которой вырастет «Великая Индия». Одна страна, одна нация, один Моди…

Про «новую эру» премьер не лукавил - она действительно наступила для всех семи миллионов жителей Кашмирской долины, для каждого кашмирца в отдельности. В облике оккупационного режима, комендантского часа, воинских патрулей и колючей проволоки, опутавшей центр территории, город Сринагар. И курсирующих по нему машин, с установленными на них громкоговорителями, из которых транслируется перечень наказаний для тех, кто осмелится нарушить комендантский час или собраться компанией более четырех человек. Лая овчарок не хватает - а так было бы полное погружение в конец тридцатых - начало сороковых прошлого века в некоторых государствах Европы.

Между тем Кашмир остается наглухо отрезанным от остального мира. Стационарные телефоны отключены, сотовая связь и интернет блокированы. Банкоматы и АЗС пусты, видимо, кашмирцы настолько счастливы, что уже не нуждаются в бензине и наличных. Как, очевидно, и в медиках - из-за военных патрулей добраться до больниц на прием к врачу стало проблемой, даже в случае неотложной необходимости. проблем.

Продовольственные магазины закрыты, спасают только те запасы, которые местные жители сумели сделать за прошлые выходные, когда тревожные слухи заставили их срочно опустошать торговые прилавки. Да кое-что удается прикупить у частных торговцев из-под полы, свои дуканы они открывать боятся. Один из высокопоставленных чиновников оккупационной администрации заявил, что в это воскресенье в регион будут доставлены продукты питания, зерно и мясо, но как это будет распределяться - пока не понятно, не исключено введение талонов.

Хлебнув этой самой «новой меры», сотни рабочих-мигрантов бегут из Кашмира, жители деревень, находящихся вдоль разделяющей территорию между Индией и Пакистаном «линии контроля», покидают свои дома и устремляются в города.

Но есть и те, кто протестует. В пятницу, 9 августа, на акцию протеста вышли жители Сринагара. По меньшей мере десять тысяч человек несли лозунги «Мы хотим свободы» и «Отмена статьи 370 неприемлема». Оккупационные силы встретили их слезоточивым газом, резиновыми пулями и ударами дубинок. Поверх голов стреляли боевыми, а бегущих сбивали на землю и продолжали избивать, невзирая на пол и возраст.

Официальная пропаганда традиционно сообщила о «нескольких разрозненных акциях протеста, каждая из которых собрала не более двадцати человек» - но кадры, которые удалось отснять операторам BBC и Аль-Джазиры, рисуют совершенно иную картину: массового протеста и жестокой расправы над кашмирцами.

А индийские националисты уже ничуть не стесняются рассказывать о своих планах в отношении будущего Кашмира, в частности - о намерениях изменить демографическую ситуацию в регионе.

При прежнем статусе территории, при действовавших статьях 35А и 370 индийской конституции местная женщина, выходя замуж за человека, не проживающего в Кашмире, теряла часть своих прав, в частности не могла приобретать здесь недвижимость и земельные участки, пользоваться льготами и субсидиями, выделяемыми для молодоженов местной администрацией. Сейчас лидеры правящей партии и их однопартийцы, занимающие руководящие кресла в ряде штатов Индии, уже призывают индусов готовить «десанты женихов» в Кашмир и принимать «партии невест» оттуда.

На уровне Нью-Дели об этом не говорят, слишком уж вызывающе бы прозвучало, но на местном уровне жителям индийских штатов власти дают понять, что помощь в организации подобных свадеб - в Индии это удовольствие весьма дорого - окажет государство. А если созданная таким образом семья переберется в Кашмир и вместе с родственниками жениха осядет там на земле - льготное кредитование от властей и прочие бонусы от правящей партии им будут обеспечены.

Потрясающе, но то, что происходит сейчас в Кашмире, - практически не вызывает никакой международной реакции. Нью-Дели заявляет, что это внутреннее дело Индии - и все «светочи демократии», разносившие бомбами и душившие санкциями режимы других государств за гораздо меньшее, дружно молчат.

США и ЕС согласились с тем, что происходящее - сугубо внутрииндийская повестка, а печальные перспективы мусульманского населения Кашмира, угрозы этнических читок - просто «ничем не обоснованная драматизация происходящего». И действительно - ведь ничего такого пока не происходит, вот появятся трупы - тогда и обращайтесь.

Британия, жемчужиной в короне которой когда-то была Индия, обратилась было к Нью-Дели за разъяснениями, но получила составленный по всем правилам дипломатического этикета ответ, суть которого можно передать одной фразой: «не ваше дело, не лезьте!» После чего глава Форин Офис, стены которого помнят Дизраэли, Дальхузи и Каннинга… поблагодарил индийское правительство за «четкое изложение ситуации».

Предельно негативную оценку происходящего, кроме Пакистана, выразили лишь Пекин и Анкара. Официальный Тегеран откровенно виляет, призывая к сдержанности, хотя многие в Иране подобную точку зрения не разделяют. Так, временный лидер пятничной молитвы в Тегеране аятолла Мохаммад-Али Мовахеди Кермани 9 августа прямо назвал происходящее в Кашмире «мерзким делом» и призвал Нью-Дели прекратить «антимусульманские действия».

И это - все. У остального мира оккупация Кашмира особых тревог не вызвала. Как не вызывает тревог и национал-индуизм Нарендры Моди -  явление, несущее в себе серьезные угрозы. Почему так происходит? Почему молчит международное сообщество, почему остались равнодушны к происходящему целый ряд мусульманских государств, что за клубок внешнеполитических интриг свился вокруг этой ситуации - мы в haqqin.az постараемся ответить в ближайшее время, в очередной статье из цикла «Гроза над Кашмиром».

6061 просмотров