После теплого приема, оказанного президенту Сирии Ахмеду аш-Шараа в Белом доме, руководство Израиля оказалось в ситуации нарастающей стратегической неопределенности.
Для Иерусалима стало очевидно, что сирийско-американские контакты перестали быть периферийным эпизодом и превращаются в фактор, угрожающий изменить только-только устоявшийся баланс сил на северных границах Израиля. Тревога политического руководства еврейского государства усиливается также из-за маневров Турции, которая постепенно выходит на позицию ключевого посредника между Вашингтоном и Дамаском. В совокупности эти процессы формируют потенциально опасную конфигурацию, в которой решения о будущем Голанских высот, сирийского сектора горы Хермон, а также о характере свободы действий ЦАХАЛа могут приниматься уже без участия самого Израиля.
Ощущение тревоги в Иерусалиме усилилось после того, как стало ясно: Дональд Трамп рассматривает возможность добиться от Нетаньяху уступок по сирийскому Хермону — горной вершине, на которой расположены стратегические наблюдательные посты ЦАХАЛа. Израильские военные подчеркивают, что с этой точки видно все движение транспорта, включая подъезд к базам дивизии «Голани». Более того, именно отсюда удобно отслеживать маршруты контрабанды оружия, которые «Хезболла» использует для транспортировки боевых комплектов из Сирии в Ливан. Поэтому предложение о формальном «возврате» Дамаску сирийского Хермона, даже в обмен на гарантии прекращения огня, вызывает в израильском оборонном истеблишменте неприкрытую настороженность.
Обстановка осложняется не только американскими идеями, но и турецкими планами. Анкара пытается закрепиться как главный спонсор новой сирийской власти, а Эрдоган последовательно вооружает силы аш-Шараа — пока легким вооружением, но в перспективе сирийский лидер получит и тяжелые платформы. Израиль опасается, что Турция может передать сирийцам системы ПВО российского производства или ударные беспилотники, которые резко ограничат активность ВВС Израиля. Именно перспектива появления у Дамаска новых военных технологий тревожит израильскую разведку больше всего: ведь если Турция решит сформировать на базе нынешних сил аш-Шараа полноценную армию, баланс сил вдоль границы изменится.
Сам характер визита аш-Шараа в Белый дом стал для израильских силовиков еще более тревожным сигналом. Сирийского лидера, который еще год назад был связан с джихадистскими структурами, приняли как легитимного партнера, причем при участии высших американских военных. Этот факт в Иерусалиме расценивают как демонстрацию новой политической логики Вашингтона, в рамках которой Израиль перестает быть единственным центром притяжения, а США рассматривают Дамаск как инструмент нового ближневосточного расклада. Особенно символичным стало участие во встрече между Трампом и аш-Шараа командующего Центральным командованием США генерала Майкла Куриллы. А тот факт, что Курилла привез на переговоры свою супругу, был воспринят в Иерусалиме как жест политического доверия и личного расположения к Ахмеду аш-Шараа.
В Израиле опасаются, что в результате сирийско-американского диалога Трамп может попытаться навязать Биньямину Нетаньяху некую сделку по аналогии с прежним соглашением о прекращении огня с ХАМАС, которое позволило этой группировке сохранить власть в секторе Газа. Если Вашингтон решит, что ради стабилизации Сирии Израиль должен сократить свое военное присутствие на восточной части горы Хермон или ограничить операции против контрабанды оружия, то это станет серьезным ударом по всей израильской системе безопасности.
На этом фоне растет напряжение и на ливанской границе. «Хезболла», вопреки договоренностям, заключенным шесть месяцев назад, постепенно возвращает в приграничные районы силы подразделения «Радван». Израильская разведка фиксирует возобновление подготовки диверсионных ячеек, реорганизацию вооруженных группировок в Набатии, а также попытки обустройства инфраструктуры рядом с бывшими центрами присутствия боевиков. Армия обороны Израиля атакует заводы по преобразованию ракет в высокоточные в долине Бекаа, Бейруте и на юге Ливана. ЦАХАЛ также вынужден вновь разрушать здания, которые «Хезболла» восстанавливает спустя месяцы после операции «Северные стрелы». В целом за один месяц Израиль ликвидировал около 20 боевиков шиитской организации.
В результате израильская перспектива складывается следующим образом: Вашингтон стремится к деэскалации и уходу из Сирии, а потому использует аш-Шараа как инструмент выстраивания «новой стабильности», Турция при этом пытается превратить Сирию в сферу своего влияния, усиливая собственный вес в переговорах с США, а Израиль в итоге оказывается между двух сил, чьи интересы не совпадают с его стратегическими задачами. Как следствие, в Иерусалиме допускают, что будущее северного фронта может формироваться в политических кругах Вашингтона и Анкары без учета израильских интересов.
Для ЦАХАЛа ключевым является вопрос, останется ли Израиль единственным игроком, определяющим правила игры на Голанах, или в ближайшие месяцы его маневры окажутся ограничены международными договоренностями.
Если Турция продолжит вооружать Сирию, а США попытаются любой ценой добиться компромисса, позиции Израиля ослабнут, и он по факту окажется вынужденным действовать на два фронта - сдерживать «Хезболлу» в Ливане и одновременно контролировать растущую военную инфраструктуру Сирии, укрепленной турецкой помощью.
Поэтому реакция Израиля на сирийско-американские переговоры — это не просто выражение дипломатического беспокойства, а упреждающий сигнал о возможном изменении стратегической карты всего северного направления. И если новый баланс сил сложится без прямого учета интересов Иерусалима, то Израиль рискует получить одновременно более сильную Сирию, более уверенную Турцию и более агрессивную «Хезболлу» - сочетание, которое приведет Ближний Восток к самой серьезной трансформации безопасности за последние два десятилетия.
