Знак поражения в день победы взгляд из Баку

Расим Агаев

Слов нет, Москва тряхнула стариной и явила миру одно из самых грандиозных демонстраций истиной державности, как сказали бы во времена, когда никто не выражал сомнений в особом месте, роли и предназначении огромной страны, простирающейся от Кенигсберга до самых до берегов Японии. Заметим к слову, также снедаемой имперскими грезами. Такова была ее судьба – России – что при царях, что при коммунистах. Хотя называлась страна по разному – Российская империя, начиная с Петра Великого и Советским Союзом, начиная с генералиссимуса Сталина.

Но точнее всех назвал страну сам царь: «То не страна, то континент…» И все же слово это – старославянское – держава - всегда или почти всегда присутствовало в самоназванье этого гигантского евразийского государства. Правда, при Ленине его выбросили за борт вместе с остальным царско-имперским хламом. Но генсек И.Сталин разрешил ввести в политический оборот имя страны, которое, как оказалось, вполне может гармонично уживаться с социалистическим по содержанию и многонациональным по форме своеобразием: «Славься, отечество наше народное!» Совсем по душе идея державности пришлась демократам, что первой волны, что второй, что третьей: «Славься, российская наша держава!» - звучит, однако. Никак не может русский человек без этого, без державности. И шаг уверенней, и осанка гордая, и дышится как-то по иному – полной грудью…

Не нашлось возражений лично и у В.Путина, хотя он меньше всего похож на самодержца. Впрочем, разве что ростом схож с Павлом, самым несчастным и таинственным из русских царей, а хватка, скажем прямо – сталинская. Попомним, держава происходит от слова держать, что значило властвовать, управлять, отчего и нужен был самодержец. Размышления в этом направлении могут привести ко многим интересным открытиям в ментальности народа, его правителей и государственном устройстве. Особенно в тяге к властвованию, которое хранит узнаваемые черты исторического прошлого, хотя что бы там не говорили, нынешний хозяин Кремля вполне хоть и жесткий, но ведь не жесток, а даже вполне демократичен. А последним самодуром останется в истории демократической России все-таки Борис Ельцин. Победные торжества дали помимо прочего уникальную возможность наблюдать главу Российской федерации, имеющей республиканское оформление, но не отказывающейся от державных претензий, как бы в трех политических измерениях.

Вот он, с годами избавившийся от каких-то черточек питерского простоватого паренька, но все еще сохраняющий спортивную осанку, военную выправку, зоркий взгляд президент В.В. Путин в окружении ближайших союзников. Назовем их так – Назарбаев и др. Так из кого состоит окружение? Немногословный Рахмон, балагур Лукашенко, крепкий мужик, ни на миг не выпускающий из своих цепких рук Беларусь, когда-то выдавший на-гора кучу демократов с не белорусскими фамилиями, и самое главное, далекими от славного партизанского прошлого, политическим мышлением. Серж Саргсян, какой был Сержик – комсомольчик на подхвате, таким и остался, несмотря на неразрывную дружбу с российскими генералами. Он умудряется усесться так, чтобы никто в Вашингтоне не обвинил его в сокращении дистанции с президентом Путиным. И в то же время часто улыбается в сторону Хозяина, дабы тот не заподозрил чего. Однако не следует думать, что положение у президента Армении щекотливое, совсем наоборот – это излюбленная армянскими политиками ситуация – устроиться так, чтобы быть рядом с сегодняшним хозяином и в пределах досягаемости для следующего. Самое интересное то, что и тот, и другой прекрасно осведомлены, что в последнюю минуту он исчезнет, чтобы появиться, когда все уляжется.

Так было в 1917-м, когда рушилась Российская империя, затем в 1989-м, когда настал черед крушения Советской империи, и Армения первой пнула ее ногой, так будет, даст бог и на следующем повороте. Однако когда и каким он предстанет? По идее лучше всех об этом должен бы знать армянский президент. Раз он в Кремле, значит России еще ничто не угрожает… Далее – Ислам Каримов - хозяин страны белого золота и настоящего золота, после Казахстана – стоящий довесок, как и Гурбангулы Бердымухамедов, хозяин Кара-Кума, под песками которого нефти и газа достаточно, чтобы быть привеченным ушлыми европейцами… И наконец, глава Киргизии Алмазбек Атамбаев. Последний говорит, волнуясь, как школьник на первом экзамене. Для него прибытие на 70-летие русской победы хуже любого экзамена – истинное горе политическое. Он сам признается, что три дня и три ночи не спал, сочинял тексты, связанные с вступлением в Евразийский союз, но так, чтобы ничего плохого не подумали там, в Вашингтоне. М-да…

Что и говорить, даже у покойного Л.И.Брежнева ближайшее окружение союзников было куда внушительней. Но вот глава России направляется навстречу к руководителю КНР Си Цзинь Пину, в спокойной, уверенной поступи которого угадывается глава новой супердержавы. Договор о сотрудничестве (хороша ложка к обеду!), подписанный только что между двумя странами придает России некий новый масштаб, в том числе и в политическом мышлении. Однако какой же прыткий и верткий это Владимир Владимирович, что не задумывает – обязательно доводит до конца.

Евразийскому союзу, конечно, далеко до Советского Союза, да и на политической карте еще не очень четки его контуры, тем не менее движение от де-юре к де-факто начато… Вот и сейчас Вашингтон его было прижал к ногтю своими санкциями, а он уже в тандеме с миллиардным Китаем. А это тот случай, когда от политического заявления до политической карты – один шаг. А там глядишь, все ресурсы русские, из-за которых собственно весь сыр бор разгорелся, потекут в прямо противоположном от Запада направлении…

И наконец, третье явление Путина народу и миру – рядом с канцлером Германии А. Меркель. Если даже лидер Евросоюза для того, чтобы появиться в Москве в священный для нее час вынужден проявить чудеса дипломатической изворотливости, то, что думать об остальных европейских так называемых лидерах, взятых за шкирку Вашингтоном. А там ведь правит не Трумэн, не Никсон, не Эйзенхауэр, а всего-то Барак Обама… О чем это они говорят, прогуливаясь по Александровскому саду – Меркель и Путин?

Первая встреча после изнурительных переговоров в Минске. Только ли визит вежливости, дань истории и памяти 27 млн советских людей, ушедших в мир иной в результате абсолютно сумасшедшей идеи для ХХ века – жизненном пространстве и мировом господстве, родившейся, как ни крути, на немецкой земле. А Меркель, как и Франк Вальтер Штайнмайер, министр иностранных дел в Волгограде и не думают хитрить, крутить. Они приносят извинения, признают великий грех не только Гитлера, но и всех немцев. Потому что проще простого свалить все на проигравшего вождя. Вождя делает народ. И об этом говорит история многих вождей. В том числе и Сталина, который в отличие от многих других ушел все-таки непобежденным, а точнее - победителем. А Путин, без пяти минут вождь, так и не решился вернуть городу на Волге имя вождя. Но вернемся к переговорам с канцлером Меркель.

«Мы из нашего горького опыта извлекли урок, а именно: что нам необходимо работать, необходимо сотрудничать, в том числе в сложных ситуациях, какой она является сейчас. И стремиться к нахождению дипломатических решений». Вот самый насыщенный фрагмент из заявления, сделанного в Москве Меркель. К этому остается добавить то, возможно, субъективное ощущение, возможно ошибочное – никогда Путин не выглядел таким одиноким как в ходе этого короткое общения с человеком с Запада. И не потому, что Меркель не уставала напоминать о серьезных проблемах и разногласиях между Западом и Россией. Одиночество Путина проистекает из другого обстоятельства – чисто геополитического.

Россия, повторимся, не страна, не держава – целый континент – по мощи, масштабам, значению, и что немаловажно – по интеллектуальному потенциалу. Континентально он простирается и в Европе. И факт этот игнорировать не просто глупо – опасно. И Меркель, как и многие другие на Западе, лучше, чем кто-либо сознает это. В этом причина ее желания быть в час русского торжества в Москве, в гостях у Путина. А не из-за воплей несущихся с берегов туманного Альбиона, который ежедневно стремительно покидает миллиард долларов. И не потому, что американская пресса бросила укор Обаме из-за того, что место Запада на Красной площади пустовало. Дилемму, рожденную Крымом и американскими санкциями короткой встречей не решить. А нам то что, скажет, читатель, нам-то ведь нечего делить с Россией. Может, оно и лучше, если на сей раз Вашингтон покажет русским, как когда-то Никита Сергеевич, кузькину мать. Не уверен. Крушенье империи подобно гибели «Титаника» - не только пассажиры остаются без тверди под ногами. Океанский водоворот засасывает всех, кто оказался рядом с гигантским судном, уходящим на дно…

10775 просмотров