Хары-бюльбюль - предвестник победы и в Ливии, и в Сирии… статья концептуальная

Айдын Керимов, автор haqqin.az

Смена названия с Совета сотрудничества тюркоязычных государств на Организацию тюркских государств видится как нечто большее, чем простая смена вывески. Проект уже имеет явные интеграционные ожидания с выстраиванием союзных государств под лидерством Турции.

К радости одних и негодованию других, это свершилось – Организация тюркских государств стала юридической и геополитической реальностью. Как поэтично заметил Реджеп Эрдоган, обычно к лирике не склонный, «Солнце вновь будет восходить с Востока».

И добавил: «Организация тюркских государства не должна никого беспокоить. Наоборот, нужно стремиться стать частью этой восходящей структуры, основанной на исторической общности. Это -  платформа развития межгосударственных связей».

Что тюркофобы, разумеется, полностью проигнорируют, поскольку для них свершившееся – воплощение геополитических кошмаров.

К радости одних и негодованию других, это свершилось – Организация тюркских государств стала юридической и геополитической реальностью

Стамбульский район Султанахмет, где будет располагаться Секретариат организации, стал средоточием того, что манит одних и вызывает ненависть других. Для союзников и единомышленников Анкары «тюркский мир» - воплощение экономического прорыва, преодоления технологической отсталости, самостоятельной внешней политики и справедливого решения застарелых конфликтов, примером чему стала азербайджанская 44-дневная война за освобождение оккупированных территорий.

«Символ освобождения Карабаха - цветок хары-бюльбюль стал предвестником победы тюркского мира», — сказал президент Эрдоган.

Добавлю, этот цветок стал символом будущего и в Ливии, и в Сирии, и в других местах, а возможно, мечтать так мечтать, станет и символом исторически близких к Турции других территорий.

Он притягивает многих, в том числе и в Европе, ведь не случайно и Украина выразила желание стать наблюдателем в Организации, – но и служит источником паники для тех политических кругов, которые решили, что только они составляют «Лигу почтенных джентльменов», которые вершат судьбы мира, а остальным путь в нее заказан. Их судьба – бесконечно являться объектами «Большой игры», где государства и народы – не более чем фигуры на шахматной доске.

«Символ освобождения Карабаха - цветок хары-бюльбюль стал предвестником победы тюркского мира», — сказал президент Эрдоган

«Мир больше пяти», - не устает говорить Эрдоган. Но эти «пять», за исключением, пожалуй, Китая - там другие история и мировоззрение, категорически не хотят с этим соглашаться, запуская «черную легенду» о возрождении Османской империи.

Право, даже не знаю, есть ли в современном мире место империям. Идеологии империализма, классическим носителем которой являются Соединенные Штаты, да, место есть. Но вот классической империи в XXI веке возникнуть не может, слишком уж усложнились общества – попробуй-ка собери их под одним «зонтиком» на насильственной основе. Ничего не выйдет, все начнет сыпаться в самые короткие сроки. И даже абсолютное военное доминирование здесь ничего не даст – Ирак и Афганистан яркие тому примеры.

Главы государств, входящих в созданную Организацию, прекрасно это понимают. А потому главную задачу видят в реализации, простите за невольный каламбур, «Видения-2040», документа-мечты, который определяет вектор их деятельности на ближайшие девятнадцать лет.

Торговля, экономические маршруты, обмен технологиями и их внедрение – вот главные направления деятельности Организации тюркских государств на ближайшее время. И насколько государства-участники окажутся здесь успешными – настолько они сумеют доказать состоятельность «Тюркского мира» не только самим себе, но и остальному международному сообществу.

Президенты разработали и документ-мечты

Расти есть куда. Товарооборот между государствами-членами Организации составляет примерно $21 миллиард, что составляет лишь 3% объема их торговли с другими странами мира.

Необходимо развить и обустроить «Срединный коридор» через Каспийское море, в том числе – и используя маршрут через Нахчыван.

Важной задачей также является формирование единого Механизма гражданской обороны Организации, что, с одной стороны - поможет в устранении последствий стихийных бедствий, а с другой – станет началом разработки совместных протоколов деятельности силовых ведомств и специальных служб. Там, будем надеяться, и «Тюркопол», станет реальностью, поскольку возможностей Интерпола явно в последнее время не хватает.

И, разумеется, крайне необходимо создание Объединенного комитета разведывательных служб, что повысит эффективность организации в активной борьбе с проявлениями терроризма, пресечении наркотрафика и трансграничной преступности.

А ведь есть еще и масса других проблем, которые нужно решать здесь и сейчас, в том числе – наращивание геологоразведки и создание ресурсной, а также технологической базы для производства медного кабеля, литий-ионных батарей, солнечных панелей, важность чего совершенно справедливо подметили коллеги из haqqin.az.

«Историческая платформа общих ценностей культуры и традиций, богатая палитра языков, полифония взглядов Тюркского мира и нарастающая связность экономики позволят проложить дорогу для совместного развития в текущем столетии», - справедливо отмечают наблюдатели.

А Мирзиёев указал на индикатор: Афганистан

Но у скептиков сразу же встает вопрос - а как мы узнаем в ближайшее время, что проект «Организация тюркских государств» является состоятельным? Какие будут доказательства? Что станет индикатором успешности?

Ответ на это дал президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, который призвал государства-члены Организации «придерживаться единого подхода к диалогу с новыми властями Афганистана». Именно Афганистан и станет тем индикатором, который покажет, может ли Организация сделать то главное, для чего она создается – осуществлять экспорт безопасности в горячие точки планеты.

И здесь не нужно ждать 2030-го – все решится за год-полтора. И тогда мы сможем говорить о состоятельности Организации тюркских государств. Хотя и так уже очевидно – с ее появлением тюркский мир как геополитическое явление стал реальностью XXI века.