Еще не осела пыль от разрывов израильских бомб в Иране – а уже разносится над страной гром политического скандала, обещающего обернуться огромным политическим потрясением. Местный парламент, канцелярия верховного лидера и консервативная часть истеблишмента не первый раз наезжает на президентов страны – но в первый раз делает это настолько слаженно и скоординировано, играя эту партию словно по заранее написанному сценарию.
Впрочем – почему «словно». Зная нравы местных политических элит с полной уверенностью можно утверждать, что это вполне себе запланированная атака. Правда, предпринятая в спешке, когда стало ясно, что Пезешкиан и не подумает отступать от своего убеждения, что, во-первых, по итогам 12-дневной войны Иран нуждается в кардинальной политической реформе. И, во-вторых, Иран нуждается в резком снижении градуса конфронтации с США. А значит – переговоры с Вашингтоном неизбежны.
«Застенчивый кардиохирург», как называли его политические оппоненты в период выборов, намекая на его излишнюю интеллигентность и мягкость в общении, на самом деле оказался человеком с железным стержнем внутри. Был ли он таковым изначально или стал таким после того как поварился в системе, вплотную столкнувшись с царящими внутри нее нравами – не так уж и важно. Главное, что он понял – мягкость и вежливость в иранском истеблишменте воспринимается исключительно как слабость. А слабые уважения не заслуживают.
Поэтому, как только выдался удобный момент – поражение консерваторов в противостоянии с США и Израилем – Пезешкиан начал продвигать свою линию на реформы и снижение конфронтации с США твердо и бесповоротно, не оглядываясь на вопли и причитания консерваторов, которые от такого поворота «застенчивого кардиохирурга» совершенно потеряли голову.
Признать свое поражение они не могут ни под каким видом, поскольку это автоматически будет означать для них признание собственного полного политического банкротства, что автоматически означает проигрыш в перспективе в борьбе за власть и утрату уже имеющегося административного и финансового ресурса. Поэтому единственный выход они видят в атаке на Пезешкиана и его ближайшее окружение. Атаке жесткой, даже – жестокой, не стесняясь в средствах и не оставляя Пезешкиану никаких шансов уцелеть в политическом смысле, а может – и не только в политическом.
Поэтому выдвинутые против него обвинения депутатом Абольфазлом Зохревандом в подготовке переворота – это то, что нужно на фоне шпиономании и всеобщей подозрительности, охватившей сейчас консервативные элиты. «Администрация Пезешкиана положит конец Исламской революции до завершения его срока», — сказал он, добавив, что после этого она, администрация, может начать новую эру и присоединиться к Авраамовым соглашениям.
Причем, при том психозе всеобщей подозрительности, охватившем Тегеран, подобные обвинения особо и доказывать не нужно, достаточно подозрений - о чем и намекнул сам Зохреванд: «Что еще это может быть, если не государственный переворот?». Иными словами, не в доказательной базе здесь дело, главное запустить подозрения, «сомнения в виде версий», а кому надо – нанижут на эту нитку те негативные для нынешнего иранского президента факты, действительные или фальсифицированные, которые работают на версию, что Пезешкиан готовит переворот.
Но в этой атаке не хватает некоей «изюминки», некоей сенсационной детали, которая бы надежно ударила по мозгу обывателей. Поэтому вполне стоит ожидать, что Пезешкиана или кого-то из влиятельных членов его команды обвинят в «колдовстве», как это уже было в мае 2011 года, когда подобные обвинения стоили карьеры Эсфандияру Машаи, главе администрации президента Ахмадинежада, выступившего против креатуры КСИР и верховного лидера, министра разведки Гейдара Мослехи.
Почва для этого готова, с учетом того, что официальная иранская пропаганда уже прямо и серьезно говорит о выступлении потусторонних сил на стороне Израиля. «Учитывая историю контроля сионистов над джиннами, многие из их миссий выполняются через них», - утверждает авторитетный ходжатолеслам Мехди Карами, которому вторят и другие богословы.
«Путчист» и «колдун» - вполне весомые обвинения в глазах иранской консервативной элиты, чтобы отстранить Пезешкиана от власти. А как это скажется на международной репутации Ирана, на авторитете власти внутри страны, на ее будущем – оппонентов иранского президента не волнует. Ставки в нынешней схватке с реформистами, покусившимися на ресурс и кошелек консервативных элит, слишком высоки, чтобы думать о таких мелочах, как престиж и будущее страны.
