В гибели генерала Сулеймани пока ясно, что ничего не ясно ШПИОНСКОЕ ЧТИВО

Игорь Панкратенко, автор haqqin.az

Парламент Ирана подготовил план переименования международного аэропорта Мехрабад в честь погибшего генерала Касема Сулеймани. А на днях был вынесен смертный приговор в отношении сотрудника КСИР, который якобы его предал.

Иранская элита встречает гроб с телом генерала. Кто-то искренне скорбит, кто-то украдкой с облегчением вздыхает

Два перечисленных выше события, внешне между собою и не связанных – между тем вызывают массу вопросов. Более того, заставляют вновь вставать на скользкий путь домыслов и размышлений о том, что с гибелью руководителя спецслужбы «аль-Кудс» генерала Касема Сулеймани ранним утром 3-го января нынешнего года в международном аэропорту Багдада далеко не все ясно. И вопросов становится больше, чем ответов.

Ах, как ладно скроена и крепко сшита была первая, она же – официальная версия произошедшего: график передвижения генерала американцам «слили» иракцы, чем и воспользовался Трамп, отдав приказ нанести удар с беспилотника, в результате которого и погиб Касем Сулеймани, а также сопровождавший его Абу Махди аль-Мухандис, заместитель командующего Народных мобилизационных подразделений Ирака, шиитской милиции Хашд аш-Шааби.

Но проходит немного времени - и главный подозреваемый, экс-директор Национальной разведывательной службы аль-Казыми при почти единодушном одобрении проиранских элементов в иракском парламенте и с согласия Тегерана становится премьером страны. Причем уговаривать в его пользу в Багдад приезжал не кто-нибудь, а сам Ибрахим Каани, преемник покойного Сулеймани на посту руководителя службы «аль-Кудс».

При жизни за Сулеймани-президента готовы были проголосовать 84% иранцев

Это можно трактовать достаточно однозначно: с точки зрения Верховного лидера Ирана Али Хаменеи – а именно его канцелярия курирует Ирак, не доверяя это администрации президента Роухани и министерству иностранных дел – в истории с гибелью Касема Сулеймани к аль-Казыми вопросов и претензий нет, «иракский след», который серьезно рассматривали многие, в том числе и автор этих строк, здесь не просматривается.

Я уж не буду говорить о странностях с «местью за Сулеймани»: сколько было эмоций и угроз, что иранская пресса, что общественность – все заходились в криках «не забудем, не простим», но то, что последовало в реале, в частности, ракетный обстрел американской военной базы в Ираке – откровенно не впечатлило. Такое ощущение, что с самого верха командованию Корпуса стражей исламской революции и руководству «аль-Кудс» спустили приказ: месть отложить на неопределенное время, до более подходящих обстоятельств.

Не менее многозначительным выглядит и то, что решение о переименовании Мехрабада в честь Касема Сулеймани парламент рассматривает только сейчас, спустя шесть месяцев после гибели национального героя Ирана. Хотя хорошее дело творить никогда не поздно, но все же. Только тогда, когда в Меджлис пришли в подавляющем большинстве консерваторы, только тогда, когда с поста спикера был смещен глава влиятельного клана – Али Лариджани, а на его место пришел экс-генерал КСИР Багер Галибаф, только тогда вопрос увековечения памяти героя перешел в реальную плоскость.

А по своему положению и влиянию он вполне мог считаться вторым человеком в Иране

Ну и пиком всех странностей вокруг погибшего генерала стала произошедшая на днях история с Махмудом Мусави Мадждом, который, согласно самому первому комментарию официального представителя судебной системы Ирана Голамхоссейна Эсмаили, «поделился информацией о местонахождении мученика Сулеймани с нашими врагами».

Итак, крот в «аль-Кудс», а Махмуд Маджд служил именно там, причем – в главной канцелярии, периодически выполняя обязанности порученца руководителей этой спецслужбы – пойман. А следовательно, обнаружен и канал утечки информации, позволившей американской разведке получить информацию о графике и перемещениях Сулеймани в Багдаде – дело можно закрывать? Да как бы не так.

Спустя всего несколько часов после выступления Голамхоссейна Эсмаили последовало новое правительственное сообщение: смертный приговор Маджду «не связан с террористическим актом американских сил, убивших генерала Сулеймани», поскольку шпионская деятельность приговоренного была пресечена «задолго до этого». И есть основания полагать, что арестован Маджд был летом 2019 года, когда контрразведка КСИР вскрыла агентурную сеть американцев и израильтян не где-нибудь, а в собственном ведомстве, 17 кадровых сотрудников и служащих.

Дональд Трамп объявляет о ликвидации Сулеймани, который, по его словам, стоял за "сетью террора, раскинувшейся от Нью-Дели до Лондона".

И в августе того же года был приговорен к высшей мере наказания. То есть, если он что-то про Сулеймани и сливал, то к трагедии 3 января 2020 года это не относилось совершенно никак. И хотя второе заявление, противоречащее первому, сделало одно и то же ведомство – судебная система Ирана, стало ясно, что за этой неразберихой замаячил призрак межведомственной разборки двух непримиримых конкурентов – Министерства разведки Ирана и Разведывательного управления Корпуса стражей исламской революции.

Судя по ряду признаков, первое, то есть Министерство, хоть и являющееся независимым органом, но все же имеющее тесные связи с администрацией президента Роухани, санкционировав первое заявление судебной системы, поспешило поставить точку в деле о гибели Сулеймани. Но РУ КСИР сделать этого не позволило.

Ну а тем, кто скажет, что подобное попросту невозможно – скромно напомню историю 2010 года, «дело ядерщиков», когда Министерство разведки арестовало предполагаемых шпионов в атомном комитете Ирана, успело их допросить и им даже судебная система вынесла смертные приговоры – вот только по достоверным данным РУ КСИР, шпионами там были совсем другие люди.

Фото с места гибели национального героя Ирана

Скандал дошел до Верховного лидера, невиновных пришлось освобождать, а смертные приговоры отменять – но душевности в отношениях конкурирующих ведомств не прибавилось, скорее наоборот. Ну а все эти «одно дело делаем» давайте оставим авторам не слишком качественных детективов и сценаристам сериалов.

Для Министерства разведки, а также для целого ряда министерств правительства Роухани генерал Касем Сулеймани был фигурой, скажем так, весьма неудобной. Что в иранском МИД, что в министерстве нефти его откровенно недолюбливали.

Скажу больше – для некоторой части иранских элит Сулеймани стал серьезной политической угрозой. Президентские выборы он выигрывал легко, по данным опросов 2019 года за него отдали бы голоса 84% избирателей. И что в таком случае прикажете делать сторонникам прозападного курса, да еще и тем из них, кто регулярно путал «свою шерсть с государственной», вертя головокружительные махинации на всевозможных международных черных рынках? А ведь всего-то и требовалось в нужном месте в нужное время шепнуть нужному человечку, что Сулеймани собирается в Багдад, да не просто так, а готовит там что-то сокрушительное для американцев, вроде взрыва посольства, как позже объяснял Трамп.

Иранский плакат с изображением "генерала-мученика"

Национальные герои – они, знаете ли, прекрасны в качестве символов – «не забудем, не простим, за генерала отомстим», а не в качестве государственных руководителей с мощнейшей народной поддержкой.

На мой взгляд, подлинные обстоятельства гибели Касема Сулеймани, а точнее, заговора против генерала, являются одним из самых охраняемых секретов иранского истеблишмента. И станут известны очень нескоро, если вообще когда-то станут. Хотя, вполне возможен и другой вариант – они послужат в качестве совершенно неубиваемых козырей на одном из политических процессов против местной «пятой колонны», если все же в Тегеране примут решение ее зачищать, поскольку слишком уж много мусора и всяческой дряни за эти четыре десятилетия прилипло к величественному кораблю Исламской революции и Исламской Республики.

5169 просмотров