Начавшийся обмен ракетно-бомбовыми ударами между Израилем и Ираном, став главной мировой темой, на время отодвинул на второй план даже войну в Украине. Сколько еще продлятся эти обмены и не распространятся ли они на другие страны Ближнего Востока?
Американский президент Трамп пока не видит угрозы перерастания военного конфликта Израиля и Ирана на весь Ближний Восток. Такая оценка во многом носит объективный характер. Прежде всего потому, что у Тегерана среди стран региона союзников нет.
Из Сирии Иран выдавили, новые власти пока не спешат особо конфликтовать с Израилем. «Хезболла» в Ливане достаточно ослаблена и может ограничиться разве что спорадическими ударами по Израилю. Правда, не сдаются йеменские хуситы и периодически обстреливают Израиль своими ракетами. Но и получают в ответ.
Между тем, Иерусалим, похоже, на этот раз поставил задачу максимально ослабить военный потенциал Тегерана. Звучат даже призывы к населению страны свергнуть режим мулл, но вряд ли на сегодня это реалистичная задача. Что касается военных целей Израиля, то вряд ли они могут быть полностью достигнуты, тем более в одиночку, без помощи США. Но Трамп пока ввязываться в войну с Ираном не спешит. Если только Тегеран сам не наделает глупостей и не ударит по какой-нибудь американской военной базе, спровоцировав показательно мощный ответ.
Хотя Израиль официально ставит главной целью уничтожение (или ослабление) иранской ядерной программы, есть определенные сомнения в том, что эта задача может быть реализована в полной мере. Хотя отдельные удары оказались успешными (например, по главному объекту по обогащению урана в Натанзе). Однако известно, что Иран также хранит расщепляющиеся материалы в комплексе под горой в Фордо и в хранилищах в Исфахане. Они пока недосягаемы для израильтян. Они могут, конечно, рассчитывать на помощь США, у которых есть специальные 14-тонные бомбы как раз для ударов по подземным бункерам. Но не факт, что с помощью этого оружия объекты удастся уничтожить. В остальном запасы бомб и ракет у Израиля и Ирана не бесконечны. Тегеран угрожал отправить по целям в Израиле до 2 тысяч ракет. При нынешних темпах их расходования это дней на десять. Арсеналы израильтян точно не известны, но вряд ли и они рассчитаны на месяцы войны. При этом силы ПВО израильтян, как оказалось, далеко не всемогущи, пропуская до четверти ракет (часть из них сознательно, поскольку они все равно летят мимо цели).
В отличие от предыдущих подобных столкновений американские силы явно меньше участвуют в перехвате иранских ракет, британцы так и вовсе устранились (отношения правительства Нетаньяху с правящими лейбористами плохие). Израиль оказался в довольно непривычной ситуации: ракетные удары приходятся в том числе по жилым кварталам, приводя к значительным разрушениям, хотя пока и не массовым. Но ХАМАСу такое было не по силам. Пока Нетаньяху готов продолжать и не считаться с такими «пробоинами», но сколь долго это могут выдержать израильтяне? В данном случае, возможно, как раз Иран более готов к «войне на истощение», чем Израиль.
Впрочем, наметилась, похоже, новая тенденция: на второй день войны (а это именно война) стороны стали бить по объектам инфраструктуры, в том числе энергетической. Пока это лишь отдельные удары (в основном по НПЗ и нефтехранилищам). Дойдет ли до массовых? В том числе до ударов по газовым месторождениям. Многие эксперты считают, что Иран (пока по крайней мере) поостережется атаковать израильские газопромыслы, даже если Иерусалим начнет бомбардировки иранских нефтепромыслов. Поскольку ответный удар Израиля по газовым месторождениям Южный Парс может практически остановить всю иранскую экономику. Хотя бюджетные доходы Тегерана зависят от экспорта нефти (он экспортирует 1,5 млн баррелей в сутки), но для самой иранской экономики критически важно именно газоснабжение. 80% добычи газа сосредоточено как раз на месторождении Южный Парс/Северное, откуда газ направляется в город Ассалуйе на юге страны, где находится крупнейший в регионе газоперерабатывающий завод и откуда выходят все основные магистральные газопроводы.
Что касается нефти, то из Тегерана уже прозвучали угрозы перекрыть Ормузский пролив (скажем, просто затопив несколько судов в самой узкой его части), тем самым заперев большую часть нефтеэкспорта из Саудовской Аравии, Ирака, Кувейта, но и самого Ирана тоже, встанет и экспорт СПГ из Катара. В связи с чем уже пошли прогнозы о возможном скачке цен до 120 долларов за баррель и даже до 300. Впрочем, такой шаг со стороны Тегерана стал бы слишком отчаянным, когда терять уже нечего. Поскольку эта акция станет casus belli не только для стран Персидского залива, но и для США и их союзников. 20% нефтяной торговли и экспорта СПГ никто в мире остановить просто не позволит. Так что акция может оказаться очень краткосрочной – и самоубийственной для Тегерана.
Иранский МИД на второй день обмена ударами заявил, что готов подписать договор, гарантирующий, что у Ирана не будет ядерной бомбы. Тегеран капитулирует? Скорее, манипулирует. Иран и раньше заявлял, что не намерен создавать ядерное оружие. Но на доклад МАГАТЭ, где сказано о накоплении в стране до 400 кг обогащенного урана (до уровня гораздо выше, чем нужно для АЭС), и соответствующие вопросы – зачем вам это, - последовал ответ примерно в том духе, что не ваше, мол, дело.
Иран также всегда настаивал на том, что он имеет право на обогащение урана и производство ядерного топлива. США вроде бы были даже не против того, чтобы позволить Тегерану это ядерное топливо производить. Но под контролем некоего международного консорциума. Израиль был категорически против такого варианта (опасаясь, что Тегеран может продолжит работать над ядерным оружием тайно, что он до сих пор и делал) и в конце концов склонил Вашингтон на свою сторону. Германия, Франция и Великобритания, в свою очередь, выразили готовность посредничать в переговорах с Тегераном по ограничению его ядерной программы. Вряд ли это остановит израильтян на текущий момент.
США сейчас стоят перед непростым выбором: проиграть войну Израилю они не могут позволить, но и ввязываться в нее сами пока не хотят. Конечно, американцы заранее знали о том, что Израиль будет наносить удары по Ирану, Нетаньяху Трампа об этом прямо предупредил. В то же время если бы Иран дал какие-то сигналы о том, что он готов пойти на уступки, то эти удары могли и не состояться. Однако переговоры между США и Ираном уже к этому времени зашли в тупик, и на самом деле Иран вполне откровенно тянул время и настаивал на сохранении своей ядерной программы. Он отказывался ставить ее под внешний контроль, настаивал на праве на обогащение урана. Было ясно, что эти переговоры не закончатся так, как хотелось бы Вашингтону. И поскольку у Израиля было ощущение, что ядерная военная программа Ирана вот-вот завершится созданием ядерного оружия (10-15 зарядов), то там сочли, что медлить дальше нельзя.
Непростая ситуация и у Москвы, недавно подписавшей с Тегераном Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве (впрочем, там не предполагается оказание военной помощи). Но при этом, если бы сейчас Россия по полной программе вписалась за Иран (хотя бы чисто политически), это сильно испортило бы отношения с американским президентом, чего Москва делать не хочет. Кроме того, не надо думать, что Иран — союзник России. Он ей не союзник. Идеологический режим Ирана России отнюдь не близок. Сейчас Москва и Тегеран - тактические партнеры, в том числе и по Украине, но переоценивать степень сближения Москвы и Тегерана не стоит.
Если еще недавно рассуждали о том, что урегулирование проблемы иранской ядерной программы при посредничестве Москвы могло бы стать частью сделки США, в том числе по Украине, то сейчас ситуация меняется. «Урегулирование» проблемы иранской ядерной программы может произойти уже без участия России, если Тегеран потерпит военное поражение. Пока никакой сделки по Ирану не просматривается. Военный конфликт Израиля и Ирана, возможно, находится лишь в начальной стадии. Когда конфликт начнет выгорать, вот тогда, действительно, Россия может каким-то образом посредничать как между Тегераном и Израилем, так и между Тегераном и США. Но для этого Тегеран должен проявить какое-то желание чего-то добиться в ходе такого посредничества.
Путин и Трамп уже созванивались: Путин поздравил президент США с днем рождения, но и про Иран поговорили. «Путин, как и я, чувствует, что эта война в Израиле и Иране должна закончиться. Я объяснил, что его война также должна закончиться», написал Трамп, имея ввиду еще и Украину. То есть остались при своих взглядах, но день рождения президента Америки углубленными разборками омрачать не стали.
