Путину в Карабахе мешает Украина новый автор haqqin.az

Автор: Александр Асафов, специально для haqqin.az 

Вспышка боевых действий в Карабахе вновь обратила взор аналитического и экспертного сообщества к проблеме карабахского урегулирования. Начиная с сочинских переговоров Россия активизировала свою посредническую роль в переговорном процессе. Опасность возобновления большой войны вновь наталкивает экспертов к анализу возможностей России в активизации скорейшего мирного решения проблемы.

Своим видением на страницах haqqin.az решил поделиться один из известных специалистов по современным конфликтам, аналитик Александр Асафов.

Что же мешает России добиться окончательного компромиссного мира в одном из самых взрывоопасных очагов напряженности на своих южных рубежах? 

* * *

Александр Асафов

Вторая декада XXI века принесла в классические территориальные конфликты новые методы. Они формируют особую, двойственную реальность. При взаимных обвинениях в агрессии стороны конфликтов на всех уровнях внешнеполитических и дипломатических переговоров клянутся в незыблемости мирных намерений – зафиксированных, подписанных и тщательно обсуждаемых.

В свидетели приглашаются все мировые лидеры, так или иначе заинтересованные в стабилизации обстановки, международные наблюдатели и гуманитарные организации. Однако на практике продолжаются столкновения в серых зонах, артиллерийские обстрелы, минометные дуэли и дерзкие вылазки диверсионно-разведывательных групп. Во многих регионах многолетние тлеющие конфликты, получив второе дыхание, вновь вспыхивают с новыми тактическими подходами. Доказать вину в инициации обстрелов в каждом отдельном эпизоде, несмотря на наличие наблюдателей ОБСЕ, представляется затруднительным, так как все заканчивается аргументацией на уровне «слово против слова».

война в Карабахе

У конфликта вокруг Нагорного Карабаха и конфликта на юго-востоке Украины очень много общего. Одна сторона обвиняет другую в «провокации», обе стороны ведут огонь, одновременно рассылая в СМИ однобокие данные о «нарушении перемирия» противником, призывая мировую общественность надавить на оппонента, чтобы принудить его к выполнению согласованных совместных мирных планов. Однако именно в том порядке и на тех условиях, которые максимально выгодны одной из сторон.

Минские соглашения по урегулированию конфликта на юго-востоке Украины являются одновременно и спасительным кругом, и камнем, который тянет стороны на дно гражданской войны. Украина весьма своеобразно понимает изложенные принципы, выбирая лишь удобные для нее. Она выстраивает свою политическую и военную стратегию совершенно не так, как понимают миротворческий процесс другие фигуранты этих соглашений. То, что происходит в реальности на линии соприкосновения, сильно отличается от изложенного в документе и декларируемого с высоких трибун.

Внутри страны украинскими политиками и военными всерьез обсуждается «хорватский сценарий» решения вопроса, подразумевающий зачистки, карательные операции и преследование мирных граждан по обвинению в «бытовом сепаратизме».

Украинский политический истеблишмент трактует Минские соглашения как временную уловку, позволяющую тянуть время, чтобы максимально подготовиться к «реинтеграции оккупированных Россией территорий». 

Украина ведет подготовку к исключительно силовому решению вопроса с Донецкой и Луганской «народными республиками», укрепляя позиции, стягивая силы и метр за метром захватывая «серую зону». Территорию, на которой, согласно договоренностям, вовсе не должно быть вооружений.

От силового сценария ее останавливает страх перед возможным введением российских войск. Этот страх иррационален и во многом самоидуцирован, так как, несмотря на поддержку Путиным русскоязычного большинства в регионе, введение российского контингента для защиты граждан представляется крайне маловероятным в текущей международной обстановке.

Чтобы сбалансировать этот фактор, Киев всеми силами пытается втянуть в конфликт международный контингент. Например, мифическую «вооруженную полицейскую миссию ОБСЕ», вполне реальные «голубые каски» ООН или военный контингент стран  участниц НАТО.

Цель вполне понятна и прозрачна, она открыто декларируется многими украинскими политиками. Она заключается в захвате контроля над границей с РФ международными силами для обеспечения буфера безопасности, который позволит спокойно «разобраться» с мятежными регионами без оглядки на «права человека» и прочие мешающие мелочи вроде референдума и права на особый статус региона. В обсуждении конфликта и поиске путей решения участвуют все реальные акторы международного политического процесса, включая даже Китай.

Конфликт в Нагорном Карабахе значительно старше украинского кризиса, однако в новых обстоятельствах он значительно «помолодел» и обрел новые «гибридные» измерения с учетом региональной специфики. Ситуация в реальности все сильнее отличается от обсуждаемой на дипломатическом уровне, и с трудом достигнутые многолетние мирные договоренности фактически дезавуированы действиями сторон. И Мадридские принципы, и последовавший за ними Казанский документ остаются лишь намерениями о соглашении, пока в регионе идут полноценные бои с человеческими жертвами.

Как известно, суть конфликта уже не в «Нагорно-Карабахской республике» и ее статусе. Эти вопросы могут быть решены по этапам и пакетам в согласованных принципах и документах.

Силовое противостояние разгорается в захваченных Арменией семи районах Азербайджана, которые Ереван и Степанакерт считают «буферным поясом безопасности». В свою очередь, Баку справедливо требует их возвращения. Фактически Агдамский, Кельбаджарский, Лачинский и другие районы являются заложниками, поводом для шантажа и принуждения Баку к соглашению, выгодному для Еревана и Степанакерта.

Методы политической демагогии, вооруженных провокаций и имитация переговорного процесса в украинском стиле используют все стороны конфликта на Южном Кавказе.

Армяне не собираются выполнять никаких решений и рекомендаций по итогам международных переговоров до выполнения 100% их условий. Азербайджан, пользуясь превосходством в живой силе и технике, выгодным экономическим положением и высоким военным бюджетом, продолжает планировать силовой сценарий возвращения захваченных регионов. Для демонстрации силы Азербайджан проводит совместные учения с турецкой армией, декларируя получение «бесценного опыта», накопленного турками в борьбе с курдскими вооруженными формированиями. Эти учения, как и сделанные ранее Эрдоганом заявления о силовой поддержке Баку, должны служить фактором устрашения для Еревана.

На практике подобные действия привлекают на сторону Армении лидеров общественного мнения, последовательно выступающих с антитурецкой позицией. Посещение «НКР» российским публицистом и писателем Эдуардом Лимоновым служит ярким примером.

С другой стороны, Иран демонстрирует полноценную союзническую поддержку Армении, чтобы снизить влияние Азербайджана в регионе.

Что это означает в реальности? С учетом сложных международных отношений ни Анкара, ни Тегеран, находящиеся под прямым давлением США и их союзников, включая недавно созданный в Эр-Рияде неформальный антикатарский и антииранский альянс арабских стран, не будут обострять армяно-азербайджанский конфликт. Они останутся на уровне дипломатической поддержки и мирной риторики. США же, формально заявляющие о приверженности мирному процессу, но не декларирующие территориальную целостность Азербайджана, поддержат любую сторону, которая ослабит Иран, Турцию и… Россию.

А что Россия? Вопреки тиражируемым американскими аналитическими центрами «докладам» о «неизбежности большой армяно-азербайджанской войны» Россия продолжает настаивать на расширении переговорного процесса как единственно возможного решения конфликта вокруг Нагорного Карабаха. В Москве понимают, что многолетние усилия по выработке и согласованию мирных планов под воздействием турецкого, иранского и американского (шире – натовского) факторов могут пойти прахом и Евразия получит еще один полыхающий очаг напряженности на своей территории. Этот пожар коснется всех, кроме Вашингтона, которому политически выгодна любая дестабилизация региона.

Безусловно, Россия, используя дипломатический авторитет и очевидное доминирование в регионе, могла бы стать эффективным арбитром, при посредстве которого конфликт был бы разрешен в обозримые сроки. Но в сложившейся международной и внутриполитической конфигурации Россия не может себе позволить функцию активного миротворца.

На пути к этому решению стоят две преграды  президентский электоральный цикл 2018 года, который необходимо пройти максимально спокойно, и конфликт на юго-востоке Украины, через решение которого лежит путь к международному признанию Крыма.

Внешнеполитическое давление, санкции, борьба с международным терроризмом, участие в урегулировании в ближневосточном конфликте, обвинения в агрессии в отношении Украины  все эти факторы препятствуют активным действиям России в качестве парламентера между Баку и парой Ереван-Степанакерт.

Вероятнее всего, после ослабления влияния этих факторов Россия поможет сторонам мирно решить вопрос, но пока нужно максимально удерживаться от провокаций и вести конструктивный переговорный процесс, не идя на поводу у внешних, заинтересованных в конфликте сил. Иными словами, другой альтернативы, кроме компромиссов и шагов навстречу, у Азербайджана и Армении нет.

16414 просмотров


Уведомления о важном

На сайте появилась новая функция — уведомления о важных новостях, которые появляются прямо на рабочем столе.

Если вы хотите узнавать важные новости как можно раньше, подписывайтесь прямо сейчас!

Eсли передумаете, то всегда можно отписаться.

Подписаться