Вы верите в распад Евросоюза? Слово публициста

Чингиз Гусейноглу

Европа тяжело больна. Некоторые полагают – неизлечимо. Увы! И ничто не указывает на то, что сей прискорбный факт, который европейцы и не думают скрывать, сильно беспокоит Россию, или главного мирового кормчего - США. Не говоря уже о республиках эсенговья, где так стремятся во всем походить на европейцев. А ведь такой исход надвигающегося кризиса неизбежно самым пагубным образом отразится на самочувствии всего остального мира. И прежде всего той части, которая до сих пор называется постсоветским пространством, хотя географически, да и культурно значительная его часть всегда считались естественным продолжением европейского континента.

С другой стороны, если бы даже вдруг Трамп забросил все свои дела и занялся исключительно европейским кризисом, аналога которому историки в минувшей полувековой истории не находят, чем бы он мог помочь ЕС? Ничегошеньки у него бы не получилось. И не потому, что в США вообще не разбираются в революционных проблемах и полагают, что это чисто русская болезнь, а по той простой причине, что всегда и везде такого рода общественные заболевания гасили очередной войной. Лучше всего мировой. К слову, однажды воспользовались этим рецептом и в России. И получили, как помнит читатель, сразу подряд две революции – буржуазно-демократическую, а затем и беспощадно пролетарскую. После чего и родилась одна из популярных русских песен: «Есть у революции начало, нет у революции конца». Судя по всему, мы становимся свидетелями первого акта этого сколь захватывающего, столь и непредсказуемого действа.

«Франция Макрона больна авторитаризмом…»

После социального взрыва в Париже невольно подумалось: хорошо, что такое произошло сейчас, а не во времена СССР. То-то бы расшумелись на весь мир за океаном, да и в самой Европе: «Советский заговор!» «Агентура КГБ на Монмартре!»  – и пошло-поехало. Это я не злорадствую, как может показаться, просто напоминаю о том, каким образом правящая элита ЕС вводила в заблуждение рядовых граждан. И длилось это идеологическое вранье долго. Слишком даже долго. Теперь вся Европа в панике: улеглись вроде бы протестные страсти во Франции, начался кризис в Англии. И вывод: «Новой революционной встряски не избежать». Данный вывод однако – всего лишь предположение – не более. Так думают многие. Но вот известный Французский социолог Эммануэль Тодд (Emmanuel Todd) вполне убедительно предрекает самоизоляцию, и как закономерное следствие - распад Франции, и последующие такого рода перемены, и не только в ней одной.  «Мир заблуждается, полагая что Франция представляет собой либеральную демократию, не устает доказывать 67-летний социолог и историк. - Во Франции идет развал политических партий, в то время как бюрократия и госслужбы становятся независимыми». Во всем этом социолог видит нечто совершенно новое, доселе не свойственное политическому сегменту европейского общества: «Макрон вводит Францию в новую историческую фазу авторитаризма. Франция Макрона, которая сегодня является единственным и самым верным союзником Германии, может в конечном итоге проявить свою пагубную сущность. И не говорите потом, что я вас не предупреждал». Вот так.

Признаки кризиса, надвигающегося на европейский континент, становятся тревожной реальностью, с чем согласно едва ли не все политологическое сообщество той же Франции, как и Англии, да и пребывающей все еще в состоянии экономического благополучия Германии. Короче, все вдруг заговорили о том, что небывалый кризис в Европе неизбежен. Ключевое слово тут – «небывалый». Суть его в прогнозе о том, что революционный ураган, взметнувшийся в Париже, обязательно перекинется в другие края и закружит-загуляет по всей доселе казавшейся вполне благополучной Европе. А там, глядишь, пойдет гулять по всему обожающему революционные встряски эсенговью.

Француз не может стать немцем

«Неизвестно, когда и почему он возникнет, но новый экономический шторм может зародиться на рынке недвижимости». Этот прогноз, заставивший вздрогнуть не одного правительственного чиновника от Лондона до Рима, принадлежит главе банковского надзора в Европейском центральном банке (ЕЦБ) Даниэль Нуи. C данным предупреждением никто не спорит. То, что экономические конструкции европейских стран трещат под натиском новых реалий, давно просматривается и из Баку. Куда интересней другое наблюдение, высказанное той же Д.Нуи.

Ход истории определяется не только одними лишь экономическими обстоятельствами. Европе грозит раскол по причине идеологического порядка – политические отцы ЕС в свое время не учли, как любили писать советские социологи, человеческий фактор. «Французам было сказано стать похожими на немцев. Но те не смогут, даже если этого очень захотят. Немцам было отказано в праве оставаться немцами. Игнорировался тот факт, что Германия работает более эффективно, чем Франция и способна на значительные коллективные усилия». Помните, Горби и его сподвижники говорили нечто похожее, предлагая СССР воспользоваться европейским опытом?! Может, кто-то и забыл эти нетленные умозаключения правящих теоретиков, но вот последствия их не забыты.  По-разному оценивается социальный взрыв в Париже и угрожающие всплески кризиса в Англии. Что это: бунт бедноты, протест всего общества, революция отчаявшихся масс? Причем, поразили не зловещие баррикады на Монмартре, а та молчаливая обреченность, с которой правящий класс отнесся к тому, как вся Франция покорно ожидала конца того, что пребывавшая не одно десятилетие в условиях классового примирения страна, ощетинившись вдруг баррикадами, называла протестной акцией. Морально политическая обстановка в Англии в эти дни мало чем отличается от штормящей атмосферы Франции.

Все это, что бы там не говорили сейчас с перепугу умолкшие европейские лидеры, да и обездоленного эсенговья, очень уж напоминает давно забытые пролетарские бури. Помнят в Москве, да и едва ли не по всему бывшему советскому пространству, чем кончилось своеволие улицы для СССР. В Азербайджане любая попытка героев Мейдана напомнить о себе ничего, кроме недоумения и злых насмешек не вызовет.

Почем революция, месье?

А может тут есть какие-то преувеличения и правы те, кто утверждает, мол, склонность к революции есть часть французской политической культуры? Тем более что на улицах Парижа не заявляли ничего похожего на слом существующей политической системы («Весь мир насилья мы разрушим!»). К слову, это находится в полном соответствии с политической линией всего левого лагеря, включая хваленных французских экс-коммунистов, не говоря уже о социал-демократах. Они не согласны лишь с экономической составляющей. Но от этого Макрону и его правительству не легче.  Буквально за несколько дней до событий, потрясших страну, один из экспертов с тревогой писал о том, что главная опасность в ухудшающейся не по дням, а по часам социально-экономической ситуации заключается в огромных масштабах долгосрочной безработицы. Дело это не новое, да вот только положение рядовых французов усугубляется другим фактором, о котором не принято громко говорить. Зная взрывной характер огромной массы лишившегося рабочих мест трудового люда, правительство Макрона выделяло немалые средства для безбедной жизни безработных. Причем для этого приходилось облагать непомерными налогами работающих. Иначе говоря, мир и спокойствие на нижних этажах французского общества имели свою конкретную цену. Вот только расплачиваться за содержание массы безработных приходилось работающим. Разумеется, придумано было это не от хорошей жизни. Перечень «болезней» экономического организма Франции, считавшейся «локомотивом» общеевропейского проекта развития, достаточно велик и многообразен. Теперь все дружно заговорили о том, что Франция давно являлась «больным человеком» Европейского Союза, экономика которой нуждалась в срочной госпитализации. А может, правильней было бы трубить тревогу по поводу общеевропейской болезни?

Люди разошлись по домам, Париж может спать спокойно? На этот вопрос можно было дать утвердительный ответ, если б поутру люди направились к своим рабочим местам. Но их – рабочих мест – нет. Стало быть, спокойствие это временное…

Кто там шагает левой?!

Да нет таковых во Франции, как и в других весях ЕС – левомыслящих и левоступающих в общепринятом смысле. И давно. Другое дело, что в свое время существование Советского Союза являлось главным мобилизующим фактором не только для левого движения, но и серьезного полевения социальной политики правящих в ЕС сил. Сейчас такого примера нет. И Европа вместе с США сделала все, чтобы его не стало…

«Вопрос не в количестве восставших городов и выведенных на улицы в боевой экипировке полицейских.  В полной растерянности пребывали хваленные лидеры левых - от экс-коммунистов до разного толка социалистов». Таково общее мнение журналистов и политиков, оказавшихся очевидцами революционного действа в самом центре Европы. А что сами лидеры ЕС?

Президент Эммануэль Макрон пообещал повысить зарплаты и ослабить налоговую нагрузку, и инвесторы надеются, что массовые протесты прекратятся. Обещанное спокойствие обойдется государственной казне почти в €10 млрд. Все бы ничего, да только это обязательно усилит нагрузку на госдолг объемом почти 100% ВВП! Как только президент Макрон изложил эту свою программу чрезвычайных мер, в Брюсселе раздалось предупреждение о неизбежности серьезных противоречий между ЕС и Францией.

Еще большими неприятностями угрожает другая трудноразрешимая проблема – гигантские долги Вашингтону. По счастью, Франция в этой своей беде не одинока. По счастью потому, что Вашингтону придется самому разбираться с астрономическими суммами задолженности практически своих европейских союзников. Вашингтону некуда деваться, ибо в противном случае нынешние союзники могут стать бывшими, намекают СМИ, и не только в одной Франции. Еще вчера мало кто в Париже верил в прогнозы упоминавшегося выше Эммануэля Тодда о приближающемся конце ЕС. Сейчас он едва ли не самый цитируемый эксперт. «Вы действительно верите в возможность распада Евросоюза сегодня?», - спросили недавно ученого. И вот что он ответил: «Европа пребывает сегодня в плачевном состоянии: она разрывается на части, разобщена и несчастна. Европейские правящие элиты охвачены чувством беспомощности. Но это меня совсем не удивляет. Все было предсказуемо. Более того, это было неизбежно».

5829 просмотров