Двухдневные переговоры между Россией и Украиной в Абу-Даби при посредничестве американских посредников Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера продлились в общей сложности почти 10 часов.
По итогам возглавляющий украинскую делегацию глава Офиса президента Буданов лаконично заявил, что они «прошли действительно конструктивно». Первым и пока единственным значимым итогом стала договоренность об обмене пленными по формуле 157 на 157. Уиткофф, первым сообщивший об этом, добавил к этому свой уже стандартный умеренно-позитивный пассаж: «Мирные переговоры были подробными и продуктивными. Хотя предстоит еще значительная работа… постоянное дипломатическое взаимодействие приносит ощутимые результаты и продвигает усилия по прекращению войны в Украине. Обсуждения будут продолжены, и в ближайшие недели ожидается дальнейший прогресс». Такие комментарии сопровождают практически все раунды с участием американцев, однако бесконечное преумножение «конструктивности» пока не привело ни к каким результатам, которые можно было бы расценить как действительно продвижение к миру.
Более того, в ходе второго раунда встречи в Абу-Даби последовала утечка в российское госагентство ТАСС, из которого следовало, что Москва требует в рамках мирного соглашения не только сдачи всей территории Донбасса, но и признания его российским «всеми странами». Что при этом понимается под «всеми странами», не уточнялось. Однако косвенно это может служить свидетельством ужесточения позиции Москвы, если она будет настаивать на юридическом признании Донбасса (и других приобретенных территорий) российскими как предусловии прекращения огня. В первоначальном мирном плане Трампа из 27 пунктов, который утекал в прессу, говорилось лишь о признании Вашингтоном российской юрисдикции над этими территориями. Путин в конце прошлого года говорил о юридическом признании «ведущими международными игроками», не раскрыв эту формулу. Зеленский уже дал понять, что со стороны Украины и ряда ее союзников речи о юридическом признании территориальных потерь не идет и идти не может, эти территории будут значиться «временно оккупированными».
Насколько известно, Киев вообще пока не хочет идти на территориальные уступки, торговля вокруг этого продолжается. Продолжаются и военные действия. Украина наносит удары дронами в глубину российской территории. А теперь еще, по некоторым данным, - и первыми появившимися в распоряжении ВСУ дальнобойными ракетами «Фламинго» (дальностью намного более 500 км). Российская армия в свою очередь продолжает наносить массированные удары по целям в Украине, в том числе по объектам энергетической инфраструктуры, мобилизовав таким образом на свою сторону «генерала Мороза». Украина на днях нанесла аналогичный удар по Белгороду, обесточив его и лишив теплоснабжения. Пока, впрочем, даже удары по энергетике и замороженные дома в Киеве и других городах не заставили Зеленского пойти на принципиальные уступки. Да и на уровне общественного мнения большинство граждан Украины выступают против формулы «мир в обмен на территории», хотя число таких «упорствующих» сократилось с более чем 80% в 2022 году до 52% на текущий момент.
Если Россия будет настаивать на выводе ВСУ из Донбасса (сейчас они занимают до 20% его территории), то теоретически возможен некий размен участков в Донбассе за счет Сумской и Днепропетровской областей, где удалось продвинуться российским войскам. Но пока там лишь незначительные участки были взяты под контроль. Впрочем, насколько можно понять, Киев пока и такой размен не принимает.
Отдельно в Абу-Даби работала группа по военным вопросам, которая сосредоточена на технических вопросах, которые легче согласовать на случай, если и когда режим прекращения огня настанет. Это стандартные процедуры, применяемые ко многим военным конфликтам: дальность отведения тяжелых вооружений от линии разграничения, четкое определение самой этой линии, процедуры мониторинга, а также процедуры оперативного разрешения возникающих острых ситуаций.
Накануне переговоров в Абу-Даби МИД России намекнул на возможность ужесточения позиции Москвы. Причем в привязке к подзабытой некоторыми предновогодней атаке ВСУ по Новгородской области, где расположена резиденция Путина. Сразу после той атаки Москва действительно обещала ужесточить позицию, но подробностей не последовало. Трамп в свою очередь не принял версию об атаке именно против резиденции Путина.
Между тем именно о размещении европейских сил в Украине вроде бы уже договорились Киев и его европейские союзники, а побывавший в Киеве генсек НАТО Рютте констатировал наличие такой договоренности в ходе выступления в Верховной Раде 3 февраля. Там он заявил, что сухопутные, воздушные и военно-морские силы стран, входящих в группу «коалиции желающих», будут немедленно развернуты в Украине сразу после прекращения огня. Такая постановка вопроса абсолютно несовместима с российской позицией, и компромисса на момент встречи в Абу-Даби не просматривалось.
В изложении накануне британской The Financial Times формула гарантий безопасности Киеву могла бы выглядеть примерно так. В случае новой атаки со стороны России США и европейские страны дают «скоординированный военный ответ», расписанный по шагам. Первая реакция должна последовать в течение суток в форме дипломатического ультиматума, затем включаются ВСУ, к которым присоединяются войска «коалиция желающих». В случае разрастания конфликта подключатся уже и американские войска. Не позднее чем через 72 часа после первого нарушения режима прекращения огня.
Вряд ли Москва примет «мирный план» в таком виде. Но даже и вне зависимости от этого он не выглядит полностью работоспособным. Во-первых, такие гарантии выглядят даже более жесткими, чем предусмотренные для членов НАТО 5-й статьей Договора НАТО. И неслучайно уже Финляндия выступила против столь завышенных обязательств. Наверняка будут и другие голоса против. Во-вторых, непонятен механизм верификации самого факта нарушений и механизм запуска полномасштабной войны. Слишком уж «автоматически» это происходит. В-третьих, сама «коалиция желающих» — это юридически никак не оформленный альянс, нет и юридического механизма приведения в действие вооруженных сил примкнувших стран. В-четвертых, США пока никак не подтверждали готовности примкнуть к такому плану. В том числе потому, что Сенат Конгресса США никогда не ратифицирует соглашение, которое предусматривает почти автоматическое и молниеносное вовлечение в войну с ядерной державой в интересах Украины, которая даже не член НАТО. Спрашивается также, а зачем Москве прекращать военные действия на таких условиях, которые будет трудно «продать» в самой России как победу?
Правда, проскочила утечка о возможной корректировке этого плана. В том смысле, что военные «коалиции желающих» изначально не будут размещены в Украине, а появятся (в порядке реагирования) только уже после начала нового военного конфликта и после того, как в него вступят сами ВСУ. Формально это соответствует требованиям Москвы «Никаких натовских войск и их инфраструктуры на Украине!» А там вступят-не вступят – это уже будет уже отдельный вопрос.
Европа посылает все больше сигналов о том, что они хотели бы получить место за столом переговоров. Тема европейского спецпредставителя для переговоров с Москвой возникла еще в прошлом году. И это логично, потому что без договоренностей с Европой никакого долгосрочного мирного урегулирования в Украине быть не может, не говоря уже о снятии санкций с РФ как части такой договоренности. Российская сторона пока не очень хочет идти на контакт с европейцами, учитывая их ястребиную позицию по принципиальным вопросам, но рано или поздно все-таки странам придется сесть за стол переговоров. Фигура спецпредставителя важна, но она должна быть согласована и с Москвой, и с Киевом, иначе это будет недоговороспособный спецпредставитель, не пользующийся поддержкой обеих сторон конфликта.
Также в Москве побывал с необъявленным (и официально не подтвержденным) визитом советник президента Франции. Вроде бы речь шла о возможности новых контактов Путина и Макрона, но, как сообщил спикер Кремля Песков, «на этой неделе» такой разговор не запланирован. По-своему понятно. Сначала надо все же «обменяться мнениями» с Трампом.
