Апрельская гробница для Саргсяна статья юбилейная, все еще актуально

Эльнур Эминоглы, автор haqqin.az

Блестящая победа Азербайджана во второй карабахской войне оставила в тени другую не менее славную эпопею - страницу в военной летописи двухвековой борьбы за Карабах. Четыре года назад Азербайджан провел молниеносную апрельскую военную операцию, за считанные часы прорвав мифологизированную Кочаряном и Саргсяном так называемую «линию Сейрана Оганяна» - «неприступную» систему укрепрайонов, узлов сопротивления и оборонительных пунктов.

В кратчайший срок азербайджанская армия скрутила в карабахский бараний рог армию перевоплощенного в боевого генерала аскеранского бандита Оганяна, который 20 лет паразитировал на мнимой войсковой доблести в первую карабахскую войну. Таким бандюганам, как Оганян, Саргсян и Кочарян улыбнулась Фортуна: роковое предательство азербайджанской партноменклатуры открыло путь во власть фронтистской гопоте во главе с прообразом Пашиняна – юродивым Эльчибеем, вознамерившимся построить великий Туран от Севана до Пекина. Романтическое головокружение юной азербайджанской демократии предопределило путь на пьедестал шушере из ереванского переулка.

Впервые беспилотники полетели на армянских солдат в апреле 2016 года

Степанакертская шушваль, развернутая до масштабов агентурной сети КГБ, спустя несколько лет свергнет интеллигентную и интеллектуальную власть в Армении в лице Тер-Петросяна, превратив Ереван в карабахскую придворную. Все последние 20 лет клану карабахских полевых командиров улыбалась судьба и геополитика. Хотя уже в 1997 году азербайджанская армия достигла такой военной мощи и высокого духа, что могла бы провести не менее успешную войсковую операцию. Как показали многие этнополитические войны на пространстве бывшего соцлагеря, и наиболее красноречивым примером является освободительная война Хорватии во главе с выдающимся президентом Франьо Туджманом, геополитическая конъюнктура предрешает исход судьбоносных битв на полях сражения. Азербайджану пришлось ждать десятилетия. Ждать и готовиться. Хотя перманентные коллизии в армянской элите, проблески здравого смысла и циклическое преобладание конструктивизма, выраженное во влиянии персонифицированного фактора, будь то прозрение Тер-Петросяна или рационализм Демирчяна, порой вызывали оптимистические ожидания и в азербайджанской элите, связанные с ходом переговорного процесса. Однако именно после Казанского процесса стало ясно, что подлым замыслом армянской элиты является намерение добиться обмена буферной зоны, то есть низменного Карабаха на статус его нагорной части вне суверенитета Азербайджана. То, о чем накануне у Познера с бесстыдством признал Кочарян.

Осознание этой суровой действительности стало отправной точкой для формирования новых приоритетов в борьбе за Карабах. Спустя годы сопредседатели Минской группы от США признают, что единственным путем решения проблемы был военный путь. Не одни американцы, а все посредники и великие державы это себе отчетливо представляли и признавали. А теперь после второй карабахской войны заговорили об этом вслух.

Азербайджан не воспользовался правом силы. А направив многомиллиардные нефтяные доллары на сверхсовременное вооружение, стал оказывать давление на агрессора высокой вероятностью применения этой силы. Добившись консолидированной позиции мировой общественности, осудившей интервенционизм Армении, азербайджанское правительство подвело под будущую войну правовую основу. Право на освобождение суверенных территорий и восстановление госграницы с Ираном.

Крах Оганяна, гроб для Саргсяна

И в этой стратегии краткосрочная апрельская война сыграла основополагающую роль. Азербайджан разыграл мини-сценарий будущей разгромной для Армении с точки зрения чудовищных последствий войны. В Ереване этого не поняли. Хотя косвенно признали поражение, свалив весь провал оборонительной тактики на коррумпированного Сейрана Оганяна и таких гунявых генералов, как мародер Манвел Григорян. А ведь именно в период апрельской войны Азербайджан применил беспилотники, современные методы ведения боевых действий, продемонстрировал преимущество подразделений особого назначения. И, наконец, высокий самоотверженный боевой дух. Да, были и ошибки, просчеты, несогласованность действий, а может, и предательство «троянских коней». Но весь опыт военно-политической схватки и обнаруженные изъяны стали прекрасным уроком для будущей широкомасштабной войны. В Ереване так ничего и не поняли, ибо мифологизированная вера в армянскую мессию затуманила сознание дурно пахнущей и плохо образованной элиты полевых командиров. В Ереване так и не осознали будущей угрозы. Но зато в Москве узрели будущую опасность. В считанные дни после окончания краткосрочной войны за столом дипломатических переговоров появились обновленные мадридские принципы, нареченные приснопамятным планом Лаврова. Речь шла о безусловной деоккупации буферной зоны вокруг нагорной части Карабаха. Но Саргсян не хотел смириться с новой реальностью.

Армянская власть внушала обществу, что апрельская война завершилась всего лишь потерей ничего незначащих нескольких тысяч гектаров ненужной земли. Отвернулись, забыли и продолжили управлять по-старым порядкам. После апрельского провала в Армении даже не пересмотрели военную стратегию, не задумались о проведении насущной реформы и перестройке армии. Правительство Саргсяна было увлечено одной мечтой – удержанием заветной власти. А углубление внутриполитического кризиса парализовало саму власть. Расшатанное внутренними беспорядками государство с пустой казной противостояло все новым и новым общественным вызовам – вооруженное сопротивление «Сасна Црера», электромайдан, а затем революция… С помощью апрельской войны азербайджанская власть открыла цинковый гроб, уложила в него Саргсяна и забила свой первый гвоздь… Второй гвоздь забил Пашинян вместе с армянским народом.

Героический образ азербайджанского солдата. 2016 год. Спустя четыре года этот храбрец дойдет до Шуши

А новая власть, по признанию самого Пашиняна, занималась обеспечением солдат нижним бельем и хлебом. В то самое время, когда Азербайджан продолжал закупать новое современное вооружение из Израиля, Турции, России, сконцентрировав все свои силы на подготовку последнего и завершающего удара.

Победоносное апрельское сражение стало для Азербайджана генеральной репетицией. А для Армении миражом, случайной стычкой, всего лишь нелепой потерей лишних гектаров неосвоенной земли, попыткой азербайджанских властей перевести общественное внимание с внутренних проблем на внешние… Ведь именно так загнанный в угол упертый Саргсян изображал своему народу последствия апрельской войны. Выдвинув лозунг – ни пяди земли. И ржавым старым советским автоматом с деформированным стволом и устами стильного, но с оттопыренными ушами нового министра обороны в зеленой водолазке, угрожая Азербайджану захватом новых территорий.