1 августа в результате обстрела с земли в провинции Идлиб был сбит российский военно-транспортный вертолет Ми-8. Все пять человек, находившихся на борту, погибли. Самая большая потеря российских ВКС за все время участия в конфликте в Сирии заставляет задуматься над вопросами: как будет реагировать Москва на потерю очередного вертолета? Такой ли победоносной оказалась российская военная кампания в этой стране? Возможен ли перелом ситуации в пользу вооруженной оппозиции?
Все российские, сирийские и иранские медиаресурсы наполнились призывами отомстить боевикам за уничтожение Ми-8 и издевательства над трупами экипажа и пассажиров. По сообщениям некоторых агентств, российские ВКС нанесли целый ряд ударов по расположениям боевиков в районе падения вертолета, которые, как обычно и бывает, должного эффекта не произвели — никто из виновников трагедии не пострадал, а провести операцию по изъятию тел погибших не удалось.
По нашей информации, в настоящее время боевики из входящих в коалицию «Джейш аль-Фатах» отрядов Свободной сирийской армии и других группировок готовятся сделать российской стороне предложения по выкупу тел погибших. Торговля трупами — довольно обычная практика в ходе нашей гражданской войны. Но в этот раз боевики решили пойти путем, проторенным палестинскими повстанческими группировками и движением «Хезболлах». Наши контакты в Идлибе сообщают, что в обмен на тела экипажа российского вертолета боевики будут требовать не деньги, как обычно, а освобождения из сирийских тюрем своих многочисленных соратников по спискам.
В случае подтверждения этой версии Россия попадает в крайне двусмысленную ситуацию. В отличие от Израиля, неоднократно проводившего такие обмены, предмет торга находится не в российских, а в сирийских тюрьмах, и для их выдачи потребуется согласие сирийских властей. Судя по тому, как сирийский мухабарат неоднократно саботировал российские предложения по переговорному процессу с оппозицией и многим другим вопросам, добиться этого будет чрезвычайно сложно.
Сирийское руководство очень обиделось, когда в ходе визита в Москву израильского премьера Биньямина Нетаньяху было решено передать Тель-Авиву захваченный в ходе войны 1973 года сирийцами и переданный для изучения в СССР израильский танк.
Действительно, не вы захватили, не вам и отдавать. Вполне вероятно, что Дамаск откажется менять тела российских летчиков и офицеров переговорной группы на захваченных без российского участия живых боевиков, которые, без всякого сомнения, сразу возьмут в руки оружие. Если в самое ближайшее время выдача тел не будет произведена, российские власти будут вынуждены расписаться в невозможности контролировать своего младшего союзника.
Сложившаяся в последнее время «тактика мести» — нанесение массированных авиаударов по местам скопления боевиков в местах, где были сбиты вертолеты, — себя явно не оправдывает. Рост потерь российской стороны уже после официального вывода войск показывает, что вывод оказался преждевременным, основные цели не достигнуты, а оставшихся сил явно недостаточно для безопасного решения даже текущих задач. Как выяснилось за последние месяцы, российские военные оказываются под угрозой в Пальмире, в Алеппо и даже рядом с авиабазой Хмеймим, где в июне произошел кровавый теракт. Все это с учетом довольно спорных успехов на земле и отсутствия явных перспектив на прекращение конфликта говорит в первую очередь о необходимости смены стратегии Москвы на сирийском направлении.
Вместе с тем даже временные успехи вооруженной оппозиции, которой удалось сбить российский военно-транспортный вертолет, не говорят о переходе инициативы от сирийской армии к боевикам. После полного окружения Алеппо правительственными войсками при содействии иранских добровольцев их положение на севере можно охарактеризовать только как плачевное. 1 августа объединенной группировкой «Джейш аль-Фатах» и ее союзниками из «Джебхат Фатах аш-Шам» (бывший филиал «Аль-Каиды» — «Джебхат ан-Нусра», сменивший название из-за негативного имиджа материнской организации) была предпринята операция по деблокаде города, которую уже назвали самой масштабной за последний год.
Операция явно была подготовлена с участием высококлассных военных специалистов из стран-спонсоров. Вместо того чтобы продолжать сражение за дорогу Кастелло, боевики провели массированную атаку на южные районы города с целью полного окружения части города, находящейся под контролем правительственных сил. Однако после первых успехов (на западе отрядам «Джебхат Фатах аш-Шам» удалось продвинуться на расстояние около 3 км по полям) наступление остановилось, встретившись с многоэшелонированной обороной в плотной городской застройке в микрорайоне 1070, а также на подступах к военной академии (см. карту).
Наступление оппозиции на востоке от военной академии успеха не имело вовсе — все атаки были отбиты с большими потерями для нападавших. В районе Миньян (южнее Военного исследовательского центра) продвижения вооруженной оппозиции также не было отмечено, несмотря на тяжелые бои. В связи с тем, что к обороняющим узкий (в настоящее время чуть больше 3 км) перешеек правительственным войскам подошло подкрепление с юга, данную попытку деблокады города можно считать провалившейся.
Поскольку вооруженная оппозиция сделала ставку на прорыв окружения, никакого интереса к заявленным российскими властями предложениям о мирных коридорах, которые мы подробно описывали в предыдущей статье, проявлено не было. Российские СМИ с помпой заявляют о том, что за прошедшее время ими воспользовались около 150 мирных жителей и 68 участников вооруженных групп (эта информация нуждается в подтверждении). В любом случае, выход 200 человек из почти 300 тысяч окруженных — это мизер, который можно даже не принимать в расчет.
Однако после провала наступления оппозиции на юге Алеппо ситуация может в корне измениться, если окруженная группировка действительно окажется без средств к существованию. Дело встанет за обеспечением настоящей блокады города (а не как в Забадани и Мадайе, где в окружении боевики умудряются воевать уже 4 года), последовательности позиции по выходу мирного населения и боевиков, как с оружием, так и без, и дальнейшей зачистки.
В целом за последний месяц можно констатировать некоторые тактические успехи сирийской армии, которая на земле воюет при активном содействии сформированных Ираном шиитских добровольческих отрядов. Роль России ограничивается точечными авиаударами, гуманитарной помощью и поставками в Сирию оружия и боеприпасов. Этого хватает для сохранения паритета, но явно недостаточно для коренного изменения обстановки, разгрома вооруженной оппозиции и объединения Сирии под властью Дамаска.
Напротив, затягивание конфликта и отсутствие явных успехов у одной из сторон дают хороший шанс сторонникам развала Сирии и переформатирования всего Ближнего Востока утверждать, что они на стороне реальности. Продолжающийся поток беженцев из зоны конфликта показывает, что желающих жить в такой реальности остается все меньше и меньше…
