В Турции усилились позиции тех, кто с настороженностью относится к России наша аналитика; все еще актуально

Айдын Керимов, автор haqqin.az

Решение о том, что первый после выборов зарубежный визит Владимира Путина состоится в Китай, вызывает вопрос о том, когда же российский президент посетит Турцию.

С января текущего года главной интригой российско-турецких отношений являлся вопрос о визите президента РФ в Турцию. Сроки неоднократно переносились, смещались – и вот теперь стало ясно, что первый визит «нового» российского лидера состоится в Пекин. Эрдогана Кремль отложил на потом.

Москва в экономическом отношении сейчас в полной вассальной зависимости от Пекина

Не будем сейчас о логичности такого выбора – Москва в экономическом отношении сейчас в полной вассальной зависимости от Пекина, поэтому «ярлык на княжение», в полном соответствии со скрепными, с древнерусских еще времен, традициями – получить, конечно надо. Формальность – но необходимая.

Но вот с точки зрения целесообразности, с точки зрения текущего момента – российскому лидеру сейчас Анкара куда как важнее. «Турецкий кейс» Москвы, один из немногих, четко сформулированных, заключается в следующем: во-первых, в сохранении Анкарой режима наибольшего благоприятствования в экономических отношениях с Россией, что позволило бы Кремлю и дальше получать через нее критически важные оборудование и комплектующие.

Во-вторых, в сохранение напряженности в американо-турецких отношениях и недопущении дальнейшего сближения Турции и Украины, к чему есть вполне определенные предпосылки, что показал недавний визит в Турцию Владимира Зеленского. И наконец, в-третьих – в сохранение текущего уровня реализации совместных экономических проектов с возможностью их расширения.

Кремлю сейчас куда как важнее недопущение дальнейшего сближения Турции и Украины

И тут необходимо отметить, что с 2023 года, после очередной победы Реджепа Эрдогана на президентских выборах, в турецком руководстве усилились позиции тех, кто с настороженностью относится к России. Причем, речь здесь не идет о росте антироссийских отношений. Скорее правильнее было бы говорить о том, что по мнению турецкого истеблишмента, Анкара получила от Москвы максимум экономических преференций, больше уже невозможно – и наступило время несколько «подморозить» отношения с Россией, одновременно расширив отношения с США.

Однако, есть и другая позиция, не менее влиятельная. Суть ее заключается в том, что отношения Анкары с Москвой себя еще до конца не исчерпали – и вполне могут динамично развиваться и дальше. И основной сигнал, который сейчас транслирует Турция России заключается в том, что «мы готовы работать вместе, но вы должны нас убедить, что нам это выгодно». Типично турецкое «предложите нам решение» (bize bir çözüm önerin). А это может решиться только на высшем уровне.

Отказ ряда турецких банков совершать финансовые операции с Россией, многочисленные проблемы с таможней при пропуске через территорию Турции российских товаров, закупленных в третьих странах, запуск в обход российской территории транзитного коридора Казахстан-Азербайджан-Турция, и, как финальный аккорд, отказ нефтяного терминала Dortyol принимать нефть из России – это все послания Анкары Кремлю: «мы все еще ждем».

Анкара получила от Москвы максимум эконмических преференций, больше уже невозможно – и наступило время несколько «подморозить» отношения с Россией, одновременно расширив отношения с США

Правда, и условия турки выдвигают достаточно жесткие. Во-первых, строительство второй АЭС за счет беспроцентного кредита РФ, который будет возвращаться по мере того, как выработанную электроэнергию турецкие операторы будут продавать потребителям.

Во-вторых, в вопросе газового хаба: первое – газ, пересекший границы Турции, юридически становится турецким; второе - продается туркам со скидкой не менее чем в 25% от рыночной цены; третье – с отсрочкой платежей за него не менее чем на два года.

В-третьих, чтобы Россия перестала оказывать давление на государства Центральной Азии в их деятельности по созданию транзитных коридоров до Турции через Каспий и Азербайджан в обход российской территории.

И, наконец, в-четвертых: Россия свертывает активность своей частной военной компании «Африканский корпус» в Ливии и Судане, где присутствуют серьезные экономические интересы Турции.

У Москвы практически не остается вариантов для отказа. Эрдогану в очередной раз удалось выбрать крайне удобный момент для выдвижения своих требований

Причем, вероятность того, что Москва их примет – достаточно высока. Президенту Эрдогану удалось выбрать крайне удобный момент для выдвижения этих требований. Уже два года он демонстративно «закрывал глаза» на участие турецкого бизнеса в обходе российской стороной западных санкций, без преувеличения втянул Москву в этот процесс – и сейчас вполне может свернуть этот льготный для российской стороны режим, создав для РФ серьезные экономические проблемы.

У Москвы практически не остается вариантов для отказа. Эрдогану в очередной раз удалось выбрать крайне удобный момент для выдвижения этих требований. Стабильность – признак мастерства: два года он демонстративно «закрывал глаза» на участие турецкого бизнеса в обходе российской стороной западных санкций, без преувеличения втянул Москву в этот процесс – и сейчас вполне может свернуть этот льготный для российской стороны режим, создав для РФ серьезные экономические проблемы.

Поэтому второй международный визит Владимира Путина будет именно в Анкару. И сам факт данной встречи будет служить подтверждением того, что российская сторона, не оглашая этого официально, более того – засекретив, первую очередь для внутренней аудитории, итоги этой встречи – все же приняла турецкие условия. Поэтому это как раз та ситуация, когда второй – это не по списку, а по значимости.