Азербайджанец может стать и президентом Ирана все еще актуально

Джавад Шабири, автор haqqin.az, Тегеран

Как уже сообщал haqqin.az, голосование на внеочередных выборах президента Ирана завершено, начинается подсчет голосов, сообщил представитель избирательного штаба Исламской Республики Мохсен Эслами.

Итак, жесткая борьба между четырьмя кандидатами в президенты осталась позади.

Два политических «тяжеловеса» - спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф, представитель духовного лидера в Совбезе республики Саид Джалили. Помимо них в гонке участвовали консерватор экс-глава министерств внутренних дел и юстиции Мостафа Пурмохаммади и единственный кандидат от лагеря реформистов — экс-министр здравоохранения Масуд Пезешкиан. Вот из этой четверки иранцам и предстояло выбирать.

Честность Пезешкиана поставит его на путь столкновения с Корпусом стражей исламской революции и другими заинтересованными группами, требующими своей доли в экономике

Кандидат от реформистов, ранее не слишком известный человек, неожиданно вырвался вперед в соцопросах. Но и здесь политтехнологи консерваторов сумели «подстелить соломки» - если состоится второй тур, а вероятность этого весьма высока, то накануне его либо Джалили, либо Галибаф, смотря кто сколько наберет, призовет свой электорат отдать голоса своему товарищу по консервативному лагерю. Тем самым, не допустив победы Пезешкиана.

Кстати, когда мэр Тегерана Алиреза Закани снял свою кандидатуру, он попросил Джалили и Галибафа «объединиться и не допустить образования третьего правительства Рухани». Он в свое время так и поступил, когда на прошлых выборах снял свою кандидатуру в пользу Раиси. Так что прием этот вполне отработан и непременно будет использован в том случае, если не произойдет чуда – все закончится в первом туре.

А всплеск народного возмущения, если выяснится фальсификация итогов голосования, может быть совершенно непредсказуемым по масштабам – тут надо тоньше действовать, а не тупо бюллетени в урну вбрасывать. В Иране, как и в Турции, такое не проходит.

Теперь – кратко о лидерах президентской гонки. Кратко потому, что, хотя их избирательная кампания проводилась в сжатые сроки, многие читатели уже успели ознакомиться с их биографиями.

На выборах в Иране, как и в Турции, не бывает массовых фальсификаций - вбросов бюллетеней в урны

Мохаммед Багер Галибаф – это, если можно так выразиться, иранское издание Лаврентия Берии. Принципиально беспринципный, эффективный управленец, сформировавший мощную команду, которая пойдет за ним до конца.

В 2023 году Галибаф стал автором драконовского «Закона о хиджабах и целомудрии», который до сих пор не признан Советом стражей конституционным. Однако, выдвигая свою кандидатуру, Галибаф теперь говорит о необходимости использовать более мягкие средства, чтобы убедить женщин соблюдать закон о хиджабе и избежать трагедий, подобных убийству Махсы Амини, когда она находилась под стражей в полиции нравов.

Верховный лидер не склонен ему особо доверять, поскольку и он сам, и его окружение считают, что этот амбициозный силовик неизбежно столкнется с Хаменеи, чей стиль руководства заключается в микроменеджменте правительства. К тому же Хаменеи ставит себе в заслугу успехи президента и Кабинета министров, обвиняя их в провалах именно тогда, когда оказываются провальными его собственные политические рекомендации. А Галибаф такого терпеть не будет.

Саид Джалили, выходец из Мешхеда, азербайджанец по матери – это образец чиновника. Неуверенный в себе, не имеющий естественного электората, он всегда был не более чем блестящим исполнителем. Когда же от него требовалось конкретика ответов, то он предпочитал забалтывать тему.

Галибаф - принципиально беспринципный, эффективный управленец, сформировавший мощную команду, которая пойдет за ним до конца

Вот пример: 15 июня во время телевизионного выступления на теледебатах его спросили: «Что вы будете делать как президент, если в ресторане появится женщина, не носящая хиджаб или недостаточно прикрытая? Власти закроют ресторан, владелец понесет экономические убытки, и возникнет конфликт?» Джалили ответил буквально следующее: «Мы должны понять стратегическую глубину вопроса. Иначе мы не сможем понять его смысл».

Но для канцелярии Верховного лидера его ценность в том, что, если он победит на выборах, – неприятных сюрпризов от него Али Хаменеи не будет. Джалили полностью подчинится всем политическим прихотям Рахбара.

И, наконец, хирург-реформист Масуд Пезешкиан, азербайджанец по отцу, совестливый интеллигент. С 2008 года Пезешкиан представляет в иранском парламенте округа Тебриз, Азаршахр и Оскоу. Примечательно, что он был председателем влиятельной "тюркской фракции" в парламенте. Она состоит из носителей азербайджанского языка различной политической ориентации и лоббирует государственные проекты в населенных азербайджанцами северо-западных провинциях.

Парламентский послужной список Пезешкиана включает в себя тщетные попытки декриминализации наркомании, которую он считает болезнью; призывы к переводу государственных средств в периферийные регионы, включая провинции Курдистан, а также Систан и Белуджистан; выступления за использование азербайджанского языка в школьных учебниках и в азербайджанских районах.

В 2021 году Совет стражей запретил ему баллотироваться в президенты, ссылаясь на его публичную критику закона о хиджабах и дела Амини. В 2024 году Совет стражей, возможно, счел его кандидатуру подходящей из тактических соображений - чтобы повысить явку избирателей, не давая ему реальных шансов быть избранным президентом – и изменил свое решение.

Здесь кроется главная проблема и дилемма для Пезешкиана: как кандидат-реформатор, он должен был повысить явку избирателей как минимум до 60 %, чтобы иметь шанс победить на выборах. Однако добиться этого он не смог бы, только давая ложные обещания перемен, что, судя по всему, ему не позволяет делать его совесть. Честность Пезешкиана также поставит его на путь столкновения с Корпусом стражей исламской революции и другими заинтересованными группами, требующими своей доли в экономике.