Саммит «Центральная Азия — США» (C5+1), прошедший 6 ноября в Белом доме, обозначил новый этап в политике Вашингтона по укреплению своих позиций в этом регионе.
Президент США Дональд Трамп представил пакет торговых и инвестиционных соглашений, нацеленных на долгосрочную экономическую и стратегическую интеграцию Центральной Азии с Соединенными Штатами. Среди ключевых договоренностей — инвестиционные соглашения между США и Казахстаном на 17 миллиардов долларов, охватывающие добычу и переработку минеральных ресурсов, энергетику и транспорт.
Кроме того, была достигнута предварительная договоренность о продаже Казахстану, Узбекистану и Таджикистану 37 пассажирских авиалайнеров Boeing. В своем аккаунте в Truth Social Трамп сообщил, что в ближайшие годы Узбекистан намерен вложить в экономику США 35 миллиардов долларов и до 100 миллиардов долларов - в течение десятилетия.
В то же время источники haqqin.az в Вашингтоне и Иерусалиме подчеркивают, что эти цифры пока не подтверждены официальными документами или заявлениями на правительственном уровне, что оставляет их в категории деклараций.
Одним из наиболее важных политических результатов саммита стало заявление Казахстана о поддержке «Авраамовых соглашений» — инициативы, запущенной Дональдом Трампом во время его первого президентского срока. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев объявил в Белом доме о намерении присоединиться к соглашению и сообщил об этом в присутствии президента Трампа премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху. Этот шаг стал неожиданностью для многих наблюдателей, поскольку Казахстан и Израиль и без того поддерживают на протяжении более 30 лет устойчивые дипломатические отношения.
«Авраамовы соглашения», изначально направленные на нормализацию отношений Израиля с арабскими странами, находившимися в состоянии конфликта, теперь выходят за рамки ближневосточного контекста.
По мнению экспертов, их возможное расширение за счет государств Центральной Азии и Южного Кавказа отражает стремление США и Израиля создать более широкий союз мусульманских стран, готовых к стратегическому взаимодействию вне политической орбиты Ирана и России.
Старший научный сотрудник Атлантического совета Сара Заайми отмечает в этой связи, что участие Казахстана открывает новые возможности для геополитической и экономической трансформации региона.
«Будущее «Авраамовых соглашений» выходит за пределы традиционного арабо-израильского партнерства, - подчеркнула эксперт. - Казахстан — это начало. Вслед за ним интерес к присоединению проявляют Азербайджан и Узбекистан, которые в последние годы стремятся дистанцироваться от российско-иранской оси и выстраивают более тесное сотрудничество с США, Израилем и их союзниками».
Сара Заайми отметила, что вовлечение таких игроков, как Астана и Баку, обладающих значительными запасами природного газа, нефти и урана, а также стратегическим положением на Каспии, способно обеспечить США и Израилю ощутимое преимущество в Евразии. Расширение зоны действия «Авраамовых соглашений» на Центральную Азию может стать одним из важнейших элементов новой американской стратегии «энергетического партнерства через стабильность».
Бывший посол США в Израиле и экс-помощник министра обороны Дэниел Б. Шапиро, комментируя заявление Казахстана, отметил, что дипломатические отношения между странами существуют уже три десятилетия и формальное присоединение к соглашению выглядит, скорее, символическим шагом.
Однако, по словам Шапиро, «в этом символизме есть и политический смысл — он демонстрирует готовность стран региона к более тесной координации в вопросах безопасности, торговли и технологического обмена».
Шапиро напомнил, что Форум Негева в 2022 году с участием США, Израиля, Египта, Бахрейна, ОАЭ и Марокко, инициированный администрацией президента Байдена, имел схожие цели, однако постепенно утратил активность. На этом фоне Трамп и Нетаньяху пытаются возродить формат региональной интеграции в новом виде — под брендом «Авраамовых соглашений», делая ставку на страны Евразии.
Таким образом, ноябрьский саммит C5+1 стал не только площадкой для презентации инвестиционных проектов, но и инструментом переформатирования архитектуры влияния США в Центральной Азии. Если раньше Вашингтон рассматривал этот регион преимущественно как объект геополитического соперничества с Россией и Китаем, то теперь он делает ставку на экономическое партнерство, инфраструктурные связи и символические шаги — вроде вовлечения центральноазиатских стран в «панавраамскую» дипломатическую конструкцию.
Для Центральной Азии этот поворот означает возможность привлечения крупных американских инвестиций, модернизации транспортных маршрутов и доступа к новым рынкам. Ну а для США — это шанс закрепить присутствие в регионе, в котором влияние Москвы и Пекина начинает испытывать системные ограничения.
