Турист пришел в музеи Мушвига, Низами и Бакиханова… Всё на азербайджанском языке. Турист повернулся и ушел мы замечаем проблемы

Джейхун Наджафов, собкор

В соответствии с общепринятой истиной, музеи – это кладезь исторического наследия, своего рода святилище познания, прикоснувшись к которому люди имеют возможность осмыслить истоки традиций своего народа, его историю, духовные ценности, культуру, образование, формы досуга… 

Таким образом, наличие в Азербайджане сотен столичных, региональных и районных музеев, а также качество их экспозиций, уникальность экспонатов и профессиональный подбор кадров – это не только духовная база, на которой зиждется связь народа с его историческими, национальными и культурными корнями, но и своего рода открытая книга, на основе которой зарубежные гости формируют свое представление об Азербайджане.

И если экспозиции ведущих музеев Баку, особенно в том, что касается полноты исторического охвата и аутентичности экспонатов, отвечают, по мнению специалистов, современным требованиям, то состояние музеев в регионах республики вызывают удручающее впечатление.

И дело вовсе не в отсутствии ценных экспонатов…

Иностранцы ничего не узнают о Мушвиге - все на азербайджанском языке

В витринах и на полках историко-краеведческого музея, расположенного в одном из часто посещаемых иностранными туристами горных сел Азербайджана, можно увидеть немало редких глиняных кувшинов, чаш ручной работы, искусных изделий из меди… Но ни на одном из них нет ни разъяснительной информации, ни даже маленькой таблички (в музейной практике их называют «этикетажем») с названием экспоната и его возрастом.

«Даже не знаю, к какому времени относится этот кувшин, – без тени смущения признался смотритель народной сокровищницы. Наверное, ему лет триста, а может четыреста. В нашем районном музее есть глиняные предметы трёхсотлетней давности. Наверное, и этот кувшин такого же возраста…»

Даже музей Низами - не место для туристов

Низкий профессиональный уровень научных работников и экскурсоводов, «безликие» экспонаты, ценность которых невозможно понять без соответствующих буклетов и сопроводительных материалов, отсутствие переводов на иностранные языки (включая, русский и английский языки) – увы, все эти признаки запущенности и бесхозности можно встретить в музеях Микаила Мушвига и Низами Гянджеви в Гяндже, в доме-музее Аббасгулу Ага Бакиханова, в историко-этографических музеях Лянкяранского, Абшеронского, Ахсуинского, Хачмазского, Загаталского районов…

Что уж тут говорить, даже в некоторых бакинских музеях дела обстоят далеко не лучшим образом.

* * *

Корреспондент haqqin.az встретился с известным архитектором, доктором искусствоведения, профессором Эльчином Алиевым, учредившим много лет назад «Музей истории Баку», и попросил его оценить общий уровень состояния музеев в Азербайджане.

Эльчин Алиев

- На первый взгляд может показаться, что с музеями в Азербайджане все, вроде бы, обстоит благополучно, - сказал Эльчин Алиев. - Их в самом деле много, они разные, то и дело открываются какие-либо выставки…

- А на самом деле?

- А на самом деле, кроме Музея современного искусства, Музея Ковра, музеев при Центре имени Гейдара Алиева и Музея искусств отмечать особо нечего. Все остальное, с профессиональной точки зрения очень трудно назвать полноценными музеями. Во всяком случае, посетив их хотя бы раз, возвращаться туда как-то не хочется…

- Почему, на Ваш взгляд, это происходит?

- Тут сплелось несколько причин: и непонимание большинством руководителей значимости самого понятия музей, как мощного духовного фактора, формирующего генокод нации, и отсутствие научной работы, исторических исследований.

Посещая музеи, я замечаю, что в большинстве из них сотрудники не хотят совершенствовать свои знания, ничего не знают ни о художниках, картины которых экспонируют, ни об их судьбах, ни об истории создания полотна...

Из усредненных, поверхностных текстов, которые механически зазубривают экскурсоводы, не почерпнешь ничего нового или интересного. Даже интернет зачастую дает намного больше информации.

- Но ведь, помимо экскурсоводов, есть еще научные сотрудники, руководители отделами, дирекция музеев, в конце концов…

- О большинстве директоров я уже сказал. А уровень научных сотрудников, как правило, ненамного выше подготовки экскурсоводов. Им практически ничего не известно о содержании их музейного фонда, попросите у них тот или иной документ и увидите, как они в недоумении разводят руками. Мол, а нам откуда знать, где он и существует ли он вообще?!..

Интерес к науке у таких, с позволения сказать, научных сотрудников просыпается лишь тогда, когда идет подготовка выставок. Потому, что новая экспозиция – это приток денег в бюджет музея, в котором заинтересованы все – от охранника до директора.

Недавно я общался с завотделом одного из известных музеев Баку - молоденькой, милой и неравнодушной девушкой, которая, безусловно, любит свою работу, но при этом вообще не образована и мало информирована. В результате вместо того, чтобы получить ответ на свой вопрос, пришлось рассказывать ей об истории экспонатов. Хорошо, что эту девушку хоть что-то интересует! В большинстве аналогичных случаев видишь перед собой пустые, стеклянные глаза и слышишь вызубренный текст...

- Вы обрисовали довольно мрачную картину. Неужели, все так плохо?

- Более чем, поверьте! Профессиональный уровень наших музейных работников по-настоящему удручает. Я пишу книги по истории азербайджанской архитектуры и, приходя за консультацией в музей, чтобы восполнить недостающую информацию, выясняю, что сотрудники, как правило, не знают даже основополагающих дат и событий. А если и знают, выдавать документы не хотят.

- Почему?

- Не знаю! Когда просишь показать тот или иной документ, хранящийся в архивах их музея, то в глазах научных сотрудников появляется смешанное выражение непонимания, подозрительности и страха. И еще вопрос: «А тебе-то это зачем?!» То ли просто не доверяют, то ли чувствуют какой-то подвох. Словом, сразу превращаются в чиновников, переходят на канцелярский язык, морочат голову, порой даже грубят… Ученый, исследователь могут получить интересующие их документы только по письменному запросу, в котором необходимо указать свои регалии, а также обосновать и подтвердить право на интерес к чему-либо…

- Такое ощущение, что в Азербайджане никогда не было профессиональных музейных работников…

- В том-то и дело, что были! Но время, увы, неумолимо, старые кадры, хорошо знавшие, что такое научная работа в музеях, почти все шли на покой, а дипломы о присвоении научных званий, которые новое поколение музейных сотрудников вешает на стены своих кабинетов, по большей части формальны и абсолютно бесполезны с практической точки зрения.  Достаточно прочитать их кандидатские и даже докторские диссертации, которые в лучшем случае переписаны из научных работ советского периода, а в худшем – скопированы из интернета…

- Даже так?

- Как член научного Совета по защите работ заявляю официально: в 99 случаях из 100 ничего нового, конкретного или значимого в диссертациях музейных работников нет!

- Вы говорите о чуть ли не хроническом отсутствии профессионализма. В чем оно выражается?

- Зачастую в исторических музеях за подлинный экспонат конкретной эпохи выдается копия или реконструкция. В этом нет ничего плохого, но необходимо указывать, что экспонируется реконструкция, а не подлинник. Иначе получается, как с кепками Ильича, когда в каждом советском музее - по кепке.

Возможно, за этим нет злого умысла. Но мало-мальски разбирающийся в истории посетитель все равно поймет, что невежи-сотрудники музея видят и в нем такого же невежу, который не способен отличить оригинал от копии. И больше в этот музей ни ногой!

- И много в наших музеях таких вот «кепок Ильича»?

- Хватает. Например, награды знаменитого азербайджанского нефтяного магната и мецената Гаджи Зейналабдина Тагиева, экспонируемые в Музее истории Азербайджана. Они выставлены в специальной витрине и снабжены этикетажами. У людей, не знакомых с этой темой, вопросы, как правило, не возникают. Зато их немало у профессиональных историков и исследователей. Какие именно ордена были у Тагиева, не тайна: достаточно перебрать исторические хроники, документы, а также парадные фотопортреты легендарного нефтепромышленника. Но в числе его наград, представленных в музее, мы видим, к примеру, знаменитый персидский орден Льва и Солнца, которым этой степенью Тагиева не награждали. Мало того, в исследованиях, связанных с этой темой, доказано, что подлинные награды Тагиева, к сожалению, не сохранились. Впрочем, и не могли сохраниться, учитывая отношение к нему советской власти. Так что можно с высокой долей вероятности предположить, что все или почти все находящиеся в экспозиции награды Тагиеву на самом деле не принадлежали. Для чего же в таком случае надо было выставлять «левые» ордена? Хотели пустить пыль в глаза? Или скрыть факт утери или, того хуже, кражи? Ведь за подлинный орден Тагиева на аукционе можно получить огромные деньги…

Кстати, я бы вообще построил для Музея истории Азербайджана новое здание – богатейшая экспозиция уже просто не вмещается в исторический особняк, который, в свою очередь, можно было бы переформатировать в Мемориальный музей самого Г.З.Тагиева.

- Что же делать? В чем, на Ваш взгляд, выход из ситуации, сложившейся в большинстве музеев нашей страны?

- Как всегда, все упирается в деньги. Думаю, вы согласитесь, что ни один, даже самый раскрученный, музей в мире не может выживать за счет самоокупаемости. Чтобы у сотрудников музеев появилась мотивация заниматься историческими исследованиями, расширять свой профессиональный кругозор и совершенствовать знания, нужны дотации государства, финансирование научной работы музеев, создание специального НИИ, который бы отвечал за такую работу…

Это долгий, но крайне необходимый процесс. Если его не начать, музеи Азербайджана никогда не вернут себе былую славу культурных и научных центров…

* * *

Отвечая на запрос haqqin.az по поводу состояния музеев в регионах, в Министерстве культуры ответили, что действующие в столице и в регионах музеи находятся в центре внимания. В музеях бережно и достойно экспонируются образцы богатой материально-духовной культуры, отражающие истерическое прошлое нашей страны.

С целью совершенствования деятельности музеев в Баку и регионах, строятся новые здания, проводится ремонт ведущих музеев страны. Места, где выставлены экспонаты, обеспечиваются современными технологиями и оборудованием. Для обогащения музейного фонда, находящегося в ведении министерства, закупаются новые экспонаты.  

Сегодня главной задачей наших музеев является создание условия для того, чтобы местные жители и иностранные гости, включая туристов, могли непосредственно или виртуально получать обстоятельную информацию об экспонатах музейных коллекций. 

Ведется важная работа в предоставлении информации об экспонатах на иностранных языках, что является важным условием привлечение в музеи более широких слоев населения. 

Как известно, в 2019 году, впервые в музейной сфере страны, минкультуры представил в Национальный музей искусств, Национальный музей ковра и Гобустанский государственный историко-художественный заповедник аудиогидов для иностранных туристов на пяти языках, подготовленный на высоком уровне.

Также создан сайт о национальных музеях Museum.az.

Минкультуры планирует в будущем привести все действующие в регионах музеи на высокий уровень современных стандартов.