Будущие историки, как и современные летописцы, будут неоднократно возвращаться к итогам и последствиям 12-дневной ирано-израильской войны. Вне всяких сомнений, в учебниках истории агрессором останется Израиль, если отбросить предтечу кульминационного столкновения двух цивилизаций. Ведь именно Иран на протяжении полувека шел к заветной цели, воспетой исламской революцией, выстраивая вокруг еврейского государства пресловутую Ось сопротивления, – уничтожению Израиля. Поэтому кто же агрессор в этой вечной войне, обретшей этнорелигиозную сущность, уже из ряда вопросов политической философии. Иран и Израиль – два теократических государства, вновь провозгласившие древнюю религиозную мечту народов о пришествии Мессии, логически приближались к этой завершающей схватке, которую на сей раз оборвала новая геополитика.
Конечно же, правительство Израиля при всем политическом авантюризме непотопляемого Нетаньяху, скрепившего союз с выжившими из ума ортодоксами, не решилось бы в одиночку принять столь судьбоносное решение о наступлении на крупнейшую региональную державу – цитадель мирового шиизма. Да, серия блестящих спецопераций «Моссада», включая ликвидацию «шиитского Че Гевары» Касема Сулеймани, тотальное истребление командного состава «Хезболлы» и ХАМАС, а также свержение режима Асада и развал шиитских милиций в Ираке, вытеснила Иран на обочину «ближневосточной геополитики». Дремучая шиитская держава потеряла свои важнейшие форпосты, и ее наконец загнали в собственные границы.
Иран ранен и обессилен. Но два фактора априори должны были убедить Нетаньяху в неисчерпаемом потенциале иранского режима. Во-первых, мощнейшие многовековые устои иранской теократии. Во-вторых, в случае разрастания воздушной войны до широкомасштабного кровопролитного театра военных действий каждая шиитская мечеть превратилась бы в отдельный редут и командный пункт. Победить шиитскую армию, взращенную на философии мученичества, за несколько месяцев было изначально неосуществимой и недосягаемой задачей.
Уже понятно, что решение о нападении на Иран принималось совместно Вашингтоном и Тель-Авивом. На фоне провальных переговоров в Омане Трамп попытался оказать давление на несговорчивых и упертых иранцев. Но не своими руками. А с помощью управляемых, но строптивых израильтян, которых в нужный момент можно будет снова вернуть в родные казармы. А Нетаньяху решил повысить планку, будучи убежденным в хрупкости загнивающего режима Хаменеи и большом недовольстве общества, доведенного подсанкционной экономикой до ручки. Военному кабинету казалось, что стоит прикоснуться рукой к зашатавшейся стене, как она обрушится. На удивление стена оказалась прочной. Более того, израильтяне, как и многие в мире, были обескуражены силой сопротивления и консолидации иранского общества.
Израиль действовал прямолинейно и по отработанной американцами в разрушенных до основания Ираке, Сирии, Ливии и других ближневосточных автократиях - квази-государствах модели внутренней дестабилизации. В начале по опыту в Газе и Ливане в Иране обезглавили командирский состав. Но за считанные дни появились новые умные головы – не дрогнувшие храбрые командиры, готовые силой иранского оружия сжечь «святую землю».
Поразила и сама сила иранского оружия – современная баллистика, гиперзвуковые ракеты и «дроновая дикая стихия», преодолевавшие канонизированную израильскую ПВО, - которая превратила в сущий ад жизнь маленького Израиля. Несколько поколений стомиллионного Ирана, воспитанные в духе теории перманентной войны и священного долга джихада, морально готовы к неисчислимым жертвам. Вспомните опыт ирано-иракской войны – потери иранцев в войне с армией Саддама составили до полумиллиона погибших и столько же раненых. Однако Израиль, половина жителей которого является гражданами США и ЕС, не может позволить себе и сотую долю таких потерь. Для Израиля гибель сотни людей — это трагедия, которая может вызвать всеобщую анархию и даже массовый исход. Таким образом, в первые дни войны военная тактика Израиля, примененная в Бейруте и Газе, не оправдала себя в Иране. Коса нашла на камень.
Израиль попытался снести иранскую власть. В буквальном смысле этого слова, стирая ковровыми бомбардировками целые правительственные кварталы. Здания рухнули, но власть осталась непоколебимой. Она просто спустилась вниз, под землю. Центр управления действовал столь же бесперебойно, но уже из-под земли.
Почему же недовольные своим бедственным положением иранцы не ринулись свергать неугодный режим? Но и в этом вопросе расчеты израильских стратегов не оправдались. Для глубоко религиозных и фанатичных слоев иранского общества Израиль – это исчадие зла и религиозный враг. К тому же Израиль решил появиться в Иране с мнимой альтернативой – сыном свергнутого и глубоко презираемого иранцами сыном шаха Пехлеви.
Почему-то на Западе принято считать, что до исламской революции Иран был светским государством. Во-первых, Тегеран – это еще не Иран, и какие-то растиражированные в западных СМИ видео и фотосвидетельства о шахских временах, где на центральных улицах иранской столицы юноши-битломаны или девушки в мини-юбках, дескать, олицетворяли всеобщую секулярную культуру, – попытка выдать желаемое за действительное. Даже в шахские времена иранская провинция была глубоко религиозной, ортодоксально-фундаменталистской, живущей по шариатским законам.
С незапамятных времен Сефевидов шахская власть в Иране основывалась на двух столпах – бюрократической вертикали и религиозной теократии. Победившее в 1979-м духовенство слило эти столпы воедино – рахбар, то есть новый шах, стал воплощением интегрированной бюрократической вертикали со столпом духовенства. Пехлеви со своим западничеством были чужды иранцам и правили на штыках. И шахская автократия держала в неповиновении свой народ исключительно с помощью безжалостной репрессивной машины. Попытка реставрации Пехлеви – это отрицание иранской исторической памяти!
Еще одна стратегическая ошибка – с первых дней войны Израиль попытался разыграть этноконфессиональные противоречия, манипулируя «курдским вопросом». Курдам на смех! Более того, израильтяне попытались кооптировать усилия этих же курдов с жителями Южного Азербайджана. Однако не персы, а именно иранские азербайджанцы являются системообразующей силой в шиитском государстве. Шиизм – это их идеология и генетический код. Да-да, потомки тюркских военачальников, водрузивших красное знамя шиизма на вратах Багдада – столицы Халифата.
Именно Южный Азербайджан и стал локомотивом зеленой революции, положившей конец правлению Пехлеви. К тому же политика заселения курдами исторических земель тюрок на границе Ирана с Турцией перманентно вызывала массовое недовольство азербайджанцев. Несколько лет назад по азербайджанской провинции прокатились бунты и восстания. Были и стычки с социально активными курдами, принадлежащими к одному из ответвлений террористической РПК. Как можно было делать ставку на консолидацию азербайджанцев с курдами в борьбе с шиитской теократией? Кто втиснул эту папку Нетаньяху?
Наконец, как справедливо утверждали классики марксизма, революцию свершают не народы, а политические организации. А в Южном Азербайджане по сей день нет ни одного массового политического объединения – ни подпольного, ни легального, ни эмиграционного. Кто вдохновит массы и направит их? Та же ситуация и среди курдов, не считая маргинальную и доморощенную PJAK…
И вот, не чувствуя под ногами рыхлую политическую почву, Нетаньяху бросается на амбразуру с оголтелыми заявлениями, призывая иранцев к борьбе с властью, которую пытается сокрушить иноземный захватчик. А в восприятии глубоко патриотичных и религиозных иранцев душегуб Газы, могильщик «Хезболлы» и угроза мировому шиизму – не друг и союзник, а враг и неприятель, которого надо изгнать.
Провал миссии Израиля в Иране был настолько очевиден, что перед лицом угрозы непрогнозируемых тектонических сдвигов на Ближнем Востоке и катастрофических последствий, в первую очередь для Израиля, в Вашингтоне поспешили потушить пожар новой региональной войны. Тем более что в Белом доме изначально и не рассчитывали на легкую победу над персидской цивилизацией.
Удалось ли Израилю покончить с ядерной программой Ирана? На этот вопрос красноречиво ответила всевидящая и всеслышащая американская разведка: «Ядерная программа Ирана отброшена всего лишь на несколько месяцев назад». Смог ли Нетаньяху расшатать устои нынешнего иранского режима? Перед лицом внешней угрозы Израиль лишь консолидировал иранскую власть и общество. На долгие месяцы и, скорее всего, на годы вперед. Даже классовый враг Хаменеи – диссидентка Масих Алинеджад спустилась в траншеи к тем, кто еще вчера хотел ее убить в США.
Удалось ли Трампу проучить непокорный и несговорчивый Иран? Трамп предлагает Ирану статус-кво 2016 года, то есть ядерную сделку периода Обамы, которую сам же собственными руками и денонсировал в период своей первой каденции.
Кто вышел победителем, а кто проиграл в этой безумной войне? Выводы делайте сами.
