Внутренняя уязвимость Ирана создает для США окно возможностей для стратегического давления, а мирное урегулирование между Арменией и Азербайджаном способно ослабить позиции Тегерана и Москвы на Южном Кавказе. Такое мнение высказал первый старший офицер по антитеррористической защите коалиционных сил в Ираке Уэс Мартин в статье для издания Министерства обороны США Stars and Stripes.
Как пишет автор, недавняя вспышка насилия в отношении протестующих в Иране, приведшая к гибели и ранениям десятков тысяч человек, вновь продемонстрировала закономерность, которую Вашингтон не может игнорировать, – давление наиболее эффективно в моменты внутренней нестабильности противника.
Мартин отмечает, что Иран десятилетиями поддерживает свое влияние за счет экспорта насилия через прокси-структуры, а также за счет контроля над ключевыми географическими узлами, включая Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы. При этом Южный Кавказ долгое время оставался для Тегерана второстепенным направлением.
По оценке автора, перспектива окончательного урегулирования армяно-азербайджанского конфликта становится важным фактором в более широком геополитическом расчете, связанном с будущим Ирана.
Мартин критикует подход администраций Барака Обамы и Джо Байдена, которые, по его словам, рассматривали Южный Кавказ как периферию дипломатии с «замороженными конфликтами» и сокращающимся влиянием США. Он считает, что ситуацию изменил президент Дональд Трамп, пригласивший президента Азербайджана и премьер-министра Армении для подписания меморандума о мире в августе прошлого года.
Автор указывает, что Азербайджан, находящийся на пересечении маршрутов Восток – Запад и Север – Юг, включая Срединный коридор между Европой и Азией в обход России и Ирана, приобрел ключевое стратегическое значение. По его словам, Баку поставляет на мировой рынок около 500 тыс. баррелей нефти в сутки, обеспечивает Европу газом нероссийского происхождения и поддерживает тесное сотрудничество в сфере безопасности с Израилем.
«В мире оспариваемых цепочек поставок и обхода санкций география снова имеет значение», – отмечает Мартин, добавляя, что именно поэтому Москва и Тегеран стремятся сдержать рост стратегической роли Азербайджана.
По его мнению, Россия на протяжении многих лет использовала Армению как инструмент сохранения своего влияния в регионе, тогда как Иран рассматривал ее как единственный надежный выход на север, не связанный с Анкарой, Иерусалимом или Вашингтоном. Мирное соглашение между Ереваном и Баку, считает автор, ослабляет эти рычаги давления, открывая транспортные маршруты в Нахчыван, Турцию и далее на мировые рынки.
Мартин также обращает внимание на сопротивление мирному процессу за пределами региона – прежде всего в США, среди части армянской диаспоры. В частности, он критикует деятельность Армянского национального комитета Америки (ANCA), который, по его оценке, из защитника интересов Армении все чаще превращается в фактор, подрывающий американскую дипломатию.
Автор подчеркивает, что партнерство Израиля и Азербайджана в сфере безопасности, технологий и разведки давно раздражает Тегеран.
По его оценке, успешное урегулирование между Арменией и Азербайджаном стабилизировало бы Южный Кавказ, сократило бы военное присутствие России, ослабило бы способность Ирана «использовать географию как оружие» и укрепило бы Азербайджан как торгово-инвестиционного партнера США.
Мартин также призывает США отменить действие 907-й поправки, ограничивающей прямую помощь Азербайджану и поставки вооружений. По мнению автора, этот механизм является устаревшим наследием иной эпохи и не соответствует текущей динамике мирного процесса.
