Альбер Камю в «Бунтующем человеке» писал: «Когда преступление рядится в шкуру невинности, всё встаёт с ногу на голову, как это происходит и в наши дни, и уже невинность вынуждена оправдываться». История экс-президента Колумбии Альваро Урибе и его жертв — наглядная иллюстрация этих слов.
Восьмилетнее правление Урибе привело к гибели более ста тысяч человек, значительная часть которых были мирными жителями, не имевшими отношения к политике. Семьи жертв годами требовали признания их невиновности, в то время как сам Урибе, прозванный в стране «Мясорубкой», продолжал изображать непорочного лидера. Шансов на его наказание почти не было, и сам факт суда казался невозможным.
Тем не менее, спустя годы, Урибе всё же оказался на скамье подсудимых. Его приговорили к двенадцати годам заключения, но абсурдность ситуации в том, что наказание это он будет отбывать не в тюрьме, а… у себя дома. Домашний арест на двенадцать лет вместо тюремной камеры — вот финал многолетних ожиданий правосудия. Более того, остаётся открытым вопрос: не получит ли он амнистию, если к власти вернутся его сторонники? И не вернётся ли тогда Урибе в большую политику?
Впрочем, даже это «вегетарианское» решение стало прецедентом: впервые в истории Колумбии бывший президент страны получил уголовный срок. Хотя сам характер приговора и его мягкость в сравнении с масштабом совершённых преступлений говорят о полной деградации судебной системы этой страны.
Биография 73-летнего Урибе — наглядное свидетельство разложения колумбийской политической элиты и жестокости гражданской войны. Он родился в семье богатых латифундистов. Его отец был убит боевиками Революционных вооружённых сил Колумбии (FARC). Скорее всего, именно эта трагедия и сформировала безжалостную ненависть Урибе к левым повстанцам.
Получив образование в Оксфорде, он стал мэром Медельина, где сблизился с наркокартелями. В те годы Медельин жил не по законам государства, а по правилам Пабло Эскобара, Карлоса Ледера и братьев Очоа. Урибе не только проявлял к ним терпимость, но, как утверждают, оказывал содействие в логистике поставок кокаина в Соединённые Штаты через авиационные каналы.
В 1984 году полиция Колумбии провела крупнейший рейд на нарколаборатории Эскобара, изъяв четырнадцать тонн кокаина, а также несколько самолётов и вертолётов колумбийской наркомафии. Позже выяснилось, что один из геликоптеров являлся собственностью семьи Урибе. Против него тогда не выдвинули никаких обвинений. Мало того, вскоре он возглавил гражданскую авиацию страны.
В 1995 году Урибе занял пост губернатора департамента Антьокия. Под предлогом борьбы с повстанцами он создал и финансировал парамилитаристские формирования, получившие карт-бланш на действия против «врагов государства». Эти «эскадроны смерти» фактически осуществляли геноцид против мирного населения: достаточно было подозрения в сочувствии к партизанам, чтобы человека могли пытать и забить до смерти.
И, тем не менее, в 2002 году Альваро Урибе становится президентом Колумбии. За восемь лет его правления государственный террор продолжался уже в масштабе всей страны, при активной поддержке американских и израильских инструкторов, а также с использованием новейших вооружений и электронных средств разведки. Именно в эти годы появился феномен, названный «falsos positivos» — «ложные боевики». Армия убивала тысячи молодых людей из бедных семей, переодевала их в форму повстанцев, и чтобы получить государственные выплаты представляла их обществу, как уничтоженных в бою. Одновременно силовые структуры контролировали наркоторговлю, детскую проституцию, устраняли политических оппонентов и свидетелей преступлений.
В 2020 году колумбийский журналист Даниэль Мендоса снял об этих преступлениях документальный фильм «Мясорубка», после чего был вынужден бежать из страны.
Главным союзником Урибе были Соединённые Штаты. И именно Вашингтон первым выступил против приговора, назвав его «использованием судебной системы в качестве оружия». Госсекретарь Марко Рубио открыто заявил о «несправедливости» этого решения. Но как бы преданно Урибе ни служил США, момент, когда он стал им не нужен, наступил. Точно так же, как это случилось с Пиночетом или Видело - ради сохранения красивой картинки «демократии» их можно было сдать.
И их сдали.
При этом сам приговор оказался издевательски мягким: Урибе инкриминировали не массовые убийства, пытки и террор, а «фальсификацию показаний свидетелей». Осудить его за главные преступления у колумбийской Фемиды не хватило смелости.
В результате этот палач будет отбывать срок в роскошном доме, превращая понятие «заслуженное наказания» в непристойный фарс.
