То самое интервью лидера «глубинного государства» Турции: Союз РПК с США. Тайный приезд Алиева в Эрзурум. Удержится ли Эрдоган? Почему Турция не помогла Азербайджану в 1992 году видео+текст

Эйнулла Фатуллаев, Стамбул

Мехмет Агар – имя полное загадок и тайн. Так называемый лидер «глубинного государства» Турции нарушил обет молчания и впервые с 2008 года согласился ответить на вопросы азербайджанского журналиста Эйнуллы Фатуллаева.

Мехмет Агар – бывший министр внутренних дел и юстиции Турции. Занимал должности начальника полиции Стамбула, губернатора Эрзурума. Около 20 лет являлся депутатом парламента, лидером Демократической партии Турции. В 2011 году был арестован сторонниками гюленистской группировки по обвинению в организации «преступного сообщества» Турции, однако на 361-й день вышел на свободу. С тех пор избегает общения с прессой. Сын Мехмета Агара – Толга Агар в настоящее время депутат парламента Турции от правящей Партии справедливости и развития.

Эйнулла Фатуллаев спрашивает – Мехмет Агар отвечает

- Из пылающей в огне войны Украины и Молдовы, над которой нависла реальная угроза военного вторжения, наша группа прилетела в Турцию, правительство которой готовится провести контртеррористическую операцию на границе с Сирией, чтобы создать 30-километровую зону безопасности от вооруженных провокаций курдских боевиков.

Именно поэтому мы решили уже в ближайшие часы выехать на юг, в зону сирийско-турецкой границы, где в данный момент сконцентрировались подразделения армий России, Ирана, США, а также вооружённые формирования, преданные президенту Сирии Башару аль-Асаду.

Перед отъездом мы встретились с Мехметом Агаром – живой легендой турецкой политики, бывшим министром внутренних дел и юстиции Турции, одним из героев войны с РПК и курдским сепаратизмом.

Мехмет бек, огромное Вам спасибо, что откликнулись на просьбу о встрече и согласились ответить на наши вопросы!

- Вы знаете, после ухода из большой политики, то есть, примерно с 2007 года, я не давал интервью и отказывался от участия в телепрограммах. Но сказать «нет» журналистам Азербайджана – страны, с которой постоянно наши сердца и мысли, я никак не мог. Поэтому рад быть с вами!

- Спасибо за добрые слова о нашей стране! Мехмет бек, как Вы оцениваете нынешнюю ситуацию на сирийско-турецкой границе?

- Я бы назвал её крайне нежелательной для Турции. Естественно, всем нам хотелось бы, чтобы территориальная целостность Сирии обеспечивалась силами сирийской, а не нашей армии. Но, к сожалению, неспособность Башара аль-Асада сделать это привела его страну к гражданской войне и, как следствие, к наплыву в Турцию четырех или даже пяти миллионов сирийских мигрантов. Это – колоссальная экономическая нагрузка для Турции, которой не преминули воспользоваться сразу несколько террористических организаций, действующих на территории Сирии, в том числе, боевики РПК.

- С какой целью?

- В основе лежит борьба за энергоресурсы. В частности, курды планировали перекрыть трубопровод Киркук – Джейхан, чтобы построить вместо него нефтепровод из Ирака в северную Сирию. В ответ Вооруженные силы Турции провели операцию и сорвали эти планы.

Следует понимать, что Сирия, занимающая важное стратегическое положение в Восточном Средиземноморье, уже давно является ареной жесткой борьбы за геополитическое влияние между США, Россией и Ираном. Каждая из этих стран, дабы усилить присутствие и влияние в Сирии, использует не только свои воинские контингенты, но и опосредовано влияет на вооруженные формирования, действующие на сирийской территории. Тут и шиитские милиции, и вооруженные отряды противников Асада, и фанатики ИГИЛ, и, естественно, РПК, подразделения которой контролируют границу с Турцией и представляют собой перманентную угрозу для безопасности моей страны.

Хотя США и Россия обещали Эрдогану остановить деятельность террористических структур в ряде регионов Сирии, сделать это они либо не смогли, либо не захотели. Я лично склоняюсь ко второму варианту. И вот почему. В районе Телль-Абьяд строительные бригады РПК продолжают сооружать комплекс укреплений и бетонированных бункеров, которые в будущем могут быть использованы, как плацдарм для вооружённых вылазок на территорию Турции. Поскольку речь идет о довольно сложном инженерно-техническом сооружении, все прекрасно понимают, что на такие проекты у курдов нет ни денег, ни квалифицированных специалистов. Следовательно, кто-то сознательно идет на враждебный по отношению к Турции шаг, технически поддерживая её врага…

Когда начнется военная операция Турции в Сирии?

У Турции хорошие и даже дружеские отношения с Иракским Курдистаном, эта организация существует в рамках правового поля и не только на словах, но и на деле не признает РПК. Скорее, это больше похоже на США, которые, несмотря на все наши предупреждения, продолжают поставлять боевикам РПК тонны оружия и боеприпасов. Американцы оправдывают это тем, что оружие курдам необходимо для борьбы с фанатиками ИГИЛ. Но кто, как не сами американцы, создали этот ИГИЛ? Всем известно, что лишь Турция по-настоящему сражалась и добилась успехов в вооруженном противостоянии с исламскими фундаменталистами.

В этой войне моя страна понесла серьезные жертвы, но в итоге не позволила террористам господствовать в регионе.

Разве ИГИЛ, как террористическая структура, перестала существовать? К сожалению, нет! И знаете, почему? Потому что есть силы, которым эти головорезы по-прежнему нужны! К примеру, сейчас разрозненные отряды игиловцев пытаются попасть в Ирак и, насколько нам известно, им в этом активно помогают секретные службы одного крупного государства. Это довольно старая методика: та или иная страна создает в стратегических целях некую террористическую структуру, чтобы впоследствии играть главную роль в её ликвидации. Именно так в конце 80-х годов ХХ века Израиль своими руками создал для борьбы с Арафатом организацию ХАМАС, с которой сегодня не знает, что делать. Речь идет о войне нового типа, я бы назвал её «опосредованной войной», которая ведется руками террористических организаций, руками наемников…

- И как к этой «опосредованной» войне относится Турция?

- Следует понимать, что Турция – это не просто государство с великой историей, это еще и народ, в генах которого заложен воинский дух, это нация, готовая защищать свои земли любой ценой. Турецкие традиции военного дела насчитывают две тысячи лет, от Мете-хана до наших дней. Современная турецкая армия является одной из лучших в мире. К примеру, раньше НАТО ежегодно проводил конкурс на лучший спецназ. После того, как турки выиграли его три или четыре года подряд, конкурс решили больше не проводить. А самое главное, мы воюем не за деньги, а за честь Родины. Ататюрк как-то сказал, что война – это преступление, и даже великие военные признают это. Но мы не приемлем ситуацию, при которой некоторые страны, используя наемников, душевнобольных фанатиков и провокаторов, дестабилизируют ситуацию и создают хаос за несколько тысяч километров от своих границ. Эти империалистические игры пора прекращать!

Насколько мне известно, во время недавних переговоров Чавушоглу с Лавровым в Анкаре, глава МИД России передал турецкой стороне вопрос руководства Ирана: «Могут ли желания Турции быть выполнены без военных операций, посредством политических переговоров?»

Обеспокоенность Тегерана понятна: руками боевиков «Хашди-Шаби» и других шиитских подразделений Иран стремится заполнить вакуум, образовавшийся в результате переброски части российских сил из Сирии в Украину.

Что замышляет «Хашди-Шаби»?

Безусловно, Турция хотела бы стабилизировать ситуацию на юге без оружия и кровопролития. Но только в том случае, если речь идет о конструктивном настрое заинтересованных стран, а не о тактических попытках выиграть время. Полагаю, нас ждет еще неделя, максимум, десять дней переговоров. Если они окажутся безрезультатными, операция начнется.

- Сегодня Сирия напоминает бочку с динамитом, к которой подведен тлеющий бикфордов шнур. Присутствие США, амбиции Ирана, войска Асада, интересы Израиля, Россия, часть сил которой остаётся в приграничной зоне… Вам это не напоминает картину 2016 года в Иракском Курдистане, когда совпали интересы упомянутых выше стран, включая и Турцию?

- На протяжении всей истории основным инструментом империалистических держав на Ближнем Востоке была политика «разделяй и властвуй». Они постоянно нарушали территориальную целостность Турции и Ирана и брали под свою защиту разрозненные вооруженные формирования. Вы правы, тот же Израиль, к примеру, очень обеспокоен существованием «Хашди-Шаби» и умеренно воспринимает действия США, в свою очередь, «Хашди-Шаби» периодически сотрудничает с ОНС против Турции, хотя у РПК есть на границе «иранское ответвление» PJAK, которое угрожает территориальной целостности Ирана. И здесь мы можем быть уверенными в том, что Турция поступает правильно, поскольку мы не делим террористов на «своих» и «чужих». А это значит, что в итоге все государства-члены ООН будут поддерживать политику Турции. Надеюсь, в ближайшие несколько лет в регионе установится стабильность.

- Нет сомнений в том, что РПК – это грозное оружие в руках империалистических сил. Однако Вы еще с 80-х годов прошлого века героически боролись с курдскими боевиками и как высокопоставленный сотрудник полиции, и как министр внутренних дел, и как депутат парламента...

- А вы знаете, вместе с кем мы одерживали эти победы? Вместе с нашими курдскими гражданами на востоке. Курды сражались плечом к плечу с турками еще со времен Османской империи, мы тогда были вместе и в горе, и в радости. Да, порой случались беспорядки, но в рамках противостояния солдат и террористов, полицейских и бандитов. А между народами проблем не возникало. У нас есть граждане-курды, члены консервативных групп, которые сражались с РПК с оружием в руках и благодаря им мы победили.

Не знаю, в курсе ли вы, но бандиты из РПК всерьез намерены создать так называемое «Государство Курдистан», основанное на идеологии марксизма-ленинизма. Как оно будет сформировано? Естественно, при поддержке империалистической Америки. То есть, курды намерены создать марксистско-ленинское государство, главным союзником которого будет империалистическое государство – США. Просто уму непостижимо!

Что объединяет РПК с США?

- Как на Ваш взгляд влияет на Турцию отсутствие сильной центральной власти в Ираке и Сирии? Это фактор позитивный или негативный?

- На сто процентов негативный! Дело в том, что отсутствие политической стабильности в двух этих странах создает для террористов значительно больше возможностей. Речь об ИГИЛ, Аль-Каиде и т.д. Чтобы помешать таким группам объединяться и усиливаться необходима налаженная и по-возможности не коррумпированная центральная власть. Главная задача – открыть на это глаза арабским и мусульманским государствам, чтобы консолидировать усилия по борьбе с терроризмом и сепаратизмом. Решить эти задачи не так сложно, если понимать, ради чего это делается, что этому мешает и почему люди, родившиеся и выросшие на этих землях, разговаривают друг с другом с помощью оружия.

Сегодня Ирак и Сирия – это страны с богатейшими природными ресурсами. Почему бы не потратить их на развитие общества и граждан, а не на оружие?

- Вы затронули очень интересную тему. Те же США, которые боролись против коммунистических режимов, впоследствии устанавливали контроль над организациями, построенными на идеологии марксизма-ленинизма. Однако в 80-е годы прошлого века «призрак коммунизма, бродивший по Европе», добрался до Турции, и именно Вы сыграли большую роль в борьбе с этим призраком…

- Когда я еще занимал должности в полиции, в Турции действовало несколько вооруженных левых организаций. Поначалу я думал, что их поддерживал Советский Союз, однако спустя время узнал, что за нашими левыми стояли разведслужбы Бельгии, Германии, Франции, Великобритании... У СССР была только одна организация – ТКП (Турецкая коммунистическая партия – ред.). Выступления представителей этой партии транслировались из Восточного Берлина в программе «Наше радио», которая закрылась после распада СССР – деньги закончились. Позже мы увидели, что за курдами из РПК и другими левыми организациями стояли США. Целью было создание в Турции внутренней паники, организация кровавых столкновений и т.д. Кстати, не обошлось и без России, хотя напрямую Москва РПК не поддерживала.

Турция все это, естественно, видела и приобрела большой опыт. Так что, массовые беспорядки, прокатившиеся по стране в 80-е годы, надеюсь, больше не повторятся. Мы стали другими…

- Турция действительно совершила за какие-то 30-35 лет фантастический рывок…

- О, да! Между современной Турцией и Турцией того периода колоссальная разница. Помимо создания современной экономической базы, мы наладили мощную оборонную промышленность. Современная Турция имеет возможность производить боевые корабли, ракетные системы, средства ПВО, беспилотники, мы начинаем производство подводных лодок, индустриализация в Турции движется в сторону производства собственных истребителей, у нас есть промышленная база, технологии, молодые кадры...

Все это было создано за последние 20 лет. И во многом потому, что Турция перестала, как это было в прошлом, быть страной, поддающейся иностранному давлению. Мы заслужили право принимать решения без оглядки на то, что скажут сильные мира сего. Сегодня – мы сами в их числе…

Рывок ВПК и Эрдогана

- Турция сегодня везде, – в Ливии, в Судане, в Сомали, в Африке… Мы еще вернемся в эту эпоху эрдогановского возрождения. А пока поговорим о другом: когда распался Советский Союз была создана новая тюркская республика под названием Азербайджан. В то время вы были губернатором Эрзурума.

- Да, я тогда был губернатором. В моем подчинении находились 83 области.

- Это был период правления Тургута Озала...

- Да, Сулейман Демирель был премьер-министром, а Тургут Озал – президентом.

- Как вы отреагировали на новость о том, что Азербайджан стал независимым государством?

- К нам стали приходить новости из Нахчывана, все мы были очень взволнованы. Надо сказать, что люди в Эрзуруме – это особый тип турецких патриотов, они очень чувствительны к таким вопросам. Именно из Эрзурума наблюдали и за российской оккупацией, и за жестокостью армян… Мы тогда собрали вместе всех торговцев, деловых людей и сказали им: «Здесь открывается новая дверь, там наши братья, мы скучали друг по другу много лет. Но сегодня они нуждаются в нашей поддержке». Мы отправили тогда в Нахчыван несколько грузовиков с едой, лекарствами, средствами гигиены. Мы сделали это сами, никого не спрашивая – правительство страны было не в курсе... После двух таких поездок, покойный Гейдар Алиев прислал мне сообщение: «Я хочу приехать в Эрзурум, чтобы поблагодарить вас».

Гейдар Алиев и Тайип Эрдоган – две глыбы в новой истории

- Это было в 1991 году?

- Думаю, на год позже. Я стал губернатором Эрзурума в феврале 1992 года. В те годы остро стояла проблема с безопасностью, у нас в Эрзуруме была очень сильная группа из 80 спецназовцев, очень способные ребята. Я пошел на границу с двадцатью людьми, мы забрали Гейдара Алиева на границе и привезли его в Эрзурум. Организовали торжественный прием, и он был очень счастлив. Там была гостиница «Дедеман», и мы вместе поехали туда. Там был гостевой дом, в нем мы и поселили Гейдар бека. Мы провели с ним один или два дня.

- Это была ваша первая встреча?

- Да, первая. Я понимал, что передо мной очень умный и необычайно информированный государственный деятель. Помню, меня поразило, что он знал о турецкой истории буквально все, с самого начала. Он знал систему Османской империи с момента создания армии Мете-хана, Эмира Теймура, всех турецких империй, историю ислама, историю мировой политики... Потом пришло время возвращаться. Когда мы прощались, Гейдар бек сказал мне: «Когда я буду в Азербайджане, то подключу Турцию к нефти». Сегодня в проекте Баку – Тбилиси – Джейхан доля Турции, если не ошибаюсь, составляет 6,75 процента. Когда я был начальником Главного управления полиции, я сопровождал нашего премьер-министра Тансу-ханум Чиллер в ее поездке в Баку. Она встретилась с Гейдар беком, а я сидел в дальнем конце. Но он меня увидел, подозвал к себе и сказал: «Говорил ли я вам, что однажды подключу Турцию к нефти?» Я ответил, что да, Гейдар бек, вы сдержали свое слово. Он даже пошутил с Тансу-ханум, сказал, хорошо, мол, что вы привезли этого человека, он очень талантливый.

Гейдар Алиев построил стабильный Азербайджан и оставил большое наследие, главным из которого я считаю, нынешнего президента Ильхама Алиева. Нынешний президент Азербайджана показал всему миру, что он – значимый государственный деятель. Слежу за ним с большим восхищением и удовольствием. В частности, его братские, искренние отношения с Турцией вызывают у меня ком в горле…

- Турецко-азербайджанский военно-политический альянс, а также союз Эрдогана-Алиева привели к решению карабахской проблемы – кровоточащей раны не только Азербайджана, но и всего тюркского мира. Как-то в одном из интервью бывший премьер-министр Азербайджана признался, что во время Первой Карабахской войны, когда шли бои за Кельбаджар, он обратился за помощью к правительству Турции. В частности, попросил вертолеты. Но Турция, хоть и была в то время на стороне Азербайджана, не оказала поддержку ни в военном, ни в экономическом плане. А вот во Второй Карабахской войне Турция и Эрдоган оказали всестороннюю поддержку Азербайджану. Турецкий президент направил даже военные самолеты, открыто указав, что Анкара стоит плечом к плечу с Азербайджаном.

Союз Ильхама Алиева и Эрдогана предопределил судьбу Карабаха

- Это так!

- Так что изменилось? Мир? Турция? У нас любят говорить о роли личности, способной изменить ход истории. Может быть, сыграла роль фактор масштабной личности Эрдогана?

- И мир изменился, и Турция изменилась. Реджеп Тайип Эрдоган был вознагражден за свою правильную политику в течение двадцати лет. Некоторые люди даже сегодня не представляют, какого уровня достигла турецкая оборонная промышленность. Укрепляя турецкую армию, Эрдоган работал очень серьезно. Он много делал и почти ничего при этом не говорил. Для сравнения, в 90-е годы у нас на всю Турцию было всего три вооруженных вертолета в двух так называемых «чрезвычайных зонах» – две «кобры» и одна «суперкобра». Теперь у нас по пять вертолетов в каждой провинции, плюс вертолеты АТАК собственного производства. Не так давно вообще не было такого понятия, как БПЛА. А теперь посмотрите – турецкие беспилотники не давали спуску армянской армии и сегодня помогают украинцам держать оборону. Тайип бек проводит очень правильную политику, и по натуре он смелый и решительный человек. Но ведь и условия в мире тоже изменились. В Турции есть замечательная поговорка: «Сегодняшнее белье нельзя высушить вчерашним солнцем». Изменился баланс сил в Восточном Средиземноморье и на Кавказе, изменилось отношение к Турции. Несмотря на все давление, Анкара не «прогнулась» под Вашингтоном в вопросе покупки ЗРК С-400, и Россия увидела решимость Турции.

Возвращаясь к 44-дневной войне. По международному праву эти территории принадлежат Азербайджану, это была оккупация, и честь вернуть родную землю по праву досталась Верховному главнокомандующему Ильхаму Алиеву. Это то, что не забудется на долгие годы и уже вписано в историю золотыми буквами. Реджеп Тайип Эрдоган также вписал свое имя в эту историю. Народы Турции и Азербайджана стали ближе и сплоченнее.

- Вы были одним из лидеров турецкой политической элиты и при правительстве Демиреля, и в кабинете Эрбакана. В те годы Вы задумывались о возможности помочь Азербайджану вернуть оккупированные территории?

Мехмет Агар о «глубинном государстве». Что это значит для Турции?

- Конечно, после обретения независимости Азербайджан всегда был в умах наших правительств, каждое из которых старалось сделать для Азербайджана максимум возможного. Просто возможностей таких было немного. Но потом ситуация сложилась в нашу пользу, Турция стала намного сильнее в военном, технологическом и финансовом отношении и, видит Аллах, Тайип бек очень много сделал для этого. Его отношения с Ильхамом Алиевым вышли на уровень родных братьев, а не президентов двух государств. Их супруги также внесли огромный вклад в этот великий союз. Последняя война показала, насколько высок уровень единства армий двух стран. Азербайджанские солдаты героически сражались, да упокоит Аллах души наших шехидов и исцелит наших ветеранов. Там, где не помогли современные технологии, помогли мужество и отвага азербайджанских воинов…

- Мехмет бек, Вы добились больших успехов в полицейской системе, во внутренних делах, а потом пришли в большую политику. Мне всегда хотелось спросить, почему Вы выбрали партию «Правильный путь»?

- До прихода в политику моим последним постом была должность начальника полиции. В партию меня привела Тансу Чиллер. Когда от нее поступило такое предложение, я не смог ей отказать. Партия «Правильный путь» была наследницей Демократической партии Турции. В то время, занимая должности начальника полиции Анкары и Стамбула, а также губернатора Эрзурума, я также работал с Тургут беком Озалом, которого тоже очень уважаю. На самом деле мы все – выходцы из Демократической партии, а мой отец был начальником полиции в 10-15 провинциях. Мы – преемники правительства Демократической партии. После 12 сентября в Турции произошел раскол двух партий – «Правильного пути» и «Родины-матери», каждая из которых корнями уходила в Демократическую партию. Мы выбрали «Правильный путь», но потом возникли проблемы и нам пришлось покинуть ее ряды. После этого мы два призыва подряд избирались, как независимые кандидаты, чего в истории турецкой политики никогда не было. Это проложило нам путь к лидерству партии «Правильный путь». Но мы пришли в то время, когда Тайип Эрдоган был на пике популярности. В результате избрали лишь трех независимых кандидатов, в числе которых был и я. Остальные места заняли Республиканская народная партия с Партией справедливости и развития. Другими словами, мы пришли к власти в самое слабое для партии «Правильный путь» время, хотя и набрали на муниципальных выборах около 10 процентов голосов.

На выборах меня спросили, буду ли я продолжать, если не пройду электоральный барьер, на что я ответил: «Нет, не буду». Свое слово я сдержал.

- В ту самую ночь после подсчета голосов избирателей…

- Да, в ту самую ночь. Я не стал жаловаться и просто ушел. В политике нужно быть принципиальным: если ты на это не способен, почему люди должны тебе верить? Если не смог победить на выборах, нужно уходить.

Толга Агар – сын Мехмета Агара, депутат парламента от правящей партии, пошел по стопам отца

- Сможет ли Мехмет Агар снова вернуться в большую политику?

- Нет, и мы беседовали на эту тему с Эрдоганом. Мой сын занимается политикой, он депутат от правящей партии, и было бы неправильно к нему присоединяться. Но когда у меня есть что-то, связанное с государственными вопросами, я иду не к журналистам или телерепортерам, а делюсь мыслями со своими высокопоставленными друзьями…

- Они к Вам прислушиваются?

- Это их дело. Мое дело – объяснить свою точку зрения на тот или иной вопрос. Наша лояльность государству непоколебима, тем более что внешняя политика, проводимая в последнее время Эрдоганом, на мой взгляд, последовательна и точна. Считаю, что общая картина борьбы Турции с террором на Кипре, в Карабахе, в Восточном Средиземноморье, в Ливии выглядит грандиозной.

- Вы очень популярны в Азербайджане, и, наверное, знаете об этом. Когда я сообщил коллегам в Азербайджане, что собираюсь взять интервью у знаменитого Мехмета Агара, они тут же посоветовали спросить Вас о «глубинном государстве». Почему ваше имя отождествляется с «теорией заговора»?

- Последними потерянными территориями Турции были Киркук и Мосул. Мы не отдали их в Лозанне, а сделали это чуть позже.

- Да, в 1923 году не отдали…

- Турция сопротивлялась в этих районах, один из наших знаменитых командиров был там с отрядом, уровень подготовки которого напоминал современный спецназ. К сожалению, империалистические силы организовали восстание на Востоке, а поскольку Турция только вышла из Первой мировой войны и сил просто не хватало, пришлось отступить.

Это стало для всех нас незаживающей душевной раной. После Киркука и Мосула в политической культуре Турции появился принцип «Ни шагу назад!» Я называю это «волей глубинного государства». Она может быть у обычных, ничем особо не примечательных людей. Например, у некоторых офицеров, дипломатов, политиков, полицейских, инженеров... Таких людей в Турции – сотни и сотни тысяч, и это то, что мы называем глубинной государственной волей. К счастью, мы вернули Хатай, Кипр и Карабах. И это тоже – воля глубинного государства.

- Поэтому можно сказать, что Мехмет Агар по сей день охвачен идеалами глубинного государства?

- Официально такой структуры нет, но в Турции есть тысячи людей, готовых служить своей стране духовно, физически и, если потребуется, не раздумывая, отдать за нее жизнь. Поэтому печальная история Киркука и Мосула больше никогда не повторится. Турция всегда будет стоять прямо и непоколебимо. Как крепость.

Самый большой кемалист – сам Эрдоган

- Я хотел бы задать вам политико-философский вопрос. У вас на стене фотография Гейдара Алиева, основателя Третьей Азербайджанской Республики. А над ним – фотографии Ататюрка и Эрдогана. Поясните!

- Ататюрк – национальный лидер не только Турции, но и всего тюркского мира. А эту фотографию Эрдоган подписал для моего сына. Мне лично импонирует его политика, и я, как видите, это не скрываю.

- Многие эксперты на Западе считают, что Ататюрк и Эрдоган олицетворяют вечную борьбу западной и восточной моделей будущего развития Турции…

- Не совсем. Турция олицетворяет и Запад, и Восток. Тайип бек как-то раз красиво сказал, что быть истинным кемалистом, значит, согласно его советам, создавать оборонную промышленность, строить больницы, дороги, аэропорты... Ататюркизм – он не на словах, а в политике. Вот почему, Турция – это и Восток, когда сохраняет свои традиции и консервативную линию, и Запад, когда развивает науку и технологии.

Одна рука Турции в Европе, одна – в Африке, одна – в России, одна – в Азии, и еще одна – в Аравии. Турция – наследница великой империи, которая никогда не станет стирать свое историческое наследие. Поэтому мы – и Запад, и Восток. Это и есть наследие Ататюрка – османского военачальника, основателя и национального лидера Турецкой Республики.

Принимая во внимание ситуацию, сложившуюся в мире, Турция делает большие шаги, чтобы стать одной из наиболее развитых стран мира, не забывая на пути к модернизации про свои консервативные устои.

Читал недавно, что, согласно исследованию одной экономической группы, к 2035 году Турция войдет в пятерку крупнейших экономик мира. Может ли быть так, что Тайип Эрдоган, находящийся у власти двадцать лет, здесь ни при чем? Но Вы же не станете отрицать, что основой этого является созданный Эрдоганом военно-промышленный комплекс?

Возможно, в этом был допущен небольшой перекос. С другой стороны, было бы неправильно не замечать достижений. Турция прошла долгий путь и стала большим государством с населением в 90 миллионов. И строит она сегодня не только корабли и беспилотники, но и многочисленные водохранилища и ирригационные системы, благодаря которым продуктивность сельского хозяйства значительно возрастет. Когда в 1983 году Тургут Озал стал президентом, общий объем экспорта Турции составлял 3,5 миллиарда долларов – это были, в основном, хлопок, виноград, табак и инжир. Сегодня только экспорт сельскохозяйственной продукции составляет ежегодно 30 миллиардов долларов, а темпы роста экономики Турции отстают лишь от Китая и составляют 7,3 процента. Полагаю, Турцию и наш братский Азербайджан ожидает очень многообещающее будущее.

Турция в ожидании следующего года и судьбоносных выборов

- В своем выступлении на прошлой неделе Реджеп Тайип Эрдоган объявил о начале президентской избирательной кампании-2023 и выдвинул свою кандидатуру. В этой связи высказывается много противоречивых оценок. Говорят, в частности, что ожидается жесткая борьба, горячая пора и попытки расшатать Турцию изнутри. Ваши прогнозы?

- Есть, конечно, давление извне. Беспрецедентное, на мой взгляд. Как такое возможно, что еще за год до своего избрания президент США заявляет, что поддержит оппозицию в Турции?! Постыдный факт! А еще более постыдно, что ни один из представителей турецкой оппозиции не заявил публично, что внешние силы не должны вмешиваться в выборы, что только народ Турции вправе выбирать своего президента.

Выборы в Турции всегда проходят на высоком уровне, так было даже в смутные времена анархии и терроризма. Так что, в этом плане, уверен, ничего не изменится.

- Мехмет бек, я должен перед Вами извиниться, но, как журналист, просто не могу не задать этот вопрос. В Азербайджане есть человек, который по приговору суда был заключен в тюрьму и сейчас находится на условно-досрочном освобождении. Он известен, как гюленист, был арестован в Турции за контрабанду, совершил ряд экономических преступлений не только в Азербайджане, но и в России, Турции и в транснациональном масштабе. Его зовут Мубариз Мансимов, и этот человек оклеветал Вас в интернете. Вы слышали об этом?

- Да, слышал, хотя предпочитал не подавать виду. У меня есть принцип – не бить лежачего. Если бы я пошел в суд и сказал то, что мне известно об этом человеке, никто не знает, чем бы все это закончилось. Но мне это не к лицу. Как никак, мы когда-то делили с ним хлеб-соль. Скажу лишь, что все, что он говорит – это ложь. А комментировать её – значит опускаться до его уровня. Не хочу! Он много чего может сказать, но я этого делать не стану. Он прикидывается жертвой, но его заявления беспочвенны, и все суды он проиграл.

Отвечу на одно из обвинений, другие вообще не воспринимаю всерьез. Якобы, находясь в тюрьме, я построил вертолетную площадку. Сделал это тогдашний мэр Назилли (город в провинции Айдын – ред.), а ныне председатель филиала Партии националистического движения в Айдыне. Что тут комментировать? Поэтому повторю, это мне не к лицу, не хочу опускаться до такого уровня.

Как вы подметили, наш разговор о людях, государстве, наших братьях, будущем Турции и серьезных вещах. Он прикидывается жертвой, говоря, что у него насильно что-то отобрали, хотя в финансовой плоскости он не прав ни на йоту. Эти заявления не имеют под собой никаких оснований, и потому все суды он проиграл.

Причина, по которой я прекратил с ним дружбу, довольно проста – я не хочу иметь ничего общего с человеком, который судится со своей страной. Члены судебной комиссии, гюленисты, которые засадили меня в тюрьму, сегодня находятся в бегах. Один из членов этой комиссии приговорен к 20 годам лишения свободы. После того, как я подал апелляцию, Верховный суд отменил мой приговор. Мне сказали, что я могу подать на государство в суд и получить компенсацию. Я отказался, заявив, что у каждого из нас есть неоплаченные долги перед государством. Главным для меня было вернуть заслуженное доверие, что я и сделал.

Я сказал Мансимову, чтобы он не подавал в суд на нефтяную компанию своей страны. Сказал, что знаю всех в азербайджанском правительстве, и не хочу, чтобы кто-то из них сказал мне: «Ну, ладно, он поступил так, а ты куда смотрел?..»

Позвольте рассказать вам историю, которую я никогда никому не рассказывал ранее. На парламентских выборах 1999 года я был независимым кандидатом, покинув ряды партии «Правильный путь». В то время против меня начали парламентское расследование члены Народно-республиканской партии Турции. При таком расследовании проверяется все. В газетах стали распространять сообщения о том, что меня доставят в Верховный суд, потому что за моей спиной нет никакой партии. Голосование состоялось, 9 голосов было в мою пользу, 6 – против. Дело так и не было отправлено в Верховный суд.

Агар разоблачает ложь Мансимова

Демократическая левая партия Эджевита, которая в то время была правящей, вынесла 6 голосов в мою пользу, наш друг-депутат из партии Эрбакана – один голос, партии Месута Йылмаза и «Правильный путь» – по одному голосу. Я сказал тогдашнему вице-премьеру Хусамеддину Озкану, учитывая неожидаемый мной результат, что хочу записаться на прием к Бюленту Эджевиту (премьер-министр Турции) и выразить ему благодарность. Мы встретились. Я сказал: «Господин премьер-министр, я никогда не разделял ваших политических взглядов, но у вас есть честный и искренний путь в турецкой политике, патриотизм, бескорыстие. Например, операция на Кипре, арест Оджалана и т.д.» А Эджевит в ответ заявил, что наводил обо мне справки во всех правительственных учреждениях, и что он получил информацию о моем отце, одном из основателей армии в Элязыге (город на востоке Турции – ред.). Сказал, что я заслужил эти голоса и получил их, потому что было ясно, что я невиновен. Министерство финансов даже исследовало банковские счета и прочие документы моих родственников, даже дальних. Эджевит сказал, что в будущем я займу самые высокие должности.

И последнее. Ко мне приезжали десятки людей из Азербайджана, жаловались, что дали Мансимову деньги, что не могут их вернуть и просили меня помочь. Я всем отказал. Как уже говорил, не привык бить лежачего.

- Когда вы в последний раз были в Азербайджане?

- Давно. Кажется, приезжал на свадьбу.

- Это была частная поездка?

- Да. Официально в последний раз я встречался с Рамиль беком (Усубовым – ред.), он был тогда министром внутренних дел. Мы приехали в Азербайджан на заседание. Однако Рамиль бек объявил, что заседания не будет, и им приказано делать то, что скажет Мехмет бек. Сегодня он занимает другую должность?

- Он секретарь Совета безопасности.

- Сейчас его сменил Вилаят бек (Эйвазов – нынешний министр внутренних дел Азербайджана – ред.). Он также мой очень ценный коллега, отсюда, из Турции, я наблюдаю за его работой. Рамиль бек уже много лет успешно исполняет свои должностные обязанности, как во времена Гейдар бека, так и во времена Ильхам бека.

- Мехмет бек, огромное Вам спасибо за интервью! Нам предстоит долгий путь до границы с Сирией. Надеюсь, что скоро Турция полностью обезопасит себя от угрозы террора, а ее роль в мире будет укрепляться и возрастать, потому что Турция – это Азербайджан.

- Радость Турции означает радость Азербайджана и наоборот.