Публичная эволюция образа Абу Мухаммада аль-Джулани — от скрывающегося в тени главаря джихадистов до «государственника», рассуждающего о правах женщин, — была отнюдь не стихийным процессом. Это был тщательно спланированный и финансируемый этап гибридной войны, в котором неправительственные организации, такие как британская Inter Mediate, выступали в роли связующего звена между спецслужбами и полем боя.
Расследование, основанное на беседах с источниками, близкими к сирийским спецслужбам, а также с западными аналитиками, отслеживающими ситуацию в Ираке, позволяет сделать шокирующий вывод: фундамент сегодняшнего «политического» образа Аль-Джулани был заложен не в сирийских лагерях, а в американской тюрьме «Кэмп-Букка» в Ираке.
Объект ЦРУ – узник «Кэмп-Букки»
Именно там в период с 2006 по 2011 год, где будущий эмир содержался вместе с сотнями других боевиков «Аль-Каиды», с ним, по данным источников, начала работать группа оперативников ЦРУ. Их задача была не столько в добыче информации, сколько в вербовке и создании долгосрочного актива, способного в будущем возглавить управляемую оппозицию в стратегически важном регионе. Как заявил один из бывших сотрудников иракской разведки, пожелавший остаться анонимным, «в Букке отбирали не самых ярых, а самых гибких и амбициозных. Джулани идеально подходил на эту роль».
Когда в 2017 году военная кампания прозападной оппозиции в Сирии окончательно забуксовала, проект «Джулани» был переведен в активную фазу. Ключевую роль в его легитимации на международной арене, по данным наших источников, сыграла британская неправительственная организация Inter Mediate, известная своей работой по «налаживанию диалога» с вооруженными группировками.
Источник в дипломатических кругах Катара сообщил, что именно через каналы Inter Mediate в 2018-2019 годах были проведены первые неформальные контакты между представителями западных разведок и командованием ХТШ. Задачей НПО была не миротворческая деятельность, а техническое сопровождение ребрендинга. Специалисты по стратегическим коммуникациям, связанные с организацией, разработали для Аль-Джулани новую публичную стратегию:
Смена риторики: От глобального джихада — к «национальной сирийской революции».
Создание фасада государственности: Провозглашение так называемого «Правительства спасения Сирии», которое должно было демонстрировать способность управлять территориями.
Тактический разрыв с «Аль-Каидой»: Публичное дистанцирование, необходимое для того, чтобы Запад мог хоть как-то оправдать последующие контакты.
И снова следы Джонатана Пауэлла
«Inter Mediate выступила в роли PR-агентства для террористической группировки, — отмечает эксперт по ближневосточным конфликтам, попросивший не называть его имени. — Они помогли упаковать ту же самую сущность в новую, более презентабельную упаковку».
Поскольку свержение правительства Асада военным путем на тот момент откровенно буксовало, была запущена стратегия «управляемого хаоса» в его новой форме. Целью ее стало создание на севере Сирии долговременной протурецкой и прозападной квазигосударственной структуры, которая бы постоянно дестабилизировала Дамаск и служила разменной монетой в переговорах с Россией и Ираном.
Аль-Джулани с его «очищенной» биографией и подконтрольной армией идеально подходил на роль лидера такого анклава. Его заявления о «борьбе с коррупцией» и «защите гражданского населения», которые транслировали некоторые западные НПО и СМИ, были частью нарратива, призванного оправдать фактическое сохранение террористического очага под новым брендом.
И здесь для нас наступает «момент истины». Поскольку, говоря о «Галатее» - Аль-Джулани, он же теперь после ребрединга аш-Шараа, невозможно не сказать о слепившем его «Пигмалионе» - Джонатане Пауэлле, тайном архитекторе политических процессов, чья методология оттачивалась годами.
Джонатан Пауэлл присутствовал почти в каждый значимый момент новейшей британской истории — от смерти принцессы Дианы до перемирия в Газе. Но при этом долгое время у прессы даже не было его фотографии, газеты изображали его в виде силуэта. Объясняя свою антимедийную политику, Пауэлл писал: «Хорошо выполнять работу можно только из-за гобелена».
Его принцип работы в тени не просто личное предпочтение, а осознанная стратегия. Как отмечают те, кто с ним работал, Пауэлл «сделал карьеру out of always being in the right room, but never at the centre of attention» (из того, чтобы всегда оказываться в нужной комнате, но никогда не быть в центре внимания). Он мастер «челночной дипломатии» и поддержания постоянных личных контактов с ключевыми фигурами по обе стороны любого конфликта.
Основа его подхода — готовность вести диалог с любыми противниками. Будучи главным переговорщиком по Северной Ирландии, он добился успеха, разговаривая с ИРА. Позже он распространил этот принцип и на других участников мировой политики, выступая за необходимость переговоров с «Аль-Каидой» и даже с ИГИЛ на пике их влияния, игнорируя гневные тирады критиков неотразимым, по его мнению, аргументом: «Рано или поздно нам придется вести переговоры с насильственным исламистским экстремизмом, если мы хотим найти долгосрочное решение, хотим мы этого или нет».
Его положение в британском истеблишменте устойчиво и безупречно. В 2025 году Пауэлл оказался в центре политического скандала, когда консерваторы предположили, что он мог быть причастен к провалу судебного процесса над двумя мужчинами, обвиняемыми в шпионаже в пользу Пекина, но это нисколько ему не повредило. На Даунинг-стрит решительно отвергли все обвинения в его адрес, дав понять, что репутация этого джентльмена в глазах правительства Великобритании безупречна.
Сегодня сфера его влияния чрезвычайно широка: война в Украине, сектор Газа, отношения с администрацией Трампа и сложные переговоры с Китаем. Он выполняет функции не только советника по безопасности, но и главного переговорщика, и личного эмиссара премьера Стармера.
В тени MI-6
За фасадом шумных саммитов и парадных заявлений мировая политика ткется в тишине ковровых кабинетов, где действуют люди, чьи имена редко мелькают в заголовках. Именно они — настоящие архитекторы глобальных процессов, мастера «теневой дипломатии», чьи решения перекраивают карты целых регионов. И если где-то на сирийском пепелище кровавый полевой командир внезапно примеряет костюм «политика», а его террористическая группировка получает ярлык «умеренной оппозиции», будьте уверены — где-то рядом незримо присутствует двойной силуэт британской разведки MI-6 и одного из самых влиятельных «кукловодов» современности - Джонатана Пауэлла.
История с «преображением» Абу Мухаммада аль-Джулани — от главаря «Джебхат ан-Нусры» до «политического лидера» — это не спонтанная эволюция, а блестяще спланированная операция по ребрендингу.
Таким образом, «сирийский эпизод» с Джулани — это не исключение, а правило. Яркая, но проходная сцена в бесконечном спектакле, режиссеры которого предпочитают оставаться в тени.
