Наконец это прозвучало. Понятно, что в закрытом режиме, наедине со своими руководителями разведки, сил обороны и прочими специалистами по безопасности, западные лидеры наверняка поднимали тему, что их страны могут оказаться в ситуации, когда придется воевать с Россией. Проговаривались и варианты, когда окажется необходимым поддержать Украину непосредственно военным образом. Президент Франции впервые озвучил существование такой вероятности публично.
Нет никаких сомнений, что это заявление было домашней заготовкой Эммануэля Макрона. Собрать западных лидеров в Париже для обсуждения чрезвычайных мер помощи Украине было его личной инициативой, и, понятно, что к этому предложению необходимо было добавить качественно новое содержание: парой дней раньше прошла виртуальная встреча «Большой семерки», где в очередной раз Украине пообещали стоять за нее до конца. Хотелось, однако, какой-то конкретики и новых горизонтов. Макрон попытался их обозначить.
У западной коалиции нынче острый кризис лидерства. Раньше и вопроса-то не стояло: ясно, что определяющее слово за Вашингтоном, за которого говорит его мощь. Но сейчас в Вашингтоне такая сумятица, что непонятно, можно ли на него рассчитывать вообще, и кто знает, сколько продлится ситуация, когда Трамп еще не президент, но уже будто президент, а Байден – наоборот.
Конечно, по экономическому потенциалу в Европе ведущие позиции занимает Германия, но в военных вопросах Берлин не привык брать на себя большую ответственность. Олаф Шольц и так за очень короткий период прошел колоссальный путь от противника любых резких действий до организатора самых крупных пакетов помощи Украине. Нельзя от него требовать большего, будучи, возможно, идеальным руководителем для мирного времени, он и так прыгает выше своей головы во время полувоенное.
Британия, что при Борисе Джонсоне, что при Риши Сунаке, весьма активна и инициативна в поддержке Украины, но после Брекзита она все же стоит несколько в стороне от недавних коллег по Евросоюзу, и европейского лидерства от нее ожидать не стоит.
Как ни крути, все подталкивает французского президента к попытке взять на себя лидерство в вопросе организации общеевропейской безопасности. Получится или нет – другой вопрос, но не попробовать было бы непростительной утратой шанса.
И Макрон ходит с козыря: там, где все европейские, да и американские руководители много раз говорили, что их главная задача – не допустить военного столкновения с Россией, француз заявляет, что нужно исходить из того, что подобная перспектива реальна, Запад может оказаться перед необходимостью направить в Украину вооруженные силы. «Многие люди, которые сегодня говорят «никогда», — те же, кто исключал отправку танков, самолетов и ракет большой дальности два года назад… Все возможно, если это полезно для достижения нашей цели». А в чем цель? В поражении России. «Поражение России необходимо для безопасности и стабильности в Европе», - пожимает плечами Эммануэль Макрон, для него это очевидная мысль.
Да, после этого заявления все бросились успокаивать свои народы, что речь не стоит о необходимости уже завтра посылать войска в Украину, и вообще никто никого посылать не собирается, но… Вот это подвисшее «но» и определяет качественное изменение подхода к российско-украинской войне. Идет переход от уверений в том, что это невозможно и недопустимо, к трезвому осознанию, что это возможно, а раз возможно, то к этому необходимо быть готовыми. Такая подготовка и составит содержание оборонной политики Запада на ближайшие несколько лет. Поезд ускоренной милитаризации Запада набирает ход, и его уже не остановить. Насколько быстро это скажется на положении на фронте, пока сложно сказать, но Владимиру Путину результат точно не понравится.
