Трамп Китаю ни кредитов не даст, ни кроватей, ни умывальников наш комментарий

Игорь Панкратенко, автор haqqin.az

Президент США Дональд Трамп обратился к Всемирному банку с призывом перестать выдавать Китаю кредиты.

Читавшие бессмертного «Золотого теленка» русских авторов Ильфа и Петрова прекрасно помнят генерального директора «Геркулеса» Полыхаева, который в пылу борьбы с конкурирующей организацией завел себе специальный штамп со словами «ни кроватей не дам, ни умывальников» и решительно применял всякий раз, когда получал просьбы хоть немного смягчить свою непреклонную позицию.

Нечто подобное делает сейчас и американский президент Дональд Трамп в любых вопросах, связанных с Китаем, особенно если речь заходит об экономике и финансах. На этот раз главу Белого дома возмутил факт того, что Пекин активно пользуется средствами Всемирного банка, организации, которую США создавали для обслуживания своих, в первую очередь, интересов - тут, понимаешь, торговая война в разгаре, а китайцы беззастенчиво кредитуются.

«Это вообще возможно? У Китая куча денег, а если нет, он их производит. Прекратите!» - возмутился Трамп, что, на первый взгляд, выглядит не совсем логично минимум по двум причинам. Во-первых, заемные средства Всемирного банка КНР использует, прежде всего, для приобретения облигаций американского правительства, каковых у Пекина сегодня набрано уже на 1,2 триллиона долларов. Чтобы было нагляднее, данная сумма представляет собой: 5% общего долга США, 20% американского внешнего долга и 38% золотовалютных резервов Китая. То есть китайцы кредитуются во Всемирном банке для того, чтобы… вкладываться в американскую экономику. Для остальных же экономических проектов, включая «Пояс и Путь», они предпочитают использовать собственные средства.

Из этого логично следует во-вторых. А именно – мало кто в мире заинтересован в росте американской экономики больше, чем Китай. Длящаяся второй год так называемая «торговая война» между США и КНР еще не оформлена итоговыми цифрами убытков, которые понесли обе стороны. Но уже сейчас известно, что противостояние двух стран обошлось замедлением примерно на 0,5 процента для экономики Америки и примерно на 0,75% - для народного хозяйства Китая. При этом те же американские бизнес-ассоциации не перестают слать в Белый дом сигналы о том, что дальнейшее противостояние обернется потерей рабочих мест и ростом цен, поскольку американские производители активно используют китайские комплектующие.

Но главной проблемой этой торговой войны является то, что, в отличие от предыдущих - той, например, которую Рональд Рейган вел против Японии - Вашингтон руководствуется не только, а точнее даже – не столько экономическими соображениями, сколько далеко идущими геополитическими расчетами.

Вся цепочка действий Трампа и «китайской» части его команды – идеологами которой выступают экономисты Майкл Пиллсбери и Питер Наварро – она, собственно, не про ликвидацию торгового дисбаланса, увеличение Китаем закупок американской продукции и защиту интеллектуальной собственности. И уж тем более не про кредиты и другие вопросы, носящие достаточно технический, если не сказать – тактический, характер. Стратегическая цель Трампа, а точнее – тех кругов, выразителем бизнес-интересов которых является нынешний американский президент, куда как масштабнее, грандиознее и глобальнее: заставить Пекин изменить его промышленную политику.

То есть добиться того, чтобы Китай, по сути, отказался от своей модели развития, от того пути, который он избрал для себя сорок лет назад, в далеком теперь уже 1979 году. В который вложено совершенно фантастическое количество усилий и средств, финансового и человеческого капитала. Отказаться от «китайской мечты», амбициозных целей, от будущего, от главного проекта Пекина на ближайшее десятилетие – стратегии «Made in China 2025», по результатам которого Китай ликвидирует отставание от Запада в десяти ключевых отраслях, от робототехники до фармацевтики, от чистой энергетики до биотехнологий.

Называя вещи своими именами, Вашингтону очень хотелось бы, чтобы Китай, его руководство и Коммунистическая партия добровольно совершили акт политического и экономического самоубийства, избавив тем самым Америку от угрозы конкуренции со своей стороны. Именно в этом – суть нынешней американо-китайской торговой войны, а фактически – глобального противостояния США и КНР. Все остальное, от кредитов до тарифов – «белый шум» и спам информационно-идеологического обеспечения американской стратегии сдерживания Китая.

Ключевые требования США состоят в том, чтобы Китай взял на себя обязательства провести реформы в ряде ключевых областей - валютное регулирование, правила доступа на рынок, субсидии госпредприятиям, равный доступ разных предприятий к финансовым ресурсам и так далее. А также создать механизм, который бы позволил американцам в режиме реального времени мониторить исполнение их Пекином.

И именно неприятие этого требования является для китайского руководства той «красной линией», переступить которую оно не может, поскольку в противном случае Китай повторит судьбу СССР. Руководство КНР до этого момента стремилось максимально смягчить возникшие с США противоречия. Нарастить закупки американских товаров? Без проблем, готовы выделить на это в течение восьми лет более одного триллиона долларов. Защита западной интеллектуальной собственности? Тоже не вопрос, вот вам принятый 15 марта 2019 года новый закон об иностранных инвестициях, который прямо запрещает, цитирую, «навязывать передачу технологий мерами административного принуждения».

3705 просмотров