Итак, сразу же после призыва Дональда Трампа о необходимости начала нового стамбульского процесса президент Украины Владимир Зеленский заявил, что лично готов встретиться с президентом России Владимиром Путиным 15 мая в Стамбуле. Однако в интервью журналистам администрация Эрдогана заявила, что пока не располагает информацией о точных планах Зеленского, который собирается приехать на встречу с Путиным. Если, конечно, российский президент примет вызов своего визави… Хотя, по информации ряда российских телеграм-каналов, близких к Кремлю, инициатива Трампа была согласована с Кремлем и не стала неожиданностью для российской власти. То есть Кремль с Белым Домом действовали синхронно и согласовано.
Однако вернемся к предыстории вопроса. Ожидалось, что телефонный разговор 5 мая между президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и президентом США Дональдом Трампом будет сосредоточен на ситуации в Газе и Сирии. Но по его итогам ключевым сюжетом неожиданно стала война в Украине. Разговор оказался настолько важным, что Эрдоган прервал заседание правящей Партии справедливости и развития, чтобы принять звонок из Вашингтона.
Уже вскоре после беседы Трамп заявил в своей социальной сети о намерении «работать с президентом Эрдоганом над прекращением абсурдной, но смертельно опасной войны между Россией и Украиной». Это заявление привлекло внимание аналитиков: до сих пор Трамп воздерживался от публичных инициатив по Украине, а его обещания «завершить войну за сутки» не подкреплялись конкретными действиями.
Спустя несколько дней, 11 мая, президент России Владимир Путин объявил о введении 30-дневного одностороннего режима прекращения огня в Украине и выразил готовность к началу мирных переговоров при посредничестве Турции.
«Прошу Турцию предоставить нам такую возможность», — заявил Путин, подчеркнув, что ранее Анкара уже предлагала платформу для диалога Москвы с Киевом.
Как известно, европейские лидеры в Киеве согласовали с Вашингтоном так называемую «страховую формулу»: в случае нарушения перемирия со стороны России будет немедленно расширено оказание военной помощи Украине. В тот же день состоялся телефонный разговор Трампа с президентом Франции, в котором обсуждался вопрос территориальной целостности Украины. Эрдоган также провел отдельные беседы с Владимиром Путиным и Эммануэлем Макроном, подтвердив готовность Турции принять переговоры на своей территории, которые в случае согласия Киева могут начаться уже 15 мая.
Выбор Стамбула в качестве площадки не случаен. Город, ставший после начала войны в 2022 году новым домом для тысяч россиян и украинцев, с первых месяцев конфликта рассматривался как удобное и политически дистанцированное место для переговоров. В марте 2022 года именно здесь прошли первые раунды мирных контактов между Киевом и Москвой, в ходе которых были достигнуты промежуточные договоренности. Однако после кровавых событий в Буче и истребления мирных жителей украинского города «стамбульский экспресс» был приостановлен: Москва обвинила Запад в подрыве переговоров, а Запад Россию — в совершении военных преступлений.
Тем не менее Турция смогла сохранить диалог как с Киевом, так и с Москвой. Несмотря на членство в НАТО, жесткую позицию по Крыму, поддержку Украины в международных организациях и поставки Киеву беспилотников Bayraktar TB2, Анкара удерживает открытыми дипломатические каналы с Кремлем. По мнению экспертов, столь гибкая политика позволила Турции сыграть уникальную роль и в гуманитарных миссиях, и в военной логистике.
Так, в начале войны именно при посредничестве Турции была организована эвакуация бойцов полка «Азов» и мирных жителей из Мариуполя. После инцидентов на Запорожской АЭС и благодаря Анкаре в зону риска смогли попасть специалисты МАГАТЭ. Кроме того, Турция принимала участие в историческом обмене пленными между США, Европой, Украиной и Россией, а также выступала медиатором в рамках зерновой сделки.
С начала конфликта Турция действует как один из немногих геополитических игроков, способных вести конструктивный разговор с обеими сторонами. В то время как большинство стран определились с позициями, Анкара демонстрирует гибкий нейтралитет. Она закрыла Босфор для российских военных кораблей, но не присоединилась к антироссийским санкциям. Она передает Украине вооружения, но поддерживает стратегический диалог с Путиным. Этот баланс, как отмечают западные аналитики, был бы невозможен без согласования с Вашингтоном и Лондоном.
После выборов в США и смены правительств в Европе формирующаяся новая конфигурация мира делает Турцию особенно важным элементом в решении проблемы украинского урегулирования. При благоприятных условиях Анкара может вновь стать ключевым модератором переговорного процесса. Но на сей раз не на начальном, а на финальном этапе российско-украинской войны…
