Известный французский историк Максим Гоэн в интервью haqqin.az призвал Армению отказаться от нацизма и Нжде

Беседовал: Сидги Шевкет, автор haqqin.az

В этом году во Франции пройдут очередные президентские выборы. Протекающая довольно остро предвыборная кампания для нас оказалась весьма интересной ввиду натянутых отношений между Азербайджаном и Францией из-за необъективной позиции последней в ходе второй Карабахской войны 2020 года. Особое внимание привлек недавний визит двух кандидатов в президенты Франции в Армению и незаконный переход одного из них на территорию Азербайджана через Армению.

Насколько велики шансы откровенно проармянских сил во Франции занять Елисейский дворец, почему правый дискурс оказался в центре внимания предвыборной кампании. С этими и другими актуальными вопросами haqqin.az обратился к известному французскому историку и эксперту Максиму Гоэну (Maxime Gauin).

Максим Гоэн

- В апреле 2022 года во Франции должны состояться очередные президентские выборы, и предвыборная кампания в самом разгаре. Одной из главных характерных черт этой кампании стало преобладание правого дискурса. С чем связан такой крен в идеологических взглядах политической элиты?

- Я бы не стал ставить этот вопрос в подобной плоскости. Факт, что левая оппозиция во Франции была совершенно неспособна обновить свою программу, в отличие, скажем, от норвежской Рабочей партии или Социал-демократической партии Германии. Также факт, что правая оппозиция в равной степени не смогла добиться того же результата, но покупка нескольких средств массовой информации французским магнатом с крайне правыми взглядами Винсентом Боллоре и подражательная реакция других сделали более популярными упрощенные темы правых.

При этом Франция остается одной из стран мира, которая перераспределяет большую часть своего внутреннего национального продукта и тратит много государственных денег на спасение компаний и рабочих мест во время пандемии. Правая оппозиция громко о себе заявляет, но с экономической точки зрения она ничего не диктует правительству, и на данный момент повторяющиеся отсылки к проблемам иммиграции, к исламу и т.д. не дают никаких шансов на успех, как можно понять из результатов социологических опросов.

- Почему именно на этих выборах столь важным стал религиозный аспект, причем именно в исламофобском ракурсе? Особенно учитывая сугубо светский характер Французской республики?

- На самом деле тут гораздо меньше религиозности, скорее, вопрос в идентитаризме (европейское, североамериканское, австралийское и новозеландское белонационалистическое движение, основанное во Франции и политически являющееся частью ультраправых - ред.). Опрос, проведенный в 2018 году, показал, что около 58% французов позиционируют себя людьми «без религии» (деисты, агностики, атеисты). Другой опрос, проведенный в 2021 году, показал, что 51% респондентов заявили, что не верят в Бога. Как я уже сказал, правые и ультраправые оппоненты не сумели обновить свои партии и предложить что-то существенное. В таких случаях обычно они прибегают к простому скатыванию в идентитаризм. Но кого на самом деле это интересует? Антиисламская риторика не помогла Николя Саркози в 2012 году; его партия также не смогла получить дивиденды от аналогичной позиции во время европейских выборов 2014 года, а выбор карикатурного католического консерватора в качестве номера один в списке на европейских выборах 2019 года спровоцировал беспрецедентное фиаско для правых парламентариев.

- Как известно, уже двое кандидатов в президенты Франции - Эрик Земмур и Валери Пекресс - посетили иностранное для них государство Армения в рамках своей предвыборной кампании, что свидетельствует об их проармянских настроениях. Причем Валери Пекресс незаконно посетила населенный армянами город Ханкенди в верхней части Карабаха, который является международно признанной территорией Азербайджана, пройдя из Армении через Лачинский коридор, находящийся под контролем российских миротворцев. К тому же необъективная откровенно проармянская позиция нынешнего главы республики Макрона во время 44-дневной войны также хорошо известна. Учитывая все эти факты, насколько Франция имеет моральное право быть сопредседателем Минской группы ОБСЕ? А также, по вашему мнению, не станет ли возможная победа той же Пекресс серьезным ударом по азербайджано-французским отношениям?

- Что касается Минской группы, то она уже много лет находится в состоянии морального банкротства, и Франция далеко не главная виновница. Насколько мне известно, ваша армия не нашла ни одного образца французского оружия среди трофеев 2020 года. Однако азербайджанские солдаты использовали французский спутник наблюдения, проданный в 2014 году.

Сам Эрик Земмур отказался приехать в Карабах и назвал конфликт между Азербайджаном и Арменией «территориальным конфликтом в стиле XIX века», явно отказавшись называть его «цивилизационным» или «религиозным». Валери Пекресс, это правда, поступила намного хуже, но на данный момент она представляет собой едва ли что-то большее, чем она сама. Ее шанс быть избранной близок к нулю.

То же самое нельзя сказать об Эммануэле Макроне, но было бы несправедливо сосредоточиться только на его неверных заявлениях в сентября 2020 года и забыть, например, о том, что назначенные им кабинеты министров приказали губернаторам обратиться в административные трибуналы для отмены «хартий о дружбе» между некоторыми французскими муниципалитетами и муниципалитетами ранее оккупированных территорий Азербайджана, например, города Шуша. Хартии были отменены в 2019 году (решения, подтвержденные в 2020 и 2021 годах административными апелляционными судами) именно потому, что дипломатия является монополией кабинета министров, а Франция не признает так называемую «Нагорно-Карабахскую Республику», или «Арцах».

В конце концов, Азербайджану следует также рассмотреть вопрос об увеличении бюджета, посвященного действительно эффективным действиям по связям с общественностью Франции.

- Вы давно изучаете так называемый «геноцид армян» в Османской империи. Не секрет, что этот «геноцид» является краеугольным камнем национальной самоидентичности армянского народа... Однако в последнее время идут довольно активные обсуждения по вопросу нормализации отношений между Турцией и Арменией. Сможет ли армянская сторона переступить через свое видение тех далеких событий и пойти на переговоры с Анкарой? В этом случае можно ли будет говорить о новом политическом пейзаже на Южном Кавказе?

- Условия для такого впечатляющего изменения никогда не были такими подходящими, как сегодня, но каждый должен понимать, что это изменение означает «денждеизацию» Армении. Армяне Армении, единственные, кто имеет право говорить об этой южно-кавказской республике, менее озабочены проблемой 1915 года, чем те, кто выступает от имени армянской диаспоры из постосманского пространства.

Однако возрождение национализма в Армении, начавшееся еще до 1991 года, и периодическое использование нацистской доктрины Гарегина Нжде в качестве основы для независимой республики не исчезли волшебным образом ни в 2020, ни в 2021 году. Этот ультранационализм ослаб, но школьные учебники, средства массовой информации и т.д. остаются в основном теми же самыми. Отделить Армению от экстремистов диаспоры, которые никогда не изменятся в любом предсказуемом будущем, сейчас не очень сложно: они ведут открытую войну против Никола Пашиняна, но их кандидат Роберт Кочарян потерпел в прошлом году тяжелое поражение. Прекращение «нждеизма» - самая большая проблема для нормализации и прекращения антитурецкой армянской дипломатии в отношении 1915 года. Первым конкретным доказательством доброй воли в Ереване могло бы стать удаление декларации независимости (в ней имеется параграф о поддержке Республикой Армения процесса международного признания «геноцида» армян в Османской империи - ред.), принятой в 1990 году, из Конституции Армении и гарантирование фактического права доступа к армянским национальным архивам в Ереване.