Эрдоган ставит крест на проекте Путина наша аналитика

Мамед Эфендиев

Произошло то, о чем предупреждали аналитики haqqin.az. Запланированная встреча министра энергетики и природных ресурсов Турции Танера Йылдыза и главы «Газпрома» Алексея Миллера не состоялась. Переговоры планировалось провести в Петербурге в среду в рамках традиционного экономического форума, на котором примет участие президент Путин. Причину и перспективы переноса встречи уточнить пока не удалось. Но что-то подобное должно было случиться, мы не раз писали, что ставить лошадь впереди телеги не следует. Но разберем все по порядку.

А что, собственно говоря, стороны могли обсуждать в Петербурге, или где-то еще. Уже сами российские эксперты стали задаваться вопросом: а для кого и чего строится этот «Турецкий поток». Но при всей своей абсурдности проект находил поддержку в Кремле, на самых высоких уровнях звучали оптимистические заявления о реальности всех планов и их необратимости. Москва неоднократно предупреждала европейцев о невозможности транзита своего газа через Украину, призывала их подумать самим о путях доставки его в свои страны с турецко-греческой границы. ЕС, в свою очередь, никаких гарантий Москве, в отличие от Турции, даже устных не давал. Более того, он «настоятельно рекомендовал» Москве не изменять украинский маршрут.  

Июнь – месяц старта «Турецкого потока»?

Ход развития событий внешне ничего плохого не предвещал российскому проекту. В ходе предыдущей встречи Миллера и Йылдыза в начале мая было принято решение о начале строительства морского участка газопровода «Турецкий поток», достигнута договоренность о вводе в эксплуатацию и начале поставок газа по этому газопроводу уже в декабре 2016 года. Политическое соглашение между Россией и Грецией по поддержке газопровода в продолжение «Турецкого потока» готово к подписанию. Греция рассчитывает, что в случае реализации проекта получит газ по более низким ценам, чем сейчас, и доходы от транзита газа. И создается странная ситуация, когда вопросы с Турцией – первым транзитером российского газа - еще не решены, а вторая транзитная страна – Греция выходит на первые роли.

Правда, президенты Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган на недавних переговорах в Баку договорились до конца июня подготовить юридически обязывающие документы по строительству газопровода «Турецкий поток». Но дату подписания межправсоглашения и других документов назвать никто так и не смог.

Вообще текущий месяц «Газпром» назвал месяцем старта проекта «Турецкий поток». Рассуждения здесь примитивные. Европе, особенно ее южным регионам, нужен российский газ в больших объемах. Нужен он и Турции. Но «Турецкий поток» в лучшем случае упрется в границу Турции с Грецией и дальше те, кому нужен российский газ, должны тянуть собственную трубу за свои деньги. Министр энергетики Греции Панайотис Лафазанис заявил, что порядка 2 млрд. долларов найдет Греческая госкомпания, (это при катастрофическом финансовом положении страны). А страна станет распорядителем гигантских объемов газа, своеобразным хабом, к которому будут обращаться заинтересованные страны и компании-покупатели. На ту же роль претендовала изначально и Турция, но игры разворачиваются через ее голову. Получается, что Турция не так сильно заинтересована в проекте, а хаб переходит в Грецию. Допустит ли такое Анкара?

Ход Анкары

Анкара в этом хитросплетении межгосударственных энергетических интересов, похоже, просто уклоняется от ответственности перед Брюсселем, Вашингтоном, странами Прикаспия, где тоже бурлят бесконечные споры по дележу ресурсов Каспийского бассейна. Свои опасения есть и у небольших балканских стран, через которые должен пройти «Турецкий поток». Так, труба не сможет обойти территорию Македонии, которая уже заявила, что не даст согласия без разрешения ЕС, позиция которого известна: не пущать!

Конечно, есть своя позиция и у России. Москва считает, что партнерам надо «дозреть» до ясного понимания ситуации, и торопит их не опоздать к дележу газового пирога. Но начинать строить любой газовый поток без согласования со всеми заинтересованными участниками - значит бросать деньги на ветер. И российская дипломатия, кажется, рассчитана не столько на реальные достижения, сколько на внешний эффект. Давление со стороны Запада и угрозы изолировать Москву вынуждают ее доказывать, что это невозможно. Поэтому малосущественные декларации о намерениях и устные договоренности выдаются за полноценные соглашения, имеющие историческое значение. Нередко приходится жертвовать долгосрочными геополитическими интересами ради этого эффекта. В полной мере это относится к отношениям с Турцией.

Так, встреча Путина и Эрдогана в Баку обещала стать знаковой, но итоги оказались довольно скромными. Известно лишь, что стороны «очертили проблемы, которые имеются», и договорились «в обозримом будущем» довести товарооборот между странами с нынешних 35 до 100 млрд. долларов, хотя по итогам прошлого года взаимная торговля только снизилась. А «Турецкий поток», считающийся важнейшей победой российской дипломатии последних месяцев, так и остается бесплотным духом. Между Москвой и Анкарой до сих пор не подписано межправсоглашения. Не ясен маршрут будущего газопровода: Сербия и Македония отказались от сотрудничества. Непонятно, кто будет покупать российский газ, хотя всем известно, что сначала заключаются контракты, а потом начинается строительство.

В Брюсселе между тем ясно дают понять, кому отдают предпочтение - это газопровод TANAP, который будет наполняться азербайджанским сырьем. А пока идут эти разборки, Турция добилась от Москвы значительного снижения цены уже поставляемого по «Голубому потоку» газа. Более того, Анкара добилась права перепродавать покупаемый газ, но при этом поставила ультиматум: сама она участвовать в строительстве не будет и, следовательно, не потратит на проект ни копейки. Добилась Турция и политической уступки в вопросе с Сирией.

Но после этого правящая партия ПСР потерпела неудачу на парламентских выборах, что накалило внутриполитическую ситуацию в стране. А внутриполитическая неустойчивость усилит зависимость Анкары от внешнего влияния. В этом случае давление Брюсселя и Вашингтона может и вовсе поставить крест на «Турецком потоке». С учетом сказанного отказ Йылдыза от встречи с Миллером понять нетрудно.

Но как объяснить столь неразумную газовую дипломатию Москвы? Она высвечивает и огромную роль «Газпрома», чьи корпоративные интересы уже не в первый раз подменяют национальные интересы государства. В данном случае неосвоенный бюджет замороженного «Южного потока» составляет 24 млрд. долларов, и определенным лицам нужно во что бы то ни стало сохранить контроль над этими средствами. Следовательно, в ближайшее время у российских властей может возникнуть идея о новом газовом потоке в западном направлении, хотя все варианты казалось бы исчерпаны.

12753 просмотров