В китайском Тяньцзине открылся 25-й саммит ШОС и «ШОС плюс».
По составу участников это крупнейшее мероприятие за всю историю объединения: в Китай прибыли лидеры двадцати государств и руководители восьми международных организаций.
Азербайджанская повестка на саммите связана с формированием совместной инфраструктурно-технологической платформы с Китаем, а также с развитием линии Баку по созданию региональных объединений, которые становятся важными элементами взаимодействия внутри ШОС. Не случайно президента Ильхама Алиева встречали в Тяньцзине не только как президента отдельной страны, но и как лидера субрегиональных союзнических форматов.
Альтернатива, но рациональная
Порой ШОС называют альтернативой западным, «евроатлантическим» структурам, хотя более точным будет определение «второго уровня» глобальных объединений. По сути, ШОС можно рассматривать как «вторую G20» с иным географическим приоритетом.
Из нынешних участников саммита в Тяньцзине лишь четверо входят в состав «большой двадцатки» - Индия, Индонезия, Турция и Россия. Для большинства же малых стран-членов ШОС, особенно постсоветских, участие в этой организации — единственная возможность быть частью структуры, близкой по уровню к G20.
Важно и то, что ШОС не строится на идеологии разрушения существующего миропорядка, поскольку эта структура не отвергает международные институты, а стремится их реформировать. Так, лидеры организации выступают за преобразование МВФ, Всемирного банка, за реформу ООН, но при этом не ставят целью их отмену. Это принципиальная установка, позволяющая рассматривать ШОС как модель последовательной азиатской консолидации.
Одновременно организация обладает способностью сглаживать противоречия между потенциальными участниками. Так, на полях саммита в Тяньцзине был подписан протокол о начале дипломатических отношений между Пакистаном и Арменией. Очевидно, что «зеленый свет» этому шагу был дан в Баку.
От Египта до самого Кавказа
С каждым годом ШОС все больше напоминает мозаичное объединение субрегиональных партнерств: от малых форматов в составе двух-трех стран до таких крупных блоков, как ЕАЭС или Организация тюркских государств. В известной мере ШОС можно рассматривать как азиатский аналог ООН, в котором нет жестких критериев отбора. Все действующие члены и партнеры ШОС имеют собственные линии отношений с США и Евросоюзом, как, например, Азербайджан, и при этом внутри объединения остается множество конфликтов, включая индийско-китайский. По сути, единственным критерием членства является география, в рамках которой самым западным участником нынешнего формата стала Арабская Республика Египет. Можно предположить, что предельная зона расширения охватит Северную Африку и Южный Кавказ, включая возможное вступление Азербайджана и Армении.
Особое место в повестке саммита занял формат TAUS — новый союз Азербайджана, Туркменистана и Узбекистана. Лозунг «Да здравствуют Туркменистан, Азербайджан, Узбекистан!» символически прозвучал в устах президента Гурбангулы Бердымухамедова, передавшего Ильхаму Алиеву в дни первой встречи на высшем уровне ахалтекинского скакуна Тауса. Этот трехсторонний союз строится вокруг общих задач макрорегионального развития, совпадающих с базовой повесткой ШОС.
Ключевые направления этого сотрудничества включают развитие многофункциональных транспортных коридоров с логистическими и промышленными кластерами вдоль транскаспийских маршрутов; переход к энергетической трансформации с акцентом на возобновляемую энергетику; создание туристических кластеров на Каспии с вовлечением китайских и других туристов.
Вместо СНГ
Так, Ильхам Алиев провел переговоры с руководством China Communications Construction Company о второй фазе строительства Бакинского международного морского порта и развитии Транскаспийского коридора. С руководителями китайских энергетических корпораций обсуждались проекты солнечных и ветряных электростанций, а также производство солнечных панелей в Алятской свободной экономической зоне.
В свою очередь, Туркменистан заявил о намерении присоединиться к проекту Каспийского энергокабеля, в котором уже участвуют Казахстан и Узбекистан.
Еще одним стратегическим направлением становится сотрудничество в сфере туризма: развивается идея сопряженных туристических маршрутов вдоль побережья Каспия, включающая зоны Sea Breeze и Аваза, а также круизное сообщение.
В центре внимания остаются и вопросы безопасности — как в акватории Каспия, так и в обширном регионе от Черного моря до Афганистана. По сути, сама ШОС и есть сложный конструктор, составленный из субрегиональных союзов. Умелая дипломатическая координация Баку позволяет Азербайджану занимать лидерские позиции не только на Южном Кавказе, но и в связке с центральноазиатскими государствами, в партнерстве с Туркменистаном, Узбекистаном, Пакистаном и Турцией.
Новая модель субрегиональных союзов приходит на смену СНГ и формирует более сбалансированную, без давления бывших имперских центров, систему развития в Евразии. Западные векторы здесь минимизированы, российское влияние в последние годы сокращается, а Китай, исторически избегавший жесткой геополитической экспансии, ограничивается исключительно экономическим взаимодействием.
Для Азербайджана это означает, что сотрудничество с Пекином не несет политических рисков и открывает широкие перспективы в экономической сфере.
