Армянский разворот. Кремль поставит точку главная тема, все еще актуально

Александр Караваев, автор haqqin.az, Москва

Политический дрейф Еревана в сторону Евросоюза продолжается. Сам по себе выбор Армении понятен, но при этом следует учесть, что тактика действий и очередность шагов армянского руководства дестабилизируют ситуацию в регионе Южного Кавказа.

Уходя под "козырек" европейской безопасности, Ереван одновременно пытается укрепить свои возможности для достижения реванша… 

Вопросы безопасности Армении зависят от соседей и окружения, а вовсе не от одного отдельно взятого центра, будь то Европа или Евразия

Забыли Тиграна Саркисяна?

Реплика спикера армянского парламента Алена Симоняна, заявившего, что Армения "всегда стремилась к вступлению в Евросоюз, однако ее втянули в другую систему", носит знаковый характер, поскольку четко характеризует способность армянской политической элиты переобуваться, что называется, на ходу.

Понятно, что группа Пашиняна пытается сейчас "переиграть" события 2013 года, когда произошел резкий поворот от стремления Армении подписать соглашения об Ассоциации с Евросоюзом (имеется в виду продвинутый уровень членства в программе "Восточное партнерство"), к вступлению осенью 2014 года в Таможенный союз стран-участниц ЕАЭС.

Символом этой политической рокировки стал тогдашний премьер-министр Армении Тигран Саркисян, который в апреле 2012 года в интервью российской газете "Коммерсантъ" заявил, что присоединение его страны к Таможенному союзу "в экономическом смысле нецелесообразно" и что Армения ищет "формы сотрудничества без Таможенного союза", после чего уже в 2016 году он занимал пост председателя Коллегии Евразийской комиссии, а с 2020 года стал заместителем председателя Евразийского банка.

Все начиналось с игры Тиграна Саркисяна

Таким образом, как и большая часть правящей армянской элиты "предыдущего созыва", Тигран Саркисян сумел собрать все евразийские бонусы.

Понятно, что по итогам 2014 года Армения и Украина стали "полем брани" между Москвой и Брюсселем за право установить границы между европейским и евразийским интеграционными проектами. Москва предлагала диалог, Брюссель от него отказывался, утверждая, что формата взаимодействия двух интеграционных зон у него нет. Логичным результатом неспособности договориться стал обмен ударами. Вначале в Украине была свергнута группа Виктора Януковича, потом было ответное присоединение Крыма к России и последующая эскалация напряженности, пик которых пришелся на 24 февраля 2022 года.   

Что же касается Армении, то она была поставлена перед выбором дальнейшего пути – с ЕС или с ЕАЭС - вовсе не в 2014 году, а на шесть лет позже, когда получила от Азербайджана сокрушительное военное поражение. Причиной которого стало отсутствие у Армении ресурсов и политической воли для сохранения "завоеваний" последнего десятилетия ХХ века, а вовсе не выбор европейского или евразийского пути развития.

Как "продать" армянам европейский поворот?   

Ален Симонян развивает свою мысль в следующем ключе: "Армения является носителем европейской демократической системы. Для нас получение статуса кандидата на членство в ЕС - самый правильный и желательный вариант, которому мы должны следовать. И здесь важен процесс, по которому это надо сделать. Многое надо привести в соответствие с европейскими стандартами".

Ален Симонян призывает Армению уйти с закрытыми глазами

Любой человек, тем более постсоветский, родившийся как Ален Симонян в 1980 году, обычно мыслит шаблонами, полученными в первые 20-25 лет жизни. Принято считать, что это лучшие годы. Данная иллюзия, как правило, сопровождает нас всю жизнь. В 1990-е годы Евросоюз воспринимался молодыми выходцами из стран СНГ как лучшее место в мире, этакая симфония различных наций на пути в прогрессивное будущее во главе с Германией, Францией и другими богатыми государствами Центральной и Северной Европы.

Таким был общий шаблон восприятия Старого Света, который в ряде случаев работает по сей день. При этом мало кто учитывает разительное отличие, к примеру, Южной Европы от Северной, где доминируют права человека, регламенты, а также мощное правосознание германских и других северных народов. В то время как юг Европы во многом остался таким же, каким и был предыдущие десятилетия - близким по духу постсоветской системе с ее коррупцией, необязательностью, "теневыми" схемами и, естественно, симбиозом власти и бизнеса.

Таким образом, для Еревана путь в Европу – это не изменение духовных установок и качества жизни, а сохранение тех же нарративов и практик, что и сегодня. С той лишь разницей, что у руководства Армении появится возможность войти в историю не в роли политических лузеров, проигравших Азербайджану войну и Карабах, а как "продвинутые евроинтеграторы, вырвавшие Армению из лап России".

По существу, все внутренние механизмы повседневной политики Армении, весь ее "схематоз" будут переупакованы. Что-то, конечно, уйдет в тень и, следуя Гегелю, будет "нивелировано" новой прогрессивной эпохой, хотя на самом деле, естественно, никуда не исчезнет.

Вдребезги разбитая армянская армия - лучшее свидетельство провала "армянского проекта"

Впрочем, можно сказать и больше. Никто не мешал Армении развивать в ЕАЭС европейскую составляющую. Ереван вполне мог реально осуществить свои экономические программы и в рамках "Восточного партнерства", и сохраняя продуктивное интеграционное сотрудничество в ЕАЭС. Даже Евразийский банк (ЕАБР) имел ряд пересекающихся проектов с европейским ЕБРР, которые, правда, прервала война в Украине.

В свою очередь, спецоперация армии Азербайджана по возвращению оккупированных территорий стала настоящей находкой для группы "продвинутых евроинтеграторов" Пашиняна, поскольку о таком предлоге для смены внешнеполитического курса Армении они могли только мечтать.

В таком раскладе становится очевидно, что из источника притяжения, которым еще недавно была Россия, она становится для новой армянской элиты объектом отталкивания.

Бремя "старшего брата"

Еще один из ключевых тезисов Алена Симоняна звучит так: "Россия оставила Армению одну в самый сложный период".

Тут мы имеем дело с очередным аргументом из инструментария политических манипуляций.

Россия не оставляла Армению в трудные моменты 90-х, да и 2000-х годов, спасая армянскую экономику, помогая адаптировать ее государственный сектор, снабжая потребителей на протяжении почти 20 лет природным газом по самым низким в СНГ тарифам. Вот почему в высшей степени несправедливо утверждать, что Россия, традиционный союзник и "старший брат" Армении, бросил младшего в сложный период.

Двадцать лет Армения жила за счет России. Не так ли?

Но потом сложности закончились, и Армения, забыв о прошлом, начала постепенно переполняться уверенностью в том, что она способна не только самостоятельно решать свои проблемы, но и диктовать условия соседнему Азербайджану. Еще при президенте Серже Саргсяне в переговорах по карабахской проблеме было заметно, что Москва не может окоротить амбиции официального Еревана. Переговорный тупик по карабахской проблеме 2010-х годов при одновременном усилении взаимодействия Москвы и Баку никак не повлияли на самоуверенность "младшего брата", который не сомневался в том, что Россия будет до бесконечности вытягивать Армению из неприятностей. При этом Москва продолжала взаимодействовать с Ереваном, оказывая ему экономическую помощь.

В 2022 году объем прямых иностранных инвестиций в реальный сектор экономики Армении составил 451,5 миллиона долларов. А объем прямых инвестиций стран ЕАЭС (90 процентов из них были российскими) составил около 364 миллионов долларов.

В этой связи было бы крайне интересно посмотреть, как без опоры на Россию Армения смогла бы в рамках программ "Восточного партнерства" пережить после поражения от Азербайджана тяжелейший 2020 год?

Нужно ли объяснять, что без России она могла потерять не только оккупированные территории Азербайджана, которые удерживала без малого тридцать лет, но и часть районов Сюникской области, которые Азербайджан мог занять под более чем очевидным предлогом создания буферной зоны для воссоединения с изолированной Нахчыванской автономией и восстановления исторической справедливости. Согласитесь, аргументы для подобных действий вполне достаточные, учитывая, что сегодня силовая политика — это, пожалуй, единственный способ решения "ступорных" моментов международного права. Тем более что ЕС и НАТО не смогли бы противопоставить этому ничего, кроме угроз и беззубых санкций.

Сколько большая Москва пыталась окоротить амбиции маленького Еревана?

Однако Азербайджан не стал развивать свою операцию, взяв в учет, главным образом, опасения России, а также обязательства Москвы сбалансировать для Армении итоги Второй Карабахской войны.

В результате Россия не только обеспечила армянам неприкосновенность их суверенных территорий, но также выступила (и продолжает выступать по сей день) гарантом безопасности Армении.

Сейчас Ереван открещивается от этих гарантий, ставя под сомнение способность РФ и евразийских структур обеспечить реальную безопасность армянского государства. У Москвы в этой связи проблем нет, поскольку Азербайджан с его вертикально интегрированной системой власти вполне устраивает Россию в качестве ключевого регионального партнера. И это естественно, поскольку в отличие от непонятного политикума Еревана, Москве намного проще договариваться с Баку по целому ряду сложных вопросов, учитывающих взаимный интерес.

Меньшее из зол

Группа Пашиняна прекрасно понимает, что Армения находится в открытой полицентричной системе с разными уровнями единства между центрами сил. Вопросы безопасности Армении зависят от соседей и окружения, а вовсе не от одного отдельно взятого центра, будь то Европа или Евразия. При этом кавказская полицентричность представляет собой наличие множества центров среднего уровня. Речь идет о ситуации, при которой отдельные страны в зависимости от вопросов и интересов могут быть аффилированы сразу с несколькими центрами сил.

Такой политики, в частности, придерживается Азербайджан, который в сложной динамике с разными ритмами, но при этом согласованно с учетом всех опасений и рисков развивает отношения и с Турцией, и с Россией, и с Ираном.

Но даже понимая все преимущества этой модели, в Ереване тем не менее сознательно идут на обострение.

Пашинян уходит к США, оставляя позади Армению

5 апреля Никол Пашинян, глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и госсекретарь США Энтони Блинкен встретятся в Брюсселе для согласования условий евроатлантической интеграции Еревана. Характерно, что участники саммита уже в открытую обсуждают гарантии безопасности Армении со стороны Запада, а также возможность начала процесса вступления страны в ЕС. При этом, не ставя в известность и не посвящая в детали соседей по региону, которые обладают собственным видением ситуации и имеют значительно большую вовлеченность в торгово-экономическое взаимодействие с Арменией, нежели европейские страны.

Армянской политической элите следует осознать, что границы тюркского и евразийского мира, включая иранскую составляющую, взаимоналагаются на Южном Кавказе таким образом, что армянский фактор, как, собственно, и сама Республика Армения, находится внутри этих систем.

Соответственно, привлечение третьих стран в качестве операторов безопасности может привести к серьезной региональной разбалансировке, в результате которой Ереван не наладит отношения с Баку, усложнит связи с Тегераном, которого не могут не тревожить евроатлантические поползновения Армении, и положит конец взаимодействиям с Россией.

Если Армения не хочет стать инициатором и, не исключено, жертвой острого конфликта, ей необходимо установить режим коммуницирования по вопросу евроинтеграции. Здесь необходима прозрачность, а также четкое понимание государствами Южного Кавказа как и на какой основе им предстоит в дальнейшем строить отношения с Ереваном.