Ходжасан — посёлок в Бинагадинском районе Баку, словно застрявший в прошлом и утонувший в грязи. Здесь давно уже не ощущается запах свежести - воздух густо пропитан зловонием и отчаянием. Мы приехали в Ходжасан по просьбе жителей, уставших бороться с невидимой и в то же время всепроникающей угрозой — стихийной свалкой, канализационными стоками и ядовитым озером, ставшими символами их беспомощности.
Наш проводник, Натик Гараев, местный житель, показывает окрестности. На его лице нет ни злости, ни надежды — только усталость. Он рассказывает, что многие его соседи, имевшие возможность, давно уехали из этой клоаки. Заколотили двери, бросили дома, даже не надеясь их продать, и уехали.
«Говорят, наш участок когда-нибудь попадёт в зону застройки, - делится с нами Натик. - Поэтому мы даже избавиться от него толком не можем. Только сидим и ждём. Да и куда ехать? Денег едва на семью хватает…».
Первое, что буквально бьет по ноздрям,— это удушающий смрад. Он везде. Пахнет гниением, сточными водами и прогорклым дымом. Сюда сливаются нечистоты не только из Ходжасана, но и из соседних посёлков. В воде плавают строительные отходы, остатки забитого скота, пластиковые пакеты и рваные мешки. Гараев утверждает, что по ночам сюда приезжают грузовики, сгружают мусор и иногда поджигают его. Свалка горит неделями. Густой дым оседает в домах, проникает в одежду, в стены, в кожу.
«Летом и зимой мы живем с закрытыми окнами, - рассказывает Натиг. - Люди берут кредиты, чтобы купить кондиционеры, иначе здесь просто не выжить. Даже дома ходим в масках».
По словам нашего проводника, в Ходжасан не зовут гостей — никто здесь больше часа не выдерживает. «Это не просто грязь, это постоянный стресс. Ад для тех, кому некуда податься», — добавляет он.
Во время дождей ситуация становится ещё хуже. Озеро выходит из берегов, затапливая дома. Люди спасаются, как могут, — строят заградительные барьеры из старых шин, пластиковых панелей и даже бетонных блоков. Кто-то протягивает самодельные трубы, чтобы отводить сточные воды, но они постоянно забиваются.
«Специалистов вызывать дорого, сами чистим, в резиновых перчатках, - делится местный житель. - Или вообще голыми руками, если выбора нет».
Дети здесь растут, вдыхая запахи тления. Бледные, молчаливые, с застывшим взглядом. Один подросток вспоминает, как его школьный друг пришёл однажды в гости и с тех пор больше не появлялся. «Сказал, у вас пахнет, как в скотном дворе».
Старожилы рассказывают, что когда-то озеро было совсем другим. Здесь добывали соль, а над гладью воды кружили птицы. Сегодня на берегу водоёма можно увидеть только ворон, роющихся в кучах мусора.
В исполнительной власти Бинагадинского района нам сообщили, что в Генеральном плане Баку к 2040 году предусмотрено благоустройство этой территории - очистка озера, строительство канализационных коллекторов, создание зелёной зоны, парк на 200 гектаров, перераспределение сточных вод, создание насосных станций. Амбициозно. Да и осталось «всего» пятнадцать лет. Вот только пока никаких работ на месте не ведётся. Нет ни техники, ни проектной документации, ни графика переселения жителей.
«Вывоз мусора осуществляется регулярно, - сообщили нам в официальном ответе. - Информация о несанкционированных сбросах ночью передана в полицию».
Для жителей Ходжасана всё это звучит, как чужая история. Слишком часто они слышали обещания и слишком долго ждали перемен. Их реальность — это каждый день, пропитанный запахом разложения, дыханием через маску и борьбой за чистую воду и здоровье детей.
Они не требуют каких-то чудес, просто хотят жить, как люди. Пока же Ходжасан — это место, откуда невозможно уйти.
И в котором невозможно оставаться.
