Невидимая сторона Великого переселения: сотни тысяч латышей уехали на Запад, а их места заняли украинцы

Владимир Решетов, спецкор в странах Балтии и Польше

Тема гастарбайтеров возникла в Латвии и весьма остро встала в годы экономического кризиса 2008-2010 годов. Именно тогда в «старые» страны Евросоюза потянулись латвийские граждане, чтобы быть в состоянии прокормить свои семьи. Кто-то снялся с насиженных мест вместе с родными, перебрался на жительство в Ирландию, в Англию, кто-то рискнул отправиться на заработки в одиночку, оставив семьи дома. В то же время после кризиса, когда экономика стала снова расти, встал вопрос — кем заполнить свободные рабочие места? Несомненно, взгляд многих работодателей устремился на восток — в Украину, Молдову, Беларусь.

это невидимая сторона Великого переселения

Рекрутинговые фирмы (фирмы по найму для работы за границей — прим.авт.) быстро среагировали и стали вербовать рабочую силу для строек и предприятий именно оттуда. Известно, что квалифицированные работники из этих бывших советских республик владеют русским языком, на оплату соглашаются более низкую, чем их латвийские коллеги.

Новой волной притока гастарбайтеров стал год отмены визового режима между Евросоюзом и Украиной. Очень большой поток украинцев устремился в Польшу. Часть их отправилась в Литву и Латвию.

Среди них не только представители строительных профессий, но и водители-дальнобойщики. Последние, приехав сюда, направляются на курсы повышения квалификации, чтобы соответствовать категориям, требуемым европейскими регулами, и через недолгое время уже крутят баранку, колеся по всей Европе.

Должен сказать, что не понаслышке знаю о судьбах латвийцев, не от хорошей жизни зарабатывающих хлеб насущный далеко от родины.

Знаю достаточно молодого человека, Виктора, который окончил колледж по специальности повара, начинал работать в Риге в кафе, ресторанах. Потом, когда появилась возможность — в начале 2000-х открылся рынок «старой» Европы — вместе с другом, парикмахером по профессии, выучили английский и рванули в Ирландию.

Поработав там несколько лет, Виктор вернулся в Ригу, женился, в семье появился первый ребенок.

В Латвии как раз начинались «жирные» годы — шел активный экономический рост, росли зарплаты. Все было хорошо.

Но вот разразился кризис. Сокращались рабочие места, урезались зарплаты.

Молодому отцу пришлось «вкалывать» на трех работах, чтобы прокормить семью. Жена и ребенок его почти не видели дома. Через какое-то время семья решила: отцу снова надо ехать за границу. Так он оказался в Норвегии. Устроился поваром в ресторан на горнолыжном курорте, где влился в интернациональный коллектив: там были француз, южноафриканец, земляки-латыши.

Самое главное — заработки там были на порядок выше, чем на родине. Хозяин оплачивал повару перелеты домой и обратно, платил официально за него все налоги. Виктор жил в квартире с коллегой, через интернет регулярно общался с семьей. Когда заканчивался горнолыжный сезон, приезжал в отпуск домой.

Появился второй ребенок. Семья вначале жила на съемных квартирах, а потом у главы семейства появилась возможность взять кредит в банке и купить 3-комнатную квартиру. Виктор сменил сначала одно, потом другое место работы. Ему стали доверять не только поварское дело, но и внутренний менеджмент — калькулировать и заказывать доставку продуктов для кухни на неделю. На новом месте работы не только повысили зарплату, но хозяева согласились на более лояльные условия его пребывания в Норвегии: он мог, по желанию, улететь домой на праздник, на дни рождения детей, удобно спланировать свой отпуск.

Он стал ценным высококвалифицированным работником, который сам может выбирать, куда идти работать, а от чего отказаться.

Однажды встал вопрос — а не переехать ли всей семье в Норвегию? Взвесили все плюсы и минусы и пришли к выводу, что все останется пока как есть. Конечно, это очень тяжело жить на две страны, неделями не видеться с родными. Раньше это было бы невыносимо, могло бы стать причиной проблем в семье. Сейчас, благодаря гаджетам, он может видеться с детьми, которых уже трое — две девочки и мальчик, женой в любое время, пусть виртуально, но общаться.

Между тем его жена Наталия работает социальным психологом в муниципальном учреждении, параллельно учится на магистра, а еще имеет свою частную психологическую практику. Старшая девочка ходит в 5-й класс, младшие — в латышский садик (семья — русскоговорящая). Конечно, без помощи дедушек-бабушек Наталии вряд ли удалось бы справляться с таким количеством забот. Это одна из причин, по которой семья живет в Латвии.

Моя племянница, с высшим юридическим образованием, когда-то поехала из Санкт-Петербурга работать беби-ситтером (то есть, няней) в Норвегию. Выучила норвежский, поступила в университет, закончила. Вышла замуж за норвежца, родила двоих детей, сейчас работает на крупном рыбоперерабатывающем предприятии.

Моя сестра, у которой была хорошая профессия и престижное место работы на нефтеперерабатывающем предприятии, тоже давно уехала из России. Но не на заработки. Вышла замуж за этнического финна из-под Петрозаводска, который воссоединился с семьей, и уже жил около города Турку. Выучила язык, устроилась по профессии на завод, сдала экзамен на гражданство  и весьма довольна жизнью в Финляндии.

Кстати, друг Виктора — парикмахер Фрол, после работы в Ирландии, в отличие от Виктора, не вернулся домой. Он перебрался в Лондон, устроился работать в престижную сеть парикмахерских. Женился на англичанке, у них родилась дочь. Возвращаться в Латвию не собирается. Таких судеб в Латвии немало. Точно никто не знает, сколько граждан Латвии уехали на Запад. Известно только, что это сотни тысяч. Для маленькой страны, где 20 лет назад жили около 2 с лишним миллионов человек — это существенная потеря. Правительство Латвии разработало программу возвращения граждан на родину.

Наибольший интерес к возвращению проявляют те, кто работает в Великобритании и Ирландии - грядущий Брексит пугает многих из наших граждан. Но все же некоторые заинтересованы в возвращении на родину, чтобы накопленные средства вложить в недвижимость, в покупку земли, в бизнес. Кое-кто опасается того, что подзабыл латышский язык, без которого в Латвии трудно устроиться на работу. Ведь в Англии в ходу лишь английский. Но главный стимул для них это возможность найти достойно оплачиваемую работу, жилье, возможность получать образование.

Процесс пошел, пока медленно. Но есть первые семьи, кто после нескольких лет жизни на чужбине вернулся в родные пенаты. Хочется надеяться, что это только начало…

3911 просмотров