Таджикистан и Узбекистан привели свои армии в полную боевую готовность в связи с обострением ситуации на севере Афганистана, где отряды запрещенного движения «Талибан» оттеснили афганские правительственные силы к границам сопредельных стран. Около 200 афганских военнослужащих нашли убежище в сопредельных странах. Главы государств Центральной Азии обеспокоены, что их страны могут быть втянуты во внутриафганский конфликт.
Пресс-секретарь министерства обороны Таджикистана Фаридун Махмадализода заявил, что вооруженные силы Таджикистана находятся в состоянии повышенной готовности и в случае необходимости будут развернуты для защиты своих рубежей. Государственный комитет национальной безопасности Таджикистана (ГКНБ) назвал ситуацию на границе с Афганистаном сложной, заявив, что в течение последних 10 дней в четырех провинциях, граничащих с Таджикистаном, ведутся боевые действия между талибами и афганскими правительственными силами. Талибан взял под свой контроль степи Арчи, Имам Сахиб и Калай Золи в провинции Кундуз, а также два контрольно-пропускных пункта, Шерхан Бандар и Кокул.
ООН сообщает о захвате 50 из 370 районов страны. Однако стоит отметить, что среди захваченных населенных пунктов нет крупных городов. Поэтому говорить о контроле над территорией, как критерии влияния, можно в том случае, когда это касается городов с большим населением, имеющих важное экономическое и/или политическое значение, занимающих какое-то стратегически важное расположение в военном плане. Или – важных транспортных коммуникаций. Полного контроля над дорогами у талибов нет, нападения на автотранспорт, какие-то колонны, все это носит скорее эпизодический характер.
Если все-таки обратиться к процентным критериям: к 2000-2001 годам «Талибан» контролировал более 90% территории Афганистана и практически всю границу со странами Центральной Азии за исключением небольших участков с Таджикистаном. Всего граница Афганистана с Таджикистаном составляет 1300 км. Поэтому, захватить территории, это еще не значит удержать их под контролем. В Афганистане, особенно на юге, — огромные пустынные пространства, контроль над ними может иметь исключительно пропагандистский смысл.
«Приход талибов к власти нереален, их наступление не сегодня-завтра захлебнется. Прежде всего потому, что у них нет ресурсов удерживать занятые территории и одновременно продолжать наступление. При этом сопротивление со стороны ополчения и политических партий растет», - сказал haqqin.az эксперт по Центральной Азии и Среднему Востоку Александр Князев. По его убеждению, ажиотаж вокруг наступления талибов можно считать заканчивающимся.
Сейчас все зависит от правительства президента Ашрафа Гани, если оно согласится на формирование коалиционного правительства, то талибы рано или поздно сядут за стол переговоров. Другое дело, что у них в руках будут козыри – захваченные территории, какие-то стратегически важные пункты. Талибы будут торговаться, когда переговоры возобновятся. Они возобновятся рано или поздно, и сегодняшняя задача «Талибана» подойти к новому переговорному этапу с сильных позиций. Альтернативы переговорам в любом случае нет, даже если принять как версию захват власти в Кабуле, это может быть лишь очень краткосрочным, уже видно, что контрреакция на талибское наступление сильна, и это не только правительственные действия, настроения сопротивления сильны в самом обществе, среди политической элиты, не участвующей во власти.
По мнению Князева, гражданская война будет продолжаться. Может возникнуть ситуация, когда на продолжительное время значительные участки территории Афганистана будут находиться под контролем «Талибана».
Задача установления конструктивных отношений со странами-соседями будет для «Талибана» первоочередной, талибы стремятся к международному признанию. И в этой ситуации создавать какие-либо угрозы соседям было бы в высшей степени непродуктивно.
Все правительства сопредельных стран Центральной Азии будут договариваться с любой стороной афганского правительства на конкретной территории об обеспечении своих интересов, не имеет значения — правительство это, или талибы. Так действовала Туркмения еще накануне 2001 года, в то же время Узбекистан и Казахстан начинали вести переговоры с правительством «Талибана» в 2000-2001 годы. Сейчас у Узбекистана и Туркмении существуют прямые связи с руководством «Талибана», делегации талибов посещают Ташкент и Ашхабад. Поэтому никаких проблем в этом вопросе не будет.
Сам по себе «Талибан» нацелен на задачи внутристранового характера, в рамках соглашения с США он берет на себя обязательства не допускать подобного. Но такая тенденция намечалась в 2000-2001 годах, поэтому ситуация требует к себе внимания. Потенциал уже присутствующих в Афганистане группировок неафганского происхождения, включая и выходцев из стран региона, России и других стран, таков, что они способны лишь на локальные теракты, диверсии, мятежи, не более того.
Тем не менее в странах Центральной Азии внимательно следят за ситуацией в Афганистане. Бои у собственных границ ничего приятного не несут. Тем более что уже есть первые случаи нарушения государственных рубежей. В частности, спасаясь от наступления талибов, военнослужащие попросили убежище в Таджикистане и Узбекистане. Таджикские пограничники, как говорится в сообщении ГКНБ «руководствуясь принципами гуманизма и добрососедства, разрешили прорвавшимся через госграницу афганским военным беспрепятственно пройти на свою территорию». Всего около 150 человек перешли на территорию Таджикистана. Еще 53 афганца из провинции Балх принял Узбекистан. Однако после беседы их вернули обратно в Афганистан. Судя по всему, афганцы таким образом надеялись эмигрировать из Узбекистана и Таджикистана в европейские страны. Среди афганского населения очень сильны эмиграционные настроения.
