Астана готова к сотрудничеству с Китаем по вопросу строительства первой атомной электростанции в стране. Об этом сообщило Агентство Республики Казахстан по атомной энергии по итогам переговоров с китайской стороной.
Взаимный троллинг и подспудное сдерживание расширения российского влияния в Казахстане – вот та обстановка, которая воцарилась во взаимоотношениях Москвы и Астаны. Казахстан ведет себя корректно и старается не обострять, Касым-Жомарт Токаев даже парад 9 мая в Москве посетил – но отстаивает перед российской стороной свои интересы жестко и бескомпромиссно.
Примечательные события в этой сфере произошли в конце уходящей недели, когда Астана публично объявила о том, что приоритетным подрядчиком по строительству АЭС для Казахстана является не «Росатом», который жаждал получить этот контракт, а китайская корпорация CNNC. Которая заявила о готовности построить два энергоблока АЭС общей мощностью 2,4 ГВт за $5,47 миллиарда, что примерно вдвое меньше, чем цена, предложенная российскими атомщиками.
Кроме того, Пекин готов поделиться с Астаной своими технологиями обогащения урана, что даст Казахстану возможность полностью управлять ядерным топливным циклом. Конечно, предложенная китайцами цена вряд ли останется неизменной и наверняка увеличится на 30-40%, уж такое свойство у всех проектов – возрастать в цене, но в любом случае это обойдется Казахстану дешевле, чем стоимость работ российского подрядчика.
Тем более у «Росатома», который в последнее время откровенно завышает суммы строительства АЭС по всему миру и в итоге раз за разом «пролетает» на зарубежных тендерах, неся стратегические потери. Кроме того, здесь и сейчас нарисовалась и другая неприятность для Москвы: Казахстан выдавливает российскую корпорацию из бизнеса по добыче местного урана, а именно он является основным источником сырья для производства обогащенного урана в России.
И более того, забирает на себя контракты на обслуживание АЭС в Европе, которые ранее исполнял «Росатом». Иными словами, из младшего партнера Москвы в урановой отрасли превращается в уверенного конкурента, готового жестко бороться за свою долю рынка. Что, в принципе, вполне логично. Экономика рулит, и западные санкции против России, что бы о них в Москве ни говорили, а также пресловутое импортозамещение, которым российская сторона занялась, подрывают перспективы Казахстана на российском рынке. Поэтому он сейчас диверсифицирует поставки и экономику, ориентируясь прежде всего на Китай.
«Китайское направление – наш приоритет», – заявил в интервью Bloomberg заместитель премьер-министра Серик Жумангарин, также занимающий пост министра торговли и интеграции. А Пекину и нужно-то всего нарастить торговый оборот с Казахстаном всего на $2 миллиарда, чтобы обогнать Россию и стать основным внешнеторговым партнером Астаны, что для него особых проблем, учитывая емкость казахстанского рынка, вообще не составит.
При этом Казахстан опирается не только на китайский «Шелковый путь», но и на стратегию ЕС «Глобальные ворота», пусть и без громких деклараций, но неуклонно и методично утверждая свою роль «торгового моста между Востоком и Западом». Что, кстати, делает и Азербайджан.
А где изменения в экономической стратегии – там неизбежно наступает время, тот самый «момент истины», в стратегии политической. И поэтому принципиально важно другое заявление президента Казахстана, сделанное в интервью Al Jazeera президентом Касым-Жомартом Токаевым практически одновременно с объявлением о том, что «Росатом» сходит с дистанции в борьбе за тендер на строительство АЭС в Казахстане: «Казахстан не планирует присоединяться к БРИКС».Этому проекту, с которым Россия носится как известный персонаж с писаной торбой. И который Москва на полном серьезе воспринимает как проект создания «многополярного мира», в котором она будет одним из основных участников.
Токаев, уж простите за нескромность, повторил те аргументы, которые в оценке БРИКС неоднократно озвучивал в своих публикациях haqqin.az. О том, что «у БРИКС до сих пор нет ни устава, ни секретариата, ни программ», иными словами – фантом, а не организация. И вообще, заявил президент Казахстана, «давайте посмотрим, насколько эффективной будет БРИКС как международная организация. Пока Казахстан останется наблюдателем, а дальше время покажет».
Что примечательно, позиция Касым-Жомарта Токаева в отношении БРИКС совершенно не противоречит, более того – полностью совпадает с позицией Пекина в отношении этой организации, достаточно вспомнить загадочную улыбку Си Цзиньпина всякий раз, когда речь заходит о БРИКС. Китайский лидер словно намекает: «Получится что-то с БРИКС – хорошо. Нет – так не очень-то и хотелось, мы на это ставку и не делали, просто решили ряд своих вопросов». И только Россия, с упорством, достойным лучшего применения, вообразила и воображает себе, что виртуальный блок БРИКС+ — это будущая заря многополярного человечества. Но это – уже проблема Москвы, и кто ей в данной ситуации злобный доктор?
В октябре 2024 года советник президента Казахстана Берик Уали говорил, что Казахстану поступали предложения о вступлении в БРИКС, однако Токаев решил воздержаться от такого шага, в том числе из-за «аспектов, касающихся перспектив развития объединения». Подчеркнув при этом, что Касым-Жомарт Токаев отдал предпочтение ООН «как универсальной и безальтернативной организации, в которой можно и нужно обсуждать все актуальные международные проблемы».
Иными словами, Астана аккуратно и дипломатично отвергла предложения Москвы о «новом мироустройстве» и выбрала свой самостоятельный путь в этом процессе. «Ялта 2.0», которой бредит Москва – это ее, Москвы, личный выбор. Казахстан в этом участвовать не будет ни экономически, ни политически. Поскольку интересы его национального и экономического развития лежат в совершенно иной плоскости. В той, где России нет.
