Второе дыхание Ильхама Алиева миссия выполнима

Эйнулла Фатуллаев

По своему политическому долголетию, подлинному политическому чутью и искусству адаптации к новой международной обстановке Ильхам Алиев ничуть не уступает таким признанным мастерам власти, как Нетаньяху, Эрдоган, Назарбаев, Меркель, Путин… Как правило, на втором десятке лет активного правления или безудержной, бушующей борьбы политика наступает время заката его карьеры. Особенно если политик почти бессменно либо отступая лишь на короткое время стоит у кормила власти. Человек устает от власти, ее нелегкого бремени, как и народ устает от несменяемой, пусть даже самой прогрессивной и рациональной власти. При любой власти, даже если ее камертоном остаются совесть и служение людям.

Еще до президентского правления, в самом начале своей политической карьеры Ильхам Алиев объявил о главной миссии - возвращении Карабаха

Но эту аксиому устоявшейся социальной психологии в соотношении «народ - лидер» сложно отнести к политикам, которые своими побуждениями и влиянием приводят в движение целые исторические процессы. Историю творят политики. А народы – это творение политических эпох. Но здесь великий русский марксист-мыслитель Плеханов приходит к важному теоретическому умозаключению: сотворенный заложенной политиком эпохой народ сам выступает творцом новой эпохи.

Этот теоретический подход укладывается в логику событий, предваряющих грандиозный успех Ильхама Алиева во Второй карабахской войне. В одном из своих выступлений после окончания войны азербайджанский лидер сам же констатирует, что достижение национальной мечты – освобождение Карабаха произошло ценой крови, героизма и самопожертвования поколения, в политическом смысле рожденного эпохой его правления. Это поколение рожденное алиевским временем.

Формула исторической закономерности: исторические условия - историческая потребность - взаимодействие личности с историческим процессом. Политик, взявший на себя миссию исторического процесса, воспринимается не в плоскости отдельного отрезка времени, принципов сменяемости власти, естественной политической борьбы в обществе. Ведь влияние личности на исторический процесс обуславливается и его личностными качествами, талантами и способностями, что так красноречиво и ярко проявило себя в возрождении сверхдержавной силы России в период правления Путина или на примере турецкого политического ренессанса на Большом Востоке в эпоху Эрдогана. И как же не указать на пример народа Израиля с его богатейшим опытом либеральных и демократических завоеваний: Нетаньяху олицетворяет системную стабильность и незыблемость обороноспособности Израиля в непростое время на непростом Ближнем Востоке. Этими побуждениями руководствовался и Трамп, убеждая американцев продлить его президентское правления. Но случилось то, что случилось – новая власть прервала исторический процесс, подорвала «Авраамовы соглашения», война вновь постучалась в двери Ближнего Востока… А Саакашвили, чья геополитическая революция захлебнулась в своей кульминации?..

Погибали, но побеждали дети алиевского времени

Вступает ли в противоречие доминирование одной личности над историческим процессом с неразделимыми с современным обществом ценностями народного волеизъявления? Безусловно, нет, ведь исторический процесс зарождается волеизъявлением самого же народа. На протяжении четверти века высшим смыслом существования государства и общественного развития в Азербайджане являлась идея возвращения Карабаха. Ильхам Алиев успешно завершил исторический процесс, заложив основу новой эры – закрепления победы, великого возвращения азербайджанцев и возрождения Карабаха из руин. Алиев сам воплощает новую историческую эру, что находит отражение в представлениях самой армянской политической мысли. «Только после смещения Алиева мы можем рассчитывать на возвращение Карабаха», - гневно и с признанием собственного бессилия звучит из уст Арама Габрелянова. Другой видный представитель армянской политической мысли, Левон Тер-Петросян, называет предвестником краха армянского экспансионизма переход на парламентскую форму правления – частую сменяемость власти в Армении. Кто знает, как повернулась бы история, если бы у власти остался Кочарян или если бы Саргсян не перешел на парламентскую модель правления? Это подкрепляет в современных условиях теорию о роли личности в судьбоносные времена, на историческом перепутье. До завершения исторического процесса.

Безграничная радость вдохновленного исполненной миссией И.Алиева окрыляет его. Словно азербайджанский президент спешит и боится опоздать. Он дорожит каждым часом, каждой минутой своего времени. Он осознает, что наступила завершающая часть его эпохальной миссии. Ведь после возвращения Карабаха предстоит заключить нелегкий мир с прежде враждебной Арменией, а впереди еще большое, немыслимое доселе строительство, открытие Зангезурского коридора. Одновременно с этим И.Алиев противостоит последствиям безжалостной пандемии – ведь нанесен огромный урон экономике страны, он покидает одно совещание с министрами и помощниками, чтобы приступить к обсуждению проблем в кругу других чиновников. При этом подавляя неизбывный чиновничий инстинкт в своем правительстве.

Он спешит в Шушу, чтобы разделить радость первого фестиваля в цитадели азербайджанской культуры. Но не возвращается со всеми в Баку, а уезжает из Карабаха в Габалу. Бушует пандемия, падают доходы населения. И он открывает новые предприятия, чтобы обеспечить свой народ насущным хлебом.

Ильхам Алиев с честью завершил первую миссию. Открывается второе дыхание Ильхама Алиева...

28 мая Ильхам Алиев в Агдаме. Его ждет первая встреча с общественностью второй столицы Карабаха. Затем обсуждение генплана. Он закладывает новую дорогу из Барды в Агдам. Спешит к месту, где восстановят школу. Ему надо обязательно побывать на месте строительства и первой школы, и первого жилого дома, и промышленного парка… Алиеву надо взглянуть и на разрушенный армянами дворец карабахского хана в Агдаме. Он отдает поручение: восстановить! Здесь же, в Агдаме, превращенном в город призраков, И.Алиев закладывает первый камень в фундамент нового музея - музея памяти. Народ должен помнить об истории. Чтобы избежать проклятия прошлого… И президент спешит в Баку. Поздним вечером назначено совещание с министрами. Предстоит выслушать и доклады ближайших помощников.

Ранним утром 29 мая Ильхам Алиев в своем кабинете! Выслушав доклады главы правительства и силовиков, в 8:30 президент выезжает на открытие новых административных зданий. Да, мыслями он еще там, в Агдаме, параллельно размышляя над насущными переговорами по Зангезурского коридору, но теперь ему надо переключиться на Баку. Алиев на открытии Сураханского суда и, пользуясь случаем, расспрашивает министра юстиции о правовых реформах. Его интересует одно: какая реакция на жалобы людей?..

Вот Алиев уже пристально и скрупулезно рассматривает все этажи нового здания Минэкономики.

И ему еще предстоит открытие новой станции метро «8 Ноября». В честь победы, его великой победы, достижения сокровенной мечты о Шуше – матери азербайджанских городов. Улыбка проскользнула по его лицу. Алиев все еще под впечатлением азербайджанского мугама на древнем Джыдырдюзю у краю головокружительной пропасти… Это был какой-то головокружительной день со сладким чувством победы. Да-да, он спас свой народ, который стоял на грани этой же пропасти.

Чувство исполненного исторического долга развеивает легкую усталость. Впереди встреча с турецким министром Караисмаилоглу. Алиев расскажет об успехе на переговорах по Зангезурскому коридору. Он подошел к порогу новой исторической миссии. Это его феномен, второе дыхание.

На кону новая борьба. И он должен победить. Впрочем, Ильхам Алиев по-другому не умеет.