Полномасштабная война России против Украины стала первой, где беспилотники коренным образом изменили способ ведения боевых действий, а следующим шагом могут стать автономные рои дронов. Такую оценку в интервью DIE ZEIT дала немецкий политолог, исследователь оборонной политики и беспилотных технологий Ульрике Франке.
Она отмечает, что даже для специалистов масштабы использования беспилотников стали неожиданностью. Если несколько лет назад считалось, что у каждого солдата будет собственный дрон, то сегодня Украина производит уже около 5 млн беспилотников в год. Она напомнила, что в Германии в течение десяти лет шли дискуссии о закупке лишь пяти крупных беспилотников Heron TP.
«Еще один урок этой войны состоит в том, что само количество может создавать совершенно новое качество», — подчеркнула исследовательница.
По ее мнению, война в Украине уже близится к настоящей военной революции. Если раньше фронт был узкой полосой, то теперь дроны контролируют пространство шириной до 40 км, делая почти невозможной концентрацию больших сил для внезапного наступления.
«Да, это революционное развитие. Но революцию создает не сама технология, а способ ее применения», – объяснила Франке. Она сравнила нынешнюю ситуацию с танками, ставшими по-настоящему революционными не в момент появления в Первой мировой войне, а после создания вокруг них доктрины блицкрига.
В качестве примера такого нового подхода она привела украинскую операцию «Паутина», когда беспилотники были скрыто доставлены внутрь России и использованы для ударов по военным аэродромам.
«Украина использовала глобальную производственную цепь, чтобы замаскированно доставить дроны внутрь страны противника. Это было революционное использование беспилотников, максимально реализовавшее их преимущества», — сказала Франке.
Она считает, что изменения затронули не только технику, но и самих военных. Если раньше операторы ударных беспилотников работали вдали от фронта, то теперь практически каждый украинский военный имеет опыт взаимодействия с дронами.
«У каждого военного в Украине опыт работы с дронами — или как оператор, или как человек, на которого охотятся», — сказала исследовательница.
Поэтому, убеждена она, все военные НАТО также должны пройти соответствующую подготовку.
«Каждый солдат должен быть обучен работе с дронами. Каждый должен понимать, как поступать в условиях этой угрозы», — подчеркнула Франке.
По ее словам, еще одним принципиальным изменением стало почти непрерывное присутствие камер над полем боя. Люди во всем мире могут видеть видео ударов FPV-дронов почти в режиме реального времени.
«Эта эмоциональная близость при одновременном географическом расстоянии является фундаментальным изменением», — отметила она. Исследовательница добавила, что благодаря режиму first-person view зритель фактически смотрит на происходящее глазами беспилотника, хотя человечество еще не понимает, как это влияет на психологию военных и гражданских.
Особенностью дронов Франке назвала и то, что они стали первой военной технологией, к созданию которой массово приобщаются гражданские.
«Никто не строит танк в собственном гараже. А дроны — да», — сказала она, объяснив, что это стало возможным благодаря гражданскому происхождению большинства современных беспилотников.
Говоря о будущем, Франке предположила, что следующим этапом развития могут стать настоящие рои дронов, которые будут самостоятельно координировать свои действия.
«Я уже давно говорю: следующий шаг – это рои беспилотников. Мне даже интересно, что их до сих пор нет в поле боя», — сказала она.
В то же время эксперт заметила, что нынешние массированные атаки России десятками и сотнями дронов еще не являются роями в техническом смысле. По ее словам, настоящий рой — система, где беспилотники самостоятельно взаимодействуют между собой и распределяют задачи без постоянного внешнего управления.
Франке положительно оценила развитие украинской противодроновой обороны. По ее словам, украинские силы иногда достигают 80–90% перехватов, однако даже такие показатели могут оказаться недостаточными при одновременном запуске сотен беспилотников в формате роя.
Она прогнозирует, что будущие системы ПВО должны научиться автоматически определять, какие дроны представляют реальную угрозу.
Среди перспективных направлений она назвала использование дронов-перехватчиков, лазерного оружия, микроволновых систем и технологий взлома управления беспилотниками.
В то же время Франке призвала не делать вывод, что будущие войны полностью вытеснят традиционное вооружение.
«Война в Украине – это не война будущего. Это нынешняя война», — подчеркнула она. По ее словам, большие беспилотники, танки и другие виды вооружения и в дальнейшем будут оставаться необходимыми, поскольку в разных театрах военных действий нуждаются различные средства.
