Россия ответила на продвижение Вашингтона в Центральной Азии по горячим делам, все еще актуально

Дмитрий Рой, автор haqqin.az

На своей военной базе Кант, расположенной в Киргизии, Россия намерена разместить средства противовоздушной обороны (ПВО) и беспилотные летательные аппараты, сообщил заместитель министра обороны Николай Панков.

Несколькими месяцами ранее президент Владимир Путин внес в Госдуму на ратификацию протокол с изменениями в соглашение о военной базе РФ в Киргизии. В рамках этого протокола Россия планирует реконструировать инфраструктуру аэродрома военной базы и ввести в ее состав подразделения беспилотных летательных аппаратов.

Кроме того, Россия увеличит площадь арендуемых ею земель под военные объекты почти на 60 гектар, в результате чего общая годовая стоимость аренды базы составит почти $4,8 миллионов.

Сам факт того, что информация о модернизации базы в киргизском Канте пришла вскоре после блицтурне государственного секретаря Майкла Помпео в Центральную Азию, как и после обнародования американской стратегии для этого региона, безусловно, является совпадением. Бюрократические процедуры имеют определенную скорость, и порой возникают такие вот наложения, бывает, не всегда «после этого» означает «вследствие этого».

Тем не менее решения, принятые по российской военной базе в Канте, все же представляют интерес, поскольку позволяют сделать несколько важных выводов о политике Москвы в Центральной Азии.

Главный из которых - Россия не собирается отказываться от взятой на себя роли гаранта военно-политической стабильности в этом регионе. И, соответственно, ценность Бишкека в глазах Кремля существенно возрастает. Особенно если учесть, что и Ташкент, и Нур-Султан теперь все чаще и чаще предпочитают действовать самостоятельно, не координируя свои действия с Москвой, а ставя ее перед фактом.

Разумеется, это еще не разрыв и не кардинальная смена внешнеполитического курса двух центральноазиатских держав. Но их стремление к выстраиванию с Россией именно добрососедских отношений не может не беспокоить Москву, поскольку ее, мягко говоря, не совсем устраивает «партнерство равных» - ей очень бы хотелось, чтобы в этих отношениях кое-кто был все же «равнее» других.

Бишкек в этом отношении партнер практически безукоризненный и не помышляет ни об особой внешнеполитической самостоятельности, ни о смене курса, что еще раз было подтверждено в ходе состоявшегося в марте прошлого года визита Владимира Путина в Киргизию. Тогда российский президент поинтересовался у своего киргизского коллеги Сооронбая Жээнбекова, не собирается ли он возобновить соглашение о гуманитарном сотрудничестве с США. Но тот всячески заверил, что развивать связи, будь то военные, экономические или культурные, будет в первую очередь с Россией. И вообще, по его словам, отношения с третьими странами Киргизия будет рассматривать с учетом интересов союзников по Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС) и Организации договора коллективной безопасности, читай – Москвы.

Сооронбай Жээнбеков убедил Владимира Путина в неизменной лояльности Бишкека Москве

Российская сторона подобную лояльность оценила, и не только в политическом плане, но и во вполне конкретном финансовом исчислении. За ту же военную базу в Канте согласилась платить чуть дороже - на 291,5 тысяч долларов в год больше прежнего. Пусть сумма не слишком уж и велика, но бюджету Киргизии приятно, все же в общей сложности платежи за российское военное присутствие приносят Бишкеку 4,8 миллиона долларов ежегодно.

Кроме того, чуть раньше был полностью списан государственный долг Киргизии перед Россией в размере $240 миллионов, и еще 30 миллионов долларов Бишкеку было выделено в качестве совершенно безвозмездной помощи. Ведь, согласитесь, ничто так не укрепляет лояльность, как регулярные финансовые вливания партнеру, да еще и на бескорыстной основе.

А спустя несколько месяцев накануне  проходившего в Киргизии заседания Совета министров обороны СНГ, на территории базы в Канте заместитель министра обороны РФ Александр Фомин вручил заместителю начальника Генштаба Киргизии полковнику Нурлану Чомоеву символический ключ от техники, которая была поставлена в республику в рамках оказания безвозмездной военно-технической помощи – вертолеты Ми-8МТ и две радиолокационные станции П-18-2, на общую сумму более чем в 770 миллионов рублей, то есть - примерно 12,5 миллиона долларов.

Примечательно, что ни в Пекине, ни в Вашингтоне на подобные действия Москвы практически никак не реагируют. Если Россия добровольно собирается и дальше в одностороннем порядке нести расходы на «обеспечение военно-политической стабильности» региона и «предотвращение атак крупных сил террористов на республики Центральной Азии» - почему бы и нет? Освободившиеся в результате этого средства китайцы потратят на дальнейшую реализацию здесь своих экономических проектов, а американцы – на работу с местными элитами. Такая вот асимметрия…

7455 просмотров