Москва и Тегеран приостановили разработку соглашения о стратегическом сотрудничестве из-за проблем у иранской стороны, заявил директор второго департамента Азии МИД РФ Замир Кабулов.
Страсти вокруг этого соглашения и вправду творятся нешуточные. О работе над ним было объявлено в сентябре 2022 года в ходе встречи президента России Владимира Путина с покойным президентом Исламской Республики Ибрагимом Раиси.
В мае 2023 года тот же господин Кабулов сообщил, что обновленное соглашение проходит новый процесс согласования из-за поправок, появившихся со стороны иранских официальных лиц и что даты его окончательного подписания еще нет. В октябре того же года российские дипломаты отчитались, что данный документ готов на 85%.
В январе нынешнего года Министерство иностранных дел России заявило, что новый межгосударственный договор, отражающий «беспрецедентный подъем» российско-иранских отношений, находится на завершающей стадии согласования, и ожидается, что Путин и Раиси подпишут его в ближайшее время.
Причем хорошо информированные источники в Москве и Тегеране сообщали, что подписание документа состоится не позднее июня-июля текущего года, когда Раиси прилетит в российскую столицу. К сожалению для российской стороны, он предпочел улететь в другую сторону, и вопрос опять завис в воздухе.
Но господин Кабулов продолжает как ни в чем не бывало: «Эта работа …я не сомневаюсь в том, что она будет завершена до согласования текста соглашения, а дальше лидеры двух стран примут решение о времени и месте подписания». То есть все-таки подпишут. После того как на выборах победит Багер Галибаф как наиболее вероятный фаворит нынешней президентской гонки. И, судя по всему, Москву уже убедили, что победит именно он.
В пользу этой версии свидетельствует и оговорка главы иранской дипмиссии в Москве, который еще пару дней назад откровенно заметил: если бы не авиакатастрофа в Восточном Азербайджане, «это соглашение могло бы уже быть подписано».
Все, что относится к российско-иранскому соглашению – в Москве, как, впрочем, и в Тегеране, под большим секретом. Что это за соглашение? Где можно прочитать его проект? И где границы у этого «стратегического партнерства», которое, как анонсируется, будет шире уже имеющегося? Нет ответа.
Но есть факты о современном состоянии российско-иранского сотрудничества, которое, если коротко, можно охарактеризовать так: большие ожидания, которые пока не сбылись.
Россия в сотрудничестве с Ираном построила завод по производству беспилотников в особой экономической зоне «Алабуга». Ожидается, что на этом заводе будут произведены тысячи иранских беспилотников Shahed-136, а также другие типы беспилотников с модернизированными возможностями. По данным украинских военных, этот завод опережает график производства и по состоянию на конец апреля 2024 года уже поставил примерно 4 500 из обещанных 6 000 беспилотников, собираемых из иранских комплектующих.
А вот с выполнением российской стороной своей части сделки все обстоит как-то не очень. В декабре 2022 года официальное иранское информационное агентство IRNA сообщило, что российские истребители-невидимки Су-25 будут поставлены Тегерану к марту 2023 года. По состоянию на июнь 2024 года ни один истребитель так и не передан. Кроме того, поступали сообщения о том, что Россия поставляет Ирану современное оружие ПВО, в том числе систему С-400 и ударные вертолеты Ми-28, но опять же поставки пока не осуществлены.
В 2022 году Москва и Тегеран договорились о расчетах по торговым балансам в национальных валютах и подключении российской банковской платежной системы «Мир» и иранской Shetab. В 2023 году банк ВТБ стал первым российским банком, открывшим представительство в Иране, но затем быстро опроверг эту информацию.
Иранские официальные лица предположили, что Тегеран может служить транспортным узлом для российского импорта и экспорта. Национальная иранская нефтяная компания и российский «Газпром» подписали меморандум о взаимопонимании на сумму в 40 миллиардов долларов.
И что? Да вот что - ежегодный двусторонний товарооборот между Россией и Ираном в 2023 году сократился примерно до 4 миллиардов долларов. И это самый показательный пример того, как российский и иранский бизнес отвечают руководству двух стран, а здесь речь идет только о самых громких историях и их реализации на призывы «использовать новые возможности».
Союз Москвы и Тегерана, как и «стратегическое партнерство» между ними, – шаг сиюминутный, продиктованный политической конъюнктурой, да еще и не имеющий под собой объективных оснований и соответствующей инфраструктуры. Добавьте сюда взаимное недоверие и нехватку средств и вы получите ответ, насколько планы Москвы и Тегерана осуществимы. А соглашение можно подписать любое. И назвать его как угодно. Бумага она такая, все стерпит.
