Владелец цеха Парвиз Керимов: «Я зарабатываю деньги на мусоре, а не как другие…» здесь крутятся миллионы!

Репортерская группа haqqin.az

…Клубы дыма из труб огромного строения видны издалека, однако подъехать сюда не так просто. Пока подобрались к источнику задымления, таксист долго петлял по округе. Все вокруг выглядит закопченным до черноты, а чем ближе, тем резче ощущается зловоние. Рядом с внушительным, но явно ветхим зданием дышать уже почти невозможно.

Речь, конечно же, об одном из многих в Баку и вокруг него кустарных цехов черной металлургии, где не соблюдаются элементарные правила охраны труда, где в полуразрушенных заводских помещениях советских времен переплавляют не отсортированный и непроверенный металлолом, отравляя атмосферу ядовитыми выбросами.

На этот раз репортерская группа haqqin.az прибыла в поселок Ходжасан, где на пути к ТЦ «Meyvəli» по соседству с городским кладбищем обосновался еще один цех по производству арматуры. Об этом «промышленном объекте» в редакцию сообщил читатель, который считает серию репортажей сайта о проблеме таких самодеятельных цехов очень серьезным сигналом. Ежедневно проезжая мимо ходжасанского цеха на работу в ТЦ «Садарак», он удивлялся и возмущался попустительству Минэкологии и других госорганов, не обращающих внимание на такое преступное загрязнение окружающей среды. Узнав о последних постановлениях правительства, решил, что теперь уж вредоносный «завод» закроют. Но прошло время, а его трубы дымят по-прежнему.

В советское время здесь было предприятие, где изготавливались разные металлические предметы, которое в народе называли «заводом по производству ложек». Обосновавшийся объект по переработке металлолома крупный не только по площади, но и, судя по всему, по объему производства. Большой цех и еще несколько строений, вокруг которых установки похожие на очистительное оборудование. Однако бездействующие.

На территорию журналистам, как и в большинство других кустарных цехов, попасть не удалось. Сколько ни стучали и даже колотили в ворота, никто не отозвался. Впрочем, особой надежды никто и не питал – по опыту знали, что в любом случае внятных ответов на свои вопросы получить не удастся.

Как всегда, обратились к живущим рядом с предприятием людям. Группу домов здесь называют Лачинкенд, потому что обитают в них беженцы из Лачина - где-то 20-22 семьи.

«Работают, причем беспрерывно - 24 часа в сутки», - отвечает на наш вопрос о деятельности кустарного цеха один из местных жителей.

«Да вы и сами видите, что здесь творится. Надо ли что-то говорить, когда и так все ясно. Живем в ядовитых испарениях, как в аду. Те, кто попадает сюда впервые, начинают задыхаться. А мы привыкли – куда деваться?! Этим заводом владеют турки, и работают там 40-50 человек», - добавляет он.

На наш вопрос, жаловались ли проживающие в поселке в Минэкологии и другие госорганы, мужчина кивает и разводит руками: «Обращались, но, видно, наши беды никого не волнуют…».

В этот момент из ворот цеха выезжает и резко тормозит рядом с нами Mercedes. Оказывается, водитель заметил, что один из наших журналистов фотографирует объект.

«Кто вы такие и что здесь делаете? Кто дал право фотографировать?», - возмущенно интересуется он.

«Мы фотографируем дома», - отвечает наш сотрудник.

«Вы не дома снимаете, а наш завод», - сказал водитель, вроде бы собираясь выйти из машины. Однако почему-то передумал, нажал на газ и умчался. Судя по всему, это был кто-то из «хозяев» цеха.

Ну а мы еще раз убедились, что ни указания президента Азербайджана Ильхама Алиева, ни новые положения «Закона о промышленных и бытовых отходах», ни тем более рейды сотрудников Министерства экологии и природных ресурсов никак не повлияли на деятельность кустарных цехов, которые наносят невосполнимый ущерб окружающей среде и отравляют жизнь людям, которым не повезло жить рядом с ними.

По-прежнему в огромных количествах переплавляется разносортный металлолом и изготавливается не отвечающая никаким стандартам арматура. По-прежнему многоэтажки Баку возводят с использованием этого, мягко говоря, некачественного стройматериала, от которого, между прочим, зависит устойчивость и прочность зданий.

Отметим, что изменения в «Закон о промышленных и бытовых отходах» были представлены в Милли Меджлис после серии расследований репортерской группы haqqin.az о деятельности в Баку и его пригородах кустарных цехов черной металлургии, где не соблюдаются элементарные правила охраны труда, где в полуразрушенных заводских помещениях советских времен переплавляют не прошедший экспертизу металлолом, отравляя атмосферу ядовитыми выбросами.

В соответствии с новыми нормативами цех в Ходжасане и все ему подобные по факту переходят в категорию незаконных, поскольку прием отходов цветных и черных металлов, а также их переплавку отныне могут осуществлять лишь субъекты предпринимательства, прошедшие регистрацию в государственном реестре как потенциально опасные объекты. А ни один из этих цехов такую регистрацию не проходил.

По еще одному сигналу читателей узнаем, что еще один кустарный цех черной металлургии действует в поселке Пута Гарадагского района. Репортерская группа haqqin.az отправляется и туда.

На этот раз долго искать «объект» не пришлось – он стоит в степи и рядом никаких жилых домов нет.

«Кто вы такие? Что вы тут ищите? Откуда приехали?», - нервно допытывается у «посторонних лиц» пожилой охранник предприятия, одетый в камуфляжную форму.

Что ж, мы представились и сообщили о цели своего визита. Охранник заявляет, что смотреть и выяснять здесь нечего, потому что цех давно не работает. Напрасно, мол, приехали. Однако ответить – кто владелец цеха, по какой причине прекратили работу и что здесь производилось, отказывается.

«Завод не работает уже три месяца. Мне приказано не пускать посторонних на объект. Кто бы они ни были. И поэтому я не пропущу вас на территорию», - категорично заявляет охранник.

Просим назвать имя владельца, чтобы, может быть, у него испросить разрешение осмотреть цех. Но сторож утверждает, что никого «на заводе нет, двое-трое рабочих убирают двор, и все». Однако через приоткрытые ворота видим в том самом дворе несколько автомобилей, в том числе Nissan Patrol с серией АА и последнюю модель Lexus.

Уже собрались уходить, как вдруг из ворот появился мужчина средних лет и направился к нам. И он, как выяснилось, насторожился, увидев нашу фотосъемку.

«Вы кто такие? Что вы тут делаете? Что это, бульвар что ли, чтобы фотографировать? Кто вам это разрешил? Ну и что, что  журналисты?! Что у журналистов какие-то особые права на съемку?», - гневно засыпал нас вопросами этот человек с явно нахчыванским выговором, объявив что он владелец цеха и зовут его Пярвиз Керимов.

Объяснили, что случае отсутствия официального запрета журналисты могут вести съемку по теме репортажа где угодно. Кстати, какое именно СМИ мы представляем, его не интересовало.

«То Минэкологии, то Минналогов, то прокуратура, а теперь вы, журналисты… Как вы все достали. Экологи цепляются за дым из труб. На производстве должен идти дым, при чем тут экология?! Здесь вершина холма, о какой экологии может идти речь? Я зарабатываю деньги на мусоре, а не как другие – на расхищении нефти…», - продолжает свой монолог владелец цеха.

Наш сотрудник, имеющий опыт работы в экстремальных ситуациях, пытается успокоить «металлурга». Говорит ему, что готов выслушать его проблемы и конкретные жалобы, а потом написать об этом.

Подбежав к груде отходов, он пинает ее ногой и кричит: «Смотрите, вот на этом хламе я и зарабатываю деньги. Каждый день копошусь в мусоре».

Невзирая на его нервное состояние, попытались узнать, в курсе ли он об изменениях, внесенных в «Закон о промышленных и бытовых отходах» и утвержденных главой государства.

«Какой еще закон? О каком законе вы толкуете? Покажите мне этот закон», - злобно отзывается умелец делать деньги на мусоре.

Объясняем, что если еще он не ознакомился с новыми требованиями к металлургическому производству, может легко найти их в интернете. Но вряд ли Пярвиз Керимов нас услышал – он продолжает свой гневный монолог. Досталось всем, особенно экологам. Причем так, что не решаемся повторить…

«Чем именно вам так насолили сотрудники Минэкологии? Требовали денег?», - спрашиваем у него.

Ничего не сказав, он нервно размахивает руками и бегом возвращается в цех.

Отправились и мы в обратный путь, всю дорогу до города обсуждая, как нелегко разрулить тот хаос, который долгие годы царил в процессе сбора и плавки металлолома и что надо сделать, чтобы, поскорее навести порядок.

Работа действительно предстоит огромная, ведь организованная и многосторонняя деятельность многочисленных кустарных цехов черной металлургии - от пунктов сбора металлолома и списанных с государственных предприятий металлических конструкций до выпуска кустарной арматуры – чрезвычайно выгодна. Здесь крутятся миллионы! И даже изменения в «Закон о промышленных и бытовых отходах» могут оказаться недостаточными для полного решения этой проблемы. Не исключено, что потребуются более решительные и жесткие меры.

8426 просмотров