Ynet провел вечером 22 июня интервью с официальным представителем Кабинета министров Израиля, которое мы предлагаем читателям haqqin.az:
- Американская атака на Иран вызвала тяжелые разрушения. Израильские источники утверждают, что объект в Натанзе был уничтожен, а Фордо и Исфахан получили серьезные повреждения. Каковы оценки на данный момент?
- По нашей оценке, объект в Натанзе полностью уничтожен. В Фордо и Исфахане повреждения значительны, но не критичны. Мы предполагаем, что сотни килограммов обогащенного урана были уничтожены.
- Есть ли точная проверка результатов атаки ВВС США?
- Нет. На данный момент мы располагаем только предварительными оценками. Картина прояснится в ближайшие дни. Сегодня мы считаем, что иранцы не успели вывезти большие объемы обогащенных материалов. Если что-то и было перемещено в другие места, то в минимальных количествах.
- Когда было принято решение о нападении США на Иран?
- Между средой и четвергом. В Израиле об этом знали только премьер-министр Биньямин Нетаньяху и министр стратегического планирования Рон Дермер. Остальные члены военного кабинета не были в курсе. Также не было обсуждений возможных действий Израиля в случае, если американцы откажутся бомбить Фордо.
- Было ли вмешательство Израиля в американский план операции?
- Да. Изначально планировалась атака только на Фордо, но Нетаньяху и Дермер убедили Трампа расширить цель, включив в нее Натанз и Исфахан. Израиль знал о подземном комплексе под Исфаханом, где хранился уран, но не мог сам нанести по нему удар. США завершили начатое.
- Как происходила координация между США и Израилем?
- Перед операцией США обратились к Израилю с просьбой расчистить путь. То есть убрать зенитные батареи и радары, чтобы иранцы не засекли американские бомбардировщики. В операции участвовали 120 самолетов, включая бомбардировщики B-2.
- Как далеко, по вашим оценкам, была отброшена ядерная программа Ирана?
- Мы считаем, что более чем на десятилетие.
- Что с точки зрения Израиля означает «затяжная кампания»?
- Мы готовим нашу общественность к возможности затяжной кампании. Но это зависит от Ирана. Если они решат вести с нами войну на истощение, значит так тому и быть. Но мы этого не хотим. Наша цель — завершить эту операцию как можно скорее. Желательно уже на этой неделе. Все зависит от Хаменеи. Если он продолжит стрелять, то продолжим и мы.
- Как Израиль справляется с истощением арсенала ракет-перехватчиков?
- Мы продолжаем их производить. Бюджеты оборонного ведомства увеличены. Все имеет срок годности. Так что у нас достаточно и ракет, и пусковых установок.
- Какова конечная цель Израиля в этой кампании? Речь идет об уничтожении ядерной программы или о свержении режима?
- Наша конечная цель всегда заключалась в ограничении ядерной программы Ирана. Свержение режима — не цель. Оно может стать побочным результатом, но не стоит в повестке.
- Что, если Иран согласится на прекращение огня?
- Если завтра Хаменеи прекратит стрельбу и скажет, что хочет полностью завершить инцидент, то мы это примем.
- Надеется ли Израиль на возвращение Ирана к ядерной сделке?
- Мы не видим признаков готовности Ирана к переговорам. Шансы на это малы либо вообще отсутствуют.
- Есть ли у Израиля взаимопонимание с США по поводу дальнейших шагов?
- В данный момент мы хотим увидеть, что сделает Хаменеи. Если он нападет на американцев — это один сценарий. Если только на нас — другой. США хотели бы, чтобы Иран вернулся к переговорам. В конечном счете, все зависит от того, какое решение примет Тегеран.
- Как Израиль объясняет разницу в подходе к целям атак?
- Иран намеренно наносит удары по нашим гражданским объектам. Мы — нет. И это придает действиям Израиля легитимность. Мы превратили Иран в международную проблему. Сегодня Париж, Рим, Нью-Йорк понимают, к чему все может привести. Мы демократия и не убиваем мирных жителей.
- Каков объем уничтоженных запасов урана?
- Точных данных пока нет. Надеемся, что повреждено 80-90 процентов. Ждем подтверждений в ближайшие дни. Это ранняя стадия оценки.
- Сколько у Ирана осталось пусковых установок и ракет?
- Мы уничтожили более 50 процентов их пусковых установок. Осталось около двухсот. У Ирана также осталось порядка 1500 ракет.
- Где сейчас министры военного кабинета Израиля?
- В бункере. Там же и ночуют. Их семьи размещены в других укрытиях. В бункере только министры. Даже Сары Нетаньяху в бункере нет.
