Близится 24 апреля, и миру вновь предстоит выслушивать истерику Армении и армянского лобби в США на тему «геноцида». Подход Джо Байдена к этому вопросу говорит о том, что в нынешнем году он будет присутствовать и в повестке американских властей.
Впрочем, это неточно. Администрация Белого дома и здесь может подпустить интриги, учитывая непростые отношения Вашингтона с Анкарой и Баку. Вообще это такой американский политический ритуал, в чём-то напоминающий шаманский обряд – периодически исполнять танец на костях темы «геноцида», а в качестве музыкального сопровождения выступает бубен, в который с энтузиазмом колотит проармянское лобби.
До сих пор в США почти все кандидаты в президенты во время избирательной кампании намекали на возможное признание «геноцида», чтобы заручиться поддержкой избирателей армянского происхождения. Но обещать – не означает жениться, а потому после выборов тема постепенно сходила на нет. Вплоть до наступления следующей политической каденции.
Избирательная кампания Байдена не стала исключением из этого правила. В октябре 2019 года Палата представителей США, а в декабре Сенат приняли резолюцию о признании так называемого «геноцида армян». Проармянский сенатор Роберт Менендес в ходе слушаний в Комитете Сената США по иностранным делам 3 марта уже нынешнего года призвал президента США признать так называемый «геноцид армян». А 19 марта по инициативе все того же неугомонного Боба Менендеса с таким же призывом к президенту США обратились 38 членов Сената.
Все рутинно и ничего нового, мифы о том, что в 1915-1923 годах якобы в Османской империи было убито 1,5 миллиона армян, а сотни тысяч - изгнаны с их земель. И вновь без убедительных исторических доказательств, и вновь без опоры на корпус архивных документов, большую часть которого армянские архивы держат засекреченными.
А то, что они выдают, у неангажированных историков вызывает только саркастические ухмылки, слишком уж всё это тенденциозно подобрано, вырвано из исторического контекста. Словом, для международного трибунала в качестве неопровержимых доказательств явно не тянет.
Шансы на то, что в этом году в традиционном обращении президента США от 24 апреля, скорее всего, будет использовано выражение «геноцид», достаточно высоки. Но это будет серьезным внешнеполитическим проколом Байдена, а потому далеко не все в Белом доме спешат вписать в готовящийся текст фразу о так называемом «геноциде».
Жёсткая позиция в этом отношении Анкары и рост авторитета Азербайджана на международной арене после победы в 44-дневной Отечественной войне – вот те «камушки в ботинке», которые сдерживают наиболее ретивых сторонников Армении в Демократической партии США.
Слова поэта «нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся» - не про этот случай. Здесь как раз всё максимально предсказуемо, жёсткая реакция Анкары заармянским энтузиастам в Белом доме будет обеспечена. Как и столь же резкая реакция Баку – здесь у двух братских государств позиция единая и монолитная. Достаточно вспомнить ответ президента Ильхама Алиева армянскому коллеге Сержу Саргсяну во время саммита, посвященного 5-летию программы «Восточное партнерство», в Праге в апреле 2014 года с участием глав государств и правительств.
Тогда, отвечая на необоснованные высказывания Саргсяна о «геноциде армян», Ильхам Алиев заявил, что «сегодня, к сожалению, президент Армении, воспользовавшись этой возможностью, вновь нападает на Турцию. Это легко сделать, потому что за этим столом нет представителей Турции. Но я здесь!»
Итогом станет не просто осложнения в отношениях – это будет провалом программ партнерства на Каспии в новых экономических реалиях, которые продвигает заместитель помощника госсекретаря по делам Европы и Евразии Джордж Кент, один из немногих крепких профессионалов во внешнеполитическом блоке нынешней администрации США.
Тут как раз ситуация, когда про «геноцид» сказал – вход-выход на Каспий потерял. Тут-то и наступает момент истины для Байдена и его команды: готовы ли они осознать, что ситуация в регионе кардинальным образом поменялась, что голос Анкары и Баку звучит всё громче, увереннее, и игнорировать их уже просто невозможно? Ответ на этот вопрос нам и предстоит узнать 24 апреля.
